ЛОГО

ПОДРОБНЕЕ...

Р Е Ш Е Н И Е

о принятии Послания Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики о состоянии конституционной законности в Приднестровской Молдавской Республике

2 июня 2017 года                                                                                                город Тирасполь

Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики в составе: председательствующего – Председателя Конституционного суда Кабалоева О.К., судей - Карамануцы В.И., Стародуба Н.И., Степанова С.М., Томачинской Г.Н., Тульбы В.К.,

рассмотрев вопрос о принятии Послания Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики о состоянии конституционной законности в Приднестровской Молдавской Республике, руководствуясь статьей 27 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и § 52 Регламента Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, 

решил:

1. Принять Послание Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики о состоянии конституционной законности в Приднестровской Молдавской Республике (прилагается).

2. Направить Послание Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики Президенту Приднестровской Молдавской Республики, Верховному Совету Приднестровской Молдавской Республики и съезду судей Приднестровской Молдавской Республики.

3. Опубликовать Послание Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики в «Собрании актов законодательства Приднестровской Молдавской Республики» и «Вестнике Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики».

Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики

№ 01 Р/17

ПОСЛАНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

ПРИДНЕСТРОВСКОЙ МОЛДАВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

О СОСТОЯНИИ КОНСТИТУЦИОННОЙ ЗАКОННОСТИ

В ПРИДНЕСТРОВСКОЙ МОЛДАВСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ

Конституционное правосудие является неотъемлемой частью системы современной демократии. Решая основную возложенную на него задачу по обеспечению верховенства и прямого действия Конституции, орган конституционно-судебного контроля выступает гарантом нерушимости и действенности принципов правового государства.

Претворение в жизнь идеи правового государства неразрывно связано с совершенствованием организации судебной власти, которая должна обладать подлинной независимостью и обеспечивать эффективное правосудие. Следствием этого стало создание 12 июня 2002 года Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики как специализированного судебного органа, основной целью деятельности которого является правовая охрана Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

На протяжении 15 лет Конституционный суд беспристрастно и независимо осуществляет защиту Основного Закона государства, прав и свобод человека и гражданина, обеспечивает соблюдение принципа разделения властей как одной из фундаментальных основ конституционного строя.

За весь период функционирования Конституционного суда поступило более 700 обращений от различных субъектов - граждан, организаций, исполнительных, судебных органов государственной власти, Президента, Верховного Совета, Прокурора и Уполномоченного по правам человека в Приднестровской Молдавской Республике. Начиная с 2003 года, Конституционным судом было принято 290 итоговых решений.

Сегодня Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики - эффективно функционирующий юрисдикционный орган конституционного контроля, хранитель конституционных ценностей. За период своей деятельности Суд сформировал ряд принципиальных правовых позиций, которые стали своего рода конституционными стандартами и однозначными юридическими ориентирами для правотворческих и правоприменительных органов.

Подводя итог пятнадцатилетней деятельности Конституционного суда, необходимо отметить, что именно с учетом специфики функционального предназначения, полномочий и правовых последствий, вызываемых вынесением итоговых решений, Конституционный суд занимает особое место не только в рамках судебной системы, но и в целом в механизме осуществления государственной власти, которое позволяет рассматривать его в качестве самостоятельного и независимого государственного органа.

Оценивая состояние конституционной законности в Приднестровской Молдавской Республике за период с 26 мая 2016 года по 2 июня 2017 года, Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики основывается на изученных и рассмотренных им делах и материалах.

За рассматриваемый период в Конституционный суд поступило 34 обращения. Правом на обращение в Конституционный суд воспользовались граждане, Президент, Верховный Совет и Правительство Приднестровской Молдавской Республики. Все поступившие обращения были рассмотрены Секретариатом Конституционного суда на предмет их соответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Обращения, признанные соответствующими требованиям названного Конституционного закона, после предварительного изучения судьями были рассмотрены Конституционным судом в заседаниях. По обращениям, явно не подведомственным Конституционному суду, заявителям были направлены соответствующие разъяснения.

Всего Конституционным судом за отчетный период вынесено 40 итоговых решений.

Права и свободы человека и гражданина в Приднестровской Молдавской Республике

Воплощение фундаментальных конституционных принципов верховенства права, демократии и разделения государственной власти зависит от эффективности имеющихся в государственной правовой системе механизмов защиты конституционных прав и свобод граждан, предусматривающих использование необходимых правовых средств, в том числе возможностей конституционного правосудия.

Одним из основных направлений деятельности Конституционного суда является непосредственная защита прав и свобод человека и гражданина в процессе реализации своей компетенции. Это вытекает из полномочий по рассмотрению и разрешению дел по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан.  

В рассматриваемый период из 34 обращений 12 поступили от граждан, некоторые из которых обращались в Конституционный суд неоднократно. Такая статистика свидетельствует о том, что активность обращения граждан несколько снизилась по сравнению с предыдущими периодами. Также граждане обращаются в Конституционный суд за разъяснениями отдельных вопросов посредством направления электронных сообщений на официальный сайт Конституционного суда в рубрику «вопрос/ответ» (http://www.kspmr.idknet.com).

Однако, как и в прошлые отчетные периоды, процент жалоб граждан, которые не могут быть приняты Конституционным судом к рассмотрению, остается довольно высоким.

Большая часть обращений граждан, явно не подведомственных Конституционному суду, содержит просьбы об отмене либо пересмотре решений судов общей юрисдикции, об установлении правомерности действий конкретных должностных лиц или государственных органов и другие. В связи с тем, что рассмотрение указанных вопросов не относится к полномочиям Конституционного суда, заявителям были направлены соответствующие разъяснения.

Вместе с тем следует отметить и положительную динамику, выразившуюся в том, что значительная часть жалоб граждан соответствовала требованиям к форме обращения и была передана на предварительное изучение судьям Конституционного суда.

 За исследуемый период по обращениям граждан было принято 9 определений об отказе в принятии жалоб к рассмотрению и о прекращении производств по делам. Такая практика явилась следствием несоответствия вопросов, поставленных в обращениях, критериям допустимости и подведомственности Конституционному суду.

По основанию несоответствия критерию допустимости Конституционный суд принял определения о прекращении производств по 2 делам (Определение от 23 июня 2016 года № 10-О/16, Определение от 28 июня 2016 года № 11-О/16).

Так, Судом рассмотрена жалоба гражданина Давия О.Я. на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина, возникшее, по его мнению, в результате применения Тираспольским отделом Государственной службы судебных исполнителей Приднестровской Молдавской Республики статьи 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве» и подпункта а) пункта 2 Положения «О порядке установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики», утвержденного Постановлением Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 12 января 2013 года № 3. Оспариваемыми нормами установлена возможность применения временного ограничения права на выезд за пределы государства должников при неисполнении ими в установленный срок без уважительных причин требований, содержащихся в исполнительном документе, а также регламентирован порядок установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики. По мнению заявителя, в результате применения вышеуказанных норм возникло нарушение его конституционных прав: на защиту государством прав и свобод человека и гражданина (статья 16 Конституции), на свободное передвижение и выбор места жительства в пределах республики и выезд с ее территории (статья 25 Конституции).

 Принимая решение о прекращении производства по делу, Конституционный суд отметил следующее. Ограничение права на выезд из Приднестровской Молдавской Республики в отношении заявителя установлено в соответствии с оспариваемыми нормами. Однако сами нормы, устанавливающие возможность указанного ограничения в случае уклонения от исполнения обязательств, наложенных на гражданина судом, направлены на защиту конституционного принципа исполнения судебного решения и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя. Определение же конкретного механизма исполнительного производства для обеспечения исполнения судебного решения относится к компетенции законодателя. При этом правовое регулирование в этой сфере должно быть непротиворечивым.

В то же время действующее законодательство предусматривает как судебный, так и внесудебный порядок установления для должника временного ограничения на выезд из Приднестровской Молдавской Республики. По мнению Конституционного суда, выявленное противоречие подлежит устранению законодательным путем с учетом выводов  Определения от 23 июня 2016 года № 10-О/16.

Гражданин Пороник Д.В. обратился в Конституционный суд, полагая, что пункты 63, 87 Положения «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним», утвержденного Приказом Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 12 января 2015 года № 10, ограничивают его право собственности, поскольку лишают собственника возможности в обычных условиях пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению принадлежащим ему на праве собственности транспортным средством. Оспариваемыми нормами предусмотрены снятие с регистрационного учета транспортных средств в случаях изменения собственника (владельца), изменения его места жительства или места нахождения, если новое место регистрации обслуживается другим МРЭО ГАИ, либо в связи с вывозом транспортного средства за пределы Приднестровской Молдавской Республики, а также возможность аннулирования регистрации такого транспортного средства.

Как следует из жалобы и истребованных Судом документов, в связи с выпиской заявителя с территории Приднестровской Молдавской Республики была аннулирована регистрация принадлежащего ему автомобиля. В восстановлении регистрации автомобиля заявителю было отказано МРЭО ГАИ города Рыбницы со ссылкой, в том числе, на оспариваемые нормы. Полагая действия государственного органа незаконными, гражданин Пороник Д.В. обжаловал их в суде города Рыбницы и Рыбницкого района с просьбой признать действия работников МРЭО ГАИ по аннулированию учета автомобиля незаконными и обязать их восстановить учет автомобиля.

При рассмотрении Конституционным судом указанной жалобы было установлено, что производство по делу заявителя в суде общей юрисдикции не было завершено. Следовательно, обращение гражданина Пороника Д.В. не может быть предметом рассмотрения в Конституционном суде. В противном случае рассмотрение данной жалобы предрешало бы выводы суда общей юрисдикции. Конституция не допускает подмену судопроизводства по гражданским, административным или уголовным делам конституционным судопроизводством (статьи 80, 87, 89). Суд также отметил, что прекращение производства по делу не препятствует заявителю обратиться впоследствии в Конституционный суд с новой жалобой на нарушение его конституционных прав и свобод в связи с применением оспариваемых норм и при отсутствии тех обстоятельств, которые послужили основанием для прекращения дела по данной жалобе.

Зачастую при рассмотрении вопроса о принятии жалобы к рассмотрению Конституционный суд, изучив доводы жалобы и представленные материалы, не находит оснований для принятия ее к рассмотрению, поскольку оспариваемые заявителями нормы по своему содержанию не могут расцениваться как затрагивающие их конституционные права и свободы, а в отдельных случаях заявители фактически оспаривают не конституционность самой нормы, а законность действий государственных органов, должностных лиц или принятых ими решений, проверка чего не входит в компетенцию Конституционного суда.

Отказывая в принятии к рассмотрению иных обращений граждан, Конституционный суд пришел к выводу, что они не соответствуют критериям допустимости и подведомственности (Определения от 8 сентября 2016 года № 17-О/16, от 22 сентября 2016 года № 20-О/16, от 10 ноября 2016 года № 25-О/16).

Так, в Конституционный суд повторно обратился гражданин Давий О.Я. с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина, возникшее в результате применения положения подпункта а) пункта 3 статьи 391 Гражданского процессуального кодекса.

В жалобе заявитель указывает, что Верховный суд, отказывая ему в пересмотре дела в надзорном порядке, применил оспариваемую норму, которая, по его мнению, не соответствует Конституции, поскольку лишает его права на обжалование в суде надзорной инстанции судебных постановлений, вступивших в законную силу.

В Определении от 8 сентября 2016 года № 17-О/16 Суд указал, что оспариваемая заявителем норма сама по себе не может рассматриваться как нарушающая право граждан на судебную защиту, поскольку она выступает как дополнительная гарантия реализации конституционного права на судебную защиту, когда исчерпаны все средства защиты в судах общей юрисдикции первой и второй инстанций, и направлена на восстановление нарушенных прав граждан. Доводы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции по вопросу о неконституционности оспариваемого законоположения, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с его содержанием, а с отдельными процессуальными действиями судей и принятыми по его делу решениями, проверка законности и обоснованности которых к компетенции Конституционного суда не относится.

Гражданка Шестопалова Е.Г. обратилась в Суд с жалобой на нарушение конституционного права на труд (статья 35 Конституции), права на судебную защиту (статья 46 Конституции) и принципа равенства всех перед законом (статья 17 Конституции). По мнению заявителя, положения пункта 1 статьи 177 Трудового кодекса, устанавливающие обязанность работодателя при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность), в части их ограничительного толкования и применения не соответствуют статьям 17, 35 (часть первая) Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а пункт 1 статьи 396 Гражданского процессуального кодекса, устанавливающий основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора, не соответствует статьям 17, 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В своей жалобе заявитель указывает, что вынесенные по делу судебные решения являются необоснованными и незаконными, полагает, что суд не исследовал существенные для дела обстоятельства, а доводы кассационной жалобы судом кассационной инстанции оставлены без оценки.

В части конституционности пункта 1 статьи 177 Трудового кодекса Суд отметил, что оспариваемая гражданкой Шестопаловой Е.Г. норма содержит в себе предписания, которые адресованы работодателю и призваны обеспечить соблюдение требований установленного порядка увольнения. Таким образом, фактически эти установления не только не ограничивают конституционные права и свободы граждан, но, наоборот, направлены на их защиту. При таких обстоятельствах нет оснований считать, что оспариваемой нормой затрагиваются, а тем более нарушаются конституционные права заявителя.

Также из прилагаемых к жалобе Шестопаловой Е.Г. материалов следует, что заявитель воспользовался своим правом на судебную защиту посредством возбуждения соответствующих процедур обжалования в суде второй инстанции, а также в порядке надзора. Таким образом, доводы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции по вопросу о неконституционности оспариваемых законоположений, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав она связывает не с их содержанием, а с отдельными процессуальными действиями судей и принятыми по ее делу решениями, проверка законности и обоснованности которых к компетенции Конституционного суда не относится.

Еще одной жалобой, по которой Судом отказано в принятии к рассмотрению по вышеуказанным основаниям, является жалоба гражданина Бурлаки А.И., предметом которой является проверка пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса на предмет соответствия статье 37 (право собственности), части первой статьи 42 (право на жилище), статье 17 (принцип равенства всех перед законом) Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

К жалобе заявителя прилагались копии решений судов общей юрисдикции первой и второй инстанций о признании действительности договоров купли-продажи и дарения и о действительности их регистрации, которые являются официальными документами, подтверждающими применение при разрешении дела с участием заявителя оспариваемых норм. Бурлака А.И. в жалобе указывает, что оспариваемые положения противоречат Конституции в той части, в какой они по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, не позволяют добросовестным приобретателям защищать свои имущественные права. По его мнению, оспариваемые им положения дают возможность их применения вне контекста со статьей 319 Гражданского кодекса в части принудительного изъятия у добросовестного приобретателя имущества, которое им приобретено по последующим сделкам по иску лица, которое не участвовало в совершении последующей сделки, путем признания этой последующей сделки недействительной.

В решении Конституционный суд указал, что при разрешении дела в суде общей юрисдикции гражданином Бурлакой А.И. вопрос о признании его добросовестным приобретателем спорной квартиры не ставился. Соответственно, судом не было установлено, что он, в силу статьи 319 Гражданского кодекса, является добросовестным приобретателем. Оспариваемые же заявителем нормы, определяющие общие положения о последствиях недействительности сделки и закрепляющие двустороннюю реституцию в качестве общего последствия недействительности сделки, сами по себе направлены на защиту имущественных интересов участников гражданского оборота и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителя, указанные в жалобе. Следовательно, данная жалоба не может быть принята к рассмотрению, так как не отвечает критерию допустимости. Также нарушение гарантированных Конституцией права на частную собственность, права на жилище, принципа равенства всех перед законом гражданин Бурлака А.И. связывает с тем, что считает себя добросовестным приобретателем квартиры. Однако суды общей юрисдикции, как указывает заявитель, при рассмотрении его дела не учли, что иск предъявлен не в порядке истребования имущества от добросовестного приобретателя, а в порядке признания сделки недействительной. Таким образом, фактически заявитель ставит перед Судом вопрос о проверке законности и обоснованности состоявшихся решений судов общей юрисдикции относительно правильности применения конкретных норм гражданского законодательства при рассмотрении его дела, решения вопроса о признании заявителя добросовестным приобретателем, что относится к компетенции судов общей юрисдикции и Конституционному суду не подведомственно.

Нередко граждане, обращаясь в Суд за защитой нарушенного права, не соблюдают специальные требования, предъявляемые к содержанию обращения, перечисленные в статье 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», что приводит к отказу в принятии жалобы к рассмотрению.

Так, граждане Шаповалов О.Д. и Гаджула Д.А. обратились в Конституционный суд с жалобой, в которой просят рассмотреть вопрос о конституционности подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» и признать его не соответствующим Конституции, так как полагают, что указанная норма, устанавливающая сбор за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными и легковыми такси с юридических и физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа маршрутными и легковыми такси, нарушает право собственности, закрепленное статьей 37 Конституции, и противоречит ее статьям 17 , 99.

В Определении от 9 июня 2016 года № 09-О/16 об отказе в принятии к рассмотрению Конституционный суд указал, что приложенные к жалобе копии доверенностей не свидетельствуют о наделении представителя заявителей полномочиями подписывать обращение в Конституционный суд. Таким образом, представитель заявителей не может быть признан надлежащим заявителем, а потому жалоба не соответствует критерию допустимости.

Устранив указанные недостатки, граждане Шаповалов О.Д. и Гаджула Д.А. повторно обратились в Суд. Как и в предыдущей жалобе, заявители просят рассмотреть вопрос о конституционности подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике», примененного в решениях Арбитражного суда, и признать его не соответствующим Конституции (статьи 17, 37, 99).

По данной жалобе Конституционный суд принял Определение от 12 декабря 2016 года № 28-О/16 о прекращении производства по делу, поскольку она не соответствует критерию допустимости.

 В ходе рассмотрения дела Суд установил, что сбор, установленный оспариваемой нормой, представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности платить законно установленные налоги и сборы, и следовательно, не затрагивает право собственности заявителей, гарантированное статьей 37 Конституции. Также заявители усматривают нарушение принципа равенства всех перед законом в том, что сбор, установленный оспариваемой нормой, распространяется только на физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа, но не распространяется на иных физических лиц, управляющих транспортными средствами и не занимающихся предпринимательской деятельностью. По мнению Конституционного суда, данное обстоятельство не является нарушением принципа равенства всех перед законом, который гарантирует одинаковые права и обязанности для субъектов, относящихся к одной категории, и не исключает возможность установления иных условий для других категорий субъектов. Такие различия, однако, не могут быть произвольными, они должны основываться на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов. Таким образом, оспариваемое законодательное регулирование не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителей, перечисленные в жалобе, а сама жалоба не может быть признана допустимой.

Одной из наиболее частых причин для отказа в принятии обращений к рассмотрению Конституционным судом является их несоответствие критерию допустимости ввиду отсутствия документов, подтверждающих применение оспариваемого закона, нормативного акта к заявителю.

 Граждане Чеботаренко И.Ф., Панца М.И., Моисеенко Л.И., Шумская А.И., Цуркан А.К., Чебан А.З., Романеску Д.П., Попова С.А., Шерепер Р.И., Истрати И.Б., Сучиту Г.В. обратились в Суд с коллективной жалобой, предметом которой является проверка конституционности пункта 6 Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 26 мая 2015 года № 120 «Об установлении на 2016 год предельных уровней тарифов на услуги газоснабжения, на услуги в сфере электроэнергетики, на услуги по снабжению тепловой энергией (отопление и подогрев воды), на услуги водоснабжения и водоотведения (канализация)». Заявители указывают, что к ним применены завышенные тарифы на услуги газоснабжения, на услуги в сфере энергетики, на услуги по снабжению тепловой энергией (отопление и подогрев воды), на услуги водоснабжения и водоотведения (канализация) на основании оспариваемой нормы, которая противоречит статьям 8, 16, 17, 18, 25, 47 и 49 Конституции, так как ущемляет их права как граждан Приднестровской Молдавской Республики, работающих на предприятии Республики Молдова.

По данному обращению Суд принял Определение от 4 октября 2016 года № 21-О/16 об отказе в принятии к рассмотрению, поскольку оно не соответствует критериям допустимости и подведомственности.

 Из материалов, приложенных к обращению, следует, что только один из заявителей, гражданин Чеботаренко И.Ф., в подтверждение применения в его деле оспариваемой нормы предоставил в Конституционный суд копию искового заявления в Бендерский городской суд о взыскании с него долга в пользу муниципального унитарного предприятия «Бендерытеплоэнерго». Однако представленная копия искового заявления не является официальным документом, подтверждающим применение оспариваемой нормы. Поскольку производство по делу в суде общей юрисдикции не завершено, жалоба граждан не может быть принята к рассмотрению ввиду несоответствия критерию допустимости.

Также из  содержания обращения следует, что фактически заявители оспаривают не конституционность пункта 6 вышеуказанного Постановления Правительства, а выражают несогласие применения к ним тарифов, установленных оспариваемой нормой. Между тем Конституционный суд при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Таким образом, жалоба заявителей не подведомственна Конституционному суду.

После того, как оспариваемая норма была применена при рассмотрении дела Бендерским городским судом, гражданин Чеботаренко И.Ф. повторно обратился в Конституционный суд. В жалобе, как и ранее, заявитель указывает, что к нему были применены нормы, устанавливающие необоснованно высокие тарифы на услуги по снабжению тепловой энергией, которые противоречат, по его мнению, статьям 17, 18 Конституции, так как ущемляют его права как гражданина Приднестровской Молдавской Республики.

По жалобе Чеботаренко И.Ф. Судом принято Определение от 18 мая 2017 года № 18-О/17 о прекращении производства по делу ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

В судебном заседании заявитель пояснил, что оспариваемые положения, устанавливающие необоснованно высокие тарифы на услуги по снабжению тепловой энергией, ведут к дискриминации лиц, работающих на предприятиях Республики Молдова, ставят их в неравное положение с другими гражданами Приднестровской Молдавской Республики. При этом дискриминация происходит по несущественному признаку – в зависимости от государственной принадлежности предприятия, на котором эти граждане работают. Чеботаренко И.Ф. также полагает, что в результате применения оспариваемых положений ограничено его право на равный с другими гражданами Приднестровской Молдавской Республики доступ к услугам естественных монополий. При этом заявитель признал, что оспариваемые положения непосредственно не затрагивают права и свободы, гарантированные Конституцией.

По мнению Конституционного суда, предельные уровни тарифов на услуги по снабжению физических лиц тепловой энергией должны устанавливаться в соответствии с требованиями действующего законодательства, которое обязывает субъектов естественных монополий предоставлять равные условия потребителям; требует обеспечивать доступность реализуемых услуг естественных монополий; запрещает навязывать условия доступа к услугам и совершать иные действия, ведущие к дискриминации потребителей.

Как следует из приведенных положений, законодатель, определяя пределы компетенции Правительства в сфере снабжения населения услугами естественных монополий, исключает саму возможность установления тарифов, влекущих дискриминацию отдельных категорий потребителей.

Следовательно, заявитель фактически оспаривает не конституционность, а законность отдельных положений названного выше Постановления Правительства, их соответствие законам, в том числе Закону Приднестровской Молдавской Республики «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Однако такая проверка не входит в полномочия Конституционного суда, это сфера юрисдикции других судов. Также в полномочия Конституционного суда, который решает исключительно вопросы права, не входит оценка целесообразности и финансово-экономической обоснованности оспариваемых положений, и установление фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов и органов.

Осуществление конституционного контроля по обращениям Президента и органов государственной власти Приднестровской Молдавской Республики

Компетенция Конституционного суда определена Конституцией Приднестровской Молдавской Республики и Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», в соответствии с которыми Суд решает исключительно вопросы права, действует самостоятельно и независимо. Никто не вправе вмешиваться в его деятельность, а решения Конституционного суда окончательны и непреодолимы. Правовые позиции Конституционного суда являются общеобязательным предписанием как для законодателей и Президента, так и для всех иных органов государственной власти Приднестровской Молдавской Республики, которые призваны обеспечивать конституционную законность, в том числе посредством обращения в Конституционный суд.

Наиболее активным субъектом обращения за рассматриваемый период был  Президент Приднестровской Молдавской Республики (18 обращений). В Конституционный суд также обращались Верховный Совет Приднестровской Молдавской Республики (3 обращения) и Правительство Приднестровской Молдавской Республики (1 обращение).  При этом несколько изменилось соотношение форм обращения. Помимо обращений в форме запроса о проверке конституционности правовых актов, правоприменительной практики и о толковании норм Конституции Приднестровской Молдавской Республики (15 запросов), частыми стали обращения в форме ходатайства о разрешении спора о компетенции (7 ходатайств). Также с ходатайствами о разъяснении Постановлений Конституционного суда обратились Верховный Совет (Постановление от 5 декабря 2013 года № 09-П/13) и Президент (Постановление от 21 октября 2014 года № 04-П/14). Таким образом, можно констатировать значительный рост обращений органов государственной власти, стремящихся посредством конституционного судопроизводства разрешить возникающие между ними споры о компетенции по сравнению с предыдущими отчетными периодами.

Как и в предыдущие годы, большая часть обращений затрагивает вопросы, связанные с законотворческим процессом и разграничением полномочий органов государственной власти в рамках принципа разделения властей. Также перед Судом ставились вопросы, затрагивающие государственную денежно-кредитную политику, вопросы принятия решений в области внешней политики, средств массовой информации и другие.

При вынесении решений Конституционный суд, основываясь на нормах Конституции, стремился обеспечить не только понимание подлинного содержания конституционных норм и принципов, но и их непосредственное действие. По обращениям органов государственной власти за рассматриваемый период было принято 31 итоговое решение, большая часть из которых принята в виде определений. Сложившаяся практика связана в первую очередь с тем, что поставленные перед Судом вопросы в той или иной мере нашли свое разрешение в ранее принятых решениях, и Суд уже высказал свою позицию по обозначенным проблемам, либо ввиду того, что поставленные перед Судом вопросы ему неподведомственны, или не соответствуют критериям допустимости, а также ввиду отзыва обращений самими заявителями до начала рассмотрения дела в заседании Конституционного суда.

По существу Конституционным судом было рассмотрено дело по запросу Президента о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении дополнения в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». Оспариваемым Законом пункт 2 статьи 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», который закрепляет, что государственное (муниципальное) предприятие перечисляет в распоряжение собственника часть прибыли, остающейся в его распоряжении после уплаты налогов и иных обязательных платежей и формирования резервного фонда, в размерах, порядке и сроки, определяемые уставом государственного (муниципального) предприятия, дополнен словами: «если иное не предусмотрено законом (решением) об утверждении соответствующего бюджета».

По мнению заявителя, названное дополнение, наряду с уже существующим механизмом распределения прибыли государственного (муниципального) предприятия, закрепляет норму отсылочного характера, предоставляющую представительным органам власти право распределения прибыли государственных (муниципальных) предприятий, то есть право решения вопросов, отнесенных Конституцией к компетенции Правительства. В этой связи заявитель полагает, что какие-либо ограничения или изъятие у Правительства полномочий по управлению государственной собственностью являются нарушением принципа разделения властей и вмешательством законодательного органа государственной власти в компетенцию исполнительных органов государственной власти, и просит рассмотреть вопрос о соответствии оспариваемого Закона статье 6, подпункту г) пункта 1 статьи 76-5 Конституции.

Суд признал оспариваемый Закон соответствующим Конституции (Постановление Конституционного суда от 24 ноября 2016 года № 03-П/16) и указал, что субъектом права государственной собственности выступает государственное образование в целом, то есть Приднестровская Молдавская Республика, а не только исполнительные органы государственной власти. Полномочия Правительства по управлению государственной собственностью должны осуществляться в соответствии с установлениями статей 96 (пункт 2) и 97 (пункт 1) Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

 На основании Конституции Правительство разрабатывает и представляет Верховному Совету проект республиканского бюджета на соответствующий период. При этом, руководствуясь положением, внесенным оспариваемым Законом, Правительство вправе предложить иной размер части прибыли, подлежащий перечислению государственными унитарными предприятиями собственнику имущества, чем тот, который определен уставом государственного унитарного предприятия.

Проект республиканского бюджета на 2017 год, представленный Верховному Совету, свидетельствовал о практической реализации Правительством этого полномочия.

Обеспечение исполнения принятого закона о бюджете на соответствующий период, в том числе в части контроля за перечислением государственными унитарными предприятиями платы за пользование имуществом, и последующее распределение этих средств является полномочием Правительства.

Таким образом, оспариваемый Закон не ограничивает конституционное полномочие Правительства по управлению государственной собственностью и не противоречит Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Конституционным судом за указанный выше период было рассмотрено 6 ходатайств о разрешении спора о компетенции: 5 - по обращениям Президента, 1 - по обращению Правительства. Однако обращения не были рассмотрены по существу, и Судом было отказано в принятии к рассмотрению данных ходатайств ввиду их несоответствия критерию допустимости.

Отказывая в принятии к рассмотрению 3 ходатайств о разрешении спора о компетенции (Определения от 8 сентября 2016 года  № 18-О/16,  от 6 декабря 2016 года          № 27-О/16, от 29 декабря 2016 года  № 29-О/16), Конституционный суд  указал, что формально ходатайства соответствуют требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», так как оспариваемая компетенция определена Конституцией, а непосредственно спор не касается вопроса подведомственности дел судам или о подсудности. Суд пришел к выводу, что нет оснований расценивать изложенные в ходатайствах ситуации как конституционный спор, так как ни из них самих, ни из приложенных к ним документов не усматривается наличие спора о компетенции между органами власти. Предметом разрешения споров о компетенции между органами различных ветвей власти является именно спор, основанный на противоречии в позициях сторон, который они не способны разрешить самостоятельно, без участия суда. Отсутствие спора свидетельствует и об отсутствии противоречий в позициях сторон, то есть об отсутствии необходимого основания к рассмотрению данной категории дел. Подтверждением наличия спора в указанных случаях могли бы  быть, например, письменные обращения любой из участвующих в споре о компетенции сторон, оставленные без реагирования или вызвавшие возражения другой стороны.

В результате была сформулирована правовая позиция Конституционного суда, согласно которой конституционно-правовой спор о компетенции – это сложное правовое явление, представляющее единство двух критериев: конституционно-правового содержания и разногласия по поводу компетенции. Специфика конституционного судопроизводства по рассмотрению споров о компетенции заключается в пределах проверки их рассмотрения и критериях допустимости обращения.

В 2 других Определениях (от 3 ноября 2016 года № 23-О/16 и от 8 ноября 2016 года № 24-О/16) Суд, помимо названных выше оснований к отказу в принятии ходатайств к рассмотрению, также указал на то, что по сути в них оспаривается конституционность конкретных норм или конкретного закона. Однако в соответствии с Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» рассмотрение дел о соответствии Конституции правового акта, являющегося предметом спора о компетенции, по содержанию норм, форме, порядку его подписания, принятия, опубликования или введения в действие возможно только на основании отдельного запроса и в соответствии с порядком рассмотрения дел о конституционности правовых актов. Следовательно, такое обращение в процедуре рассмотрения спора о компетенции не может быть признано допустимым, поскольку процедура рассмотрения каждой конкретной категории дел имеет свое, только ей присущее содержание.

Отличным от указанных выше оснований к отказу в принятии ходатайства к рассмотрению стало основание, изложенное в Определении от 13 сентября 2016 года № 19-О/16. В ходатайстве Президента ставился вопрос о разрешении спора о компетенции между органами государственной власти в части принятия решения о признании международного договора рамочной нормой права на территории Приднестровской Молдавской Республики. Заявитель указал, что положениями статьи 21 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О международных договорах Приднестровской Молдавской Республики» и статьи 125-2 Регламента Верховного Совета в отношении признания международного договора рамочной нормой права установлен порядок, согласно которому конституционные полномочия Президента в сфере внешней политики отнесены к компетенции Верховного Совета.

Конституционный суд, изучив направленное в его адрес обращение и позиции сторон, пришел к выводу, что данное ходатайство не может быть принято к рассмотрению,  поскольку оспариваемая заявителем компетенция в части принятия решения о признании международного договора рамочной нормой права на территории Приднестровской Молдавской Республики не определяется Конституцией, а само обращение не соответствует критерию допустимости. 

Помимо ходатайств о разрешении споров о компетенции между органами государственной власти, Судом также было рассмотрено ходатайство Верховного Совета о  разъяснении Постановления Конституционного суда от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 по делу о проверке конституционности некоторых положений Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики». Усматривая несогласованность выводов, содержащихся в Постановлении Конституционного суда, заявитель просил разъяснить, «является ли возможным привлечение депутата Верховного Совета к иным, кроме уголовной и административной, видам ответственности за выраженное им мнение или принятое в процессе депутатской деятельности решение».

Конституционный суд отказал в удовлетворении указанного ходатайства (Определение от 6 сентября 2016 года № 15-О/16), поскольку поставленный в нем вопрос выходил за рамки содержания Постановления Конституционного суда от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 и, соответственно, не мог быть предметом официального разъяснения.

Одним из основных направлений деятельности Конституционного суда является проверка конституционности правовых актов по запросам органов государственной власти. По запросам главы государства Судом вынесено 2 определения об отказе в принятии к рассмотрению (Определения от 7 июля 2016 года № 13-О/16 и от 6 сентября 2016 года  № 16-О/16).

Так, Президент обратился в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности пункта 1 статьи 21 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О международных договорах Приднестровской Молдавской Республики» и пункта 1 статьи 125-2 Регламента Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики, которые, как считает заявитель, не соответствуют Конституции в силу того, что нормативное регулирование в данной сфере не входит в компетенцию Верховного Совета. Оспариваемые нормы, предусматривающие принятие Верховным Советом решения о признании международного договора рамочной нормой права на территории Приднестровской Молдавской Республики посредством принятия подзаконного нормативного правового акта, приведут к вторжению законодательного органа государственной власти в исключительную компетенцию Президента как главы государства.

Отказывая в принятии запроса к рассмотрению (Определение от 7 июля 2016 года № 13-О/16), Суд отметил, что из приведенных аргументов и утверждений следует, что Президентом по существу заявлен спор о компетенции в сфере принятия решений в области внешней политики, пределы которой определены непосредственно Конституцией. Следовательно, запрос в заявленной процедуре не может быть признан допустимым, поскольку процедура рассмотрения каждой конкретной категории дел имеет свое, только ей присущее содержание. Впоследствии глава государства обратился в Конституционный суд с данным вопросом уже в рамках разрешения спора о компетенции.

Важным по своей правовой значимости стало Определение от 6 сентября 2016 года № 16-О/16, которым Суд отказал в принятии к рассмотрению запроса Президента о проверке конституционности некоторых положений Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об отдельных статьях (положениях) Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2016 год». В запросе заявителем были объединены несколько требований, касающихся как содержания оспариваемого нормативного акта, так и порядка его принятия. Указывалось, что оспариваемые положения, одобренные Верховным Советом в ранее принятой редакции при повторном рассмотрении, изначально были приняты в результате внесения незаконных и необоснованных поправок, которые предусматривали положения без должного учета их экономической обоснованности, прогнозов последствий принятия, экспертизы соответствия  Конституции и действующему законодательству. В итоге, по мнению заявителя, это привело к необоснованному сокращению предельного размера дефицита консолидированного бюджета и произвольному увеличению суммы доходов республиканского бюджета.

Признавая обоснованность доводов заявителя о необходимости соблюдения принципов сбалансированности, достоверности и реальности при принятии законодательных актов о бюджетах, Конституционный суд, однако, отказал в принятии к рассмотрению запроса ввиду его несоответствия критерию допустимости по следующим основаниям. 

Во-первых, в запросе не приведена позиция заявителя, которая должна содержать именно конституционно-правовую оценку оспариваемых положений, а не оценку их законности, целесообразности или экономической обоснованности, а также ее правовое обоснование со ссылками на соответствующие нормы Конституции.

Во-вторых, Конституционный суд пришел к выводу, что поставленные в обращении вопросы находятся вне сферы права и выходят за пределы его компетенции, указав, что анализ основных характеристик бюджета, а также установление наличия (отсутствия) источников покрытия дефицита и реальности таких источников, означал бы оценку финансово-экономической обоснованности самих законов о бюджетах. Кроме того, Суд должен воздерживаться также и от рассмотрения дел, в которых по сути преобладают аспекты политической целесообразности, и в соответствии со своим предназначением и принципами деятельности не должен превращаться в непосредственного участника текущих политических процессов в результате рассмотрения дел.

В-третьих, Президент фактически утверждает о наличии спора о компетенции,  обращаясь, однако, с запросом о проверке конституционности конкретного положения правового акта. Поэтому запрос в заявленной процедуре в данной части не может быть признан допустимым.

В-четвертых, обосновывая неконституционность некоторых положений оспариваемого Закона, заявитель утверждает, что они приняты с нарушением требований действующего законодательства. В данной части запрос Президента также не может быть принят к рассмотрению, поскольку Конституционный суд как орган конституционного контроля проверяет соответствие правовых актов только Конституции, но не нормам и принципам отраслевого законодательства.

Помимо проверки конституционности правовых актов, Конституционный суд принимает решения и по обращениям относительно конституционности правоприменительной практики. По итогам их рассмотрения было вынесено 2 Определения об отказе в принятии к рассмотрению: от 1 сентября 2016 года № 14-О/16 и от 6 октября 2016 года № 22-О/16.

Так, Суд пришел к выводу, что в запросе Президента о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета, сложившейся при даче поручений Счетной палате, фактически оспаривается не конституционность, а законность Постановлений Верховного Совета, которые были квалифицированы им как индивидуальные (ненормативные) акты. Однако решение вопросов о проверке индивидуальных (ненормативных) актов, как и исследование ряда фактических обстоятельств, не относится к компетенции Конституционного суда. Ввиду неподведомственности  вопросов, поставленных в обращении, Конституционный суд отказал в принятии его к рассмотрению.

В другом запросе главы государства о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета, сложившейся при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года, утверждалось, что нарушение Верховным Советом установленного Регламентом порядка рассмотрения и принятия законопроектов, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, является правоприменительной практикой, которая не соответствует Конституции.

Отказав в принятии к рассмотрению данного запроса, Суд указал, что приведенные в обращении случаи несоблюдения и нарушения законодательным органом требований Конституции и Регламента Верховного Совета при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, невзирая на их системный характер, допускались в процессе не правоприменительной, а правотворческой деятельности Верховного Совета. Правотворческая деятельность не образует правоприменительную практику, которая может быть предметом рассмотрения Конституционного суда. Данный вывод основывается на ранее сформулированной правовой позиции Суда (Постановление от 8 июня 2010 года № 02-П/10, Определение от 2 апреля 2013 года № 04-О/13) и положениях Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики». Таким образом, по существу заявитель оспаривает конституционность не правоприменительной практики Верховного Совета, а конституционность деятельности законодательного органа при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости. Кроме того, по предмету обращения в части проверки конституционности правоприменительной практики Верховного Совета при отклонении законопроектов, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, Конституционным судом ранее было вынесено Постановление от 1 ноября 2013 года № 07–П/13,  сохраняющее свою силу.

Значительную часть итоговых решений Конституционного суда составляют определения о прекращении производства по делу по основаниям, выявленным в процессе судебного разбирательства.

 Ввиду отсутствия предмета обращения были прекращены производства по 2 делам:

- о проверке конституционности статьи 20-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О разгосударствлении и приватизации», пункта 4 статьи 1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении дополнений в Гражданский кодекс Приднестровской Молдавской Республики» по запросу Президента (Определение от 30 июня 2016 года № 12-О/16), поскольку оспариваемые нормы признаны утратившими силу;

- о разрешении спора о компетенции между Верховным Советом и Президентом в отношении неподписания главой государства отдельных законов, принятых законодательным органом власти по ходатайству Верховного Совета (Определение от 7 февраля 2017 года  № 11-О/17), поскольку Президент исполнил конституционную обязанность по подписанию и обнародованию 6 законов, перечисленных в ходатайстве и составляющих предмет спора.

Ввиду несоответствия обращения требованиям о подведомственности и допустимости прекращено производство по делу о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 июля 2016 года № 174-ЗИ-VI «О внесении изменения в Избирательный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» по запросу Президента (Определение от 29 ноября 2016 года  № 26-О/16). В запросе оспаривалось положение, согласно которому «порог явки» избирателей на выборах Президента был снижен с 50 процентов до 25 процентов. В решении Конституционный суд указал, что в силу принципа разделения властей Суд не вправе подменять законодателя, в том числе в вопросе определения «порога явки», поскольку решает исключительно вопросы права. Более того, проведение судебного разбирательства в ходе избирательной кампании непосредственно перед голосованием может неоправданно осложнить избирательный процесс, отрицательно сказаться на волеизъявлении избирателей и в конечном счете повлиять на результаты выборов. В таком случае Конституционный суд фактически превратился бы в участника избирательной кампании, что противоречит его предназначению и принципам деятельности. Кроме того, возможное признание оспариваемого Закона неконституционным повлечет, в соответствии с юридической силой решения Конституционного суда, немедленное изменение действующего избирательного законодательства в части «порога явки», что противоречит принципу неизменности процедуры выборов в ходе одних и тех же выборов.

Вместе с тем в решении Суд указал, что вопрос легитимности избираемого Президента и доверия к нему избирателей остается независимо от того, какой именно «порог явки» избирателей установлен в законодательстве о выборах – 50 процентов или 25 процентов. Участие избирателей в выборах осуществляется в соответствии с принципом свободного участия, провозглашенным Конституцией Приднестровской Молдавской Республики (часть четвертая статьи 1, часть вторая статьи 31). Это означает, что избирательное право принадлежит отдельному гражданину, и только он на индивидуальной основе вправе решать – воспользоваться этим правом или нет. Выборы считаются состоявшимися при преодолении того «порога явки» избирателей, который установлен действующим законодательством о выборах. При этом любой установленный законом «порог явки» избирателей не является препятствием для его преодоления. Фактическая явка избирателей на выборы может значительно превышать установленное минимальное значение для признания выборов состоявшимися.

Ввиду отзыва обращения заявителем до начала рассмотрения дела в заседании Конституционного суда были прекращены производства по 16 делам: по обращениям Президента (Определения от 17 января 2017 года № 01-О/17, от 24 января 2017 года  № 02-О/17, от 24 января 2017 года  № 03-О/17, от 24 января 2017 года  № 05-О/17, от 24 января 2017 года  № 06-О/17, от 24 января 2017 года  № 07-О/17, от 24 января 2017 года  № 08-О/17, от 24 января 2017 года  № 09-О/17, от 24 января 2017 года  № 10-О/17, от 14 февраля 2017 года  № 12-О/17, от 21 февраля 2017 года  № 13-О/17, от 28 февраля 2017 года  № 14-О/17, от 7 марта 2017 года  № 15-О/17, от 14 марта 2017 года  № 16-О/17, от 21 марта 2017 года  № 17-О/17) и по обращению Правительства (Определение от 24 января 2017 года  № 04-О/17).

Такое значительное количество обращений, отозванных главой государства в рассматриваемом периоде, Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики связывает с утратой актуальности поставленных в них вопросов.

Исполнение решений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики

 Эффективность решений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики определяется их влиянием на осуществляемую законотворческую и правоприменительную деятельность, преодоление недостатков и в конечном итоге - совершенствование системы законодательства. Правотворческие и правоприменительные органы ежегодно предоставляют Конституционному суду информацию об исполнении решений органа конституционного контроля. Согласно поступившим сведениям были исполнены не только решения, принятые в рассматриваемый период, но и принятые ранее.

Решения Конституционного суда, выявляющие в процессе конституционного производства дефекты правового регулирования и указывающие на возможные способы их устранения, окончательны, не подлежат обжалованию и являются общеобязательными, равно как и сформулированные в этих решениях правовые позиции – вне зависимости от того, изложены они в мотивировочной или резолютивной части.

Так, в 2013 - 2016 годах Судом был принят ряд решений, подтверждающих в рамках споров о компетенции между Президентом Приднестровской Молдавской Республики и Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики полномочия Президента подписать и обнародовать ряд законов.

Согласно правовой позиции Конституционного суда (Постановление от 25 мая 2010 года № 01-П/10, Определение от 4 февраля 2014 годя № 03-О/14) единственным случаем, когда Президент вправе вернуть закон в Верховный Совет без рассмотрения, является нарушение законодательных процедур, установленных статьями 71 и 73 Конституции применительно к норме голосов, необходимых для признания закона принятым. Иные нарушения порядка и условий принятия закона, кроме установленных статьями 71 и 73 Конституции, согласно названной правовой позиции не лишают закон статуса принятого, в связи с чем такой закон подлежит подписанию и обнародованию или отклонению в установленные Конституцией сроки, а действительные или предполагаемые нарушения требований Конституции и законодательства к порядку принятия закона являются для главы государства основанием к его отклонению.

По сведениям, предоставленным Верховным Советом и Администрацией Президента, в настоящее время все 84 закона, являвшиеся предметом споров о компетенции, подписаны Президентом и обнародованы, а практика уклонения главы государства от исполнения конституционной обязанности подписать либо отклонить законодательный акт в установленный Конституцией срок прекращена.

Таким образом, следует констатировать устойчивую позитивную динамику в исполнении решений Конституционного суда, отметив при этом повышение ответственности органов и должностных лиц, вовлеченных в процесс обеспечения исполнения требований Конституции и законов, а также их стремление ускорить и оптимизировать соответствующие процедуры.

Благодаря решениям Конституционного суда законодательство и правоприменительная практика приводятся в соответствие с конституционными требованиями, ценностями и принципами. При этом своевременное, качественное и надлежащее исполнение актов конституционного правосудия – важная и необходимая задача для всех государственных органов. В соответствии с Конституцией Приднестровской Молдавской Республики  и Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» исполнение решений Конституционного суда должно обеспечиваться своевременными и согласованными действиями органов государственной власти, которым эти решения адресованы.

Председатель Конституционного суда

Приднестровской Молдавской Республики                                                   О.К. Кабалоев




|Становление и деятельность |Правовые основы |Состав |Решения|
|Аппарат |Новости ||Публикации |Фотоархив|
|Контакты |Сcылки|Начало|
|Актуальное событие|