ЛОГО

ПОДРОБНЕЕ...

ПРОБЛЕМЫ  ЗАЩИТЫ  ПРАВ  МЕСТНОГО  САМОУПРАВЛЕНИЯ  И  ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ГРОМАД В  КОНСТИТУЦИОННОМ  СУДЕ  УКРАИНЫ

Всестороннее признание и развитие местного самоуправления – характерная черта каждого демократического государства, стремящегося стать социальноправовым. Украина провозглашается суверенным и независимым, демократическим, социальным, правовым государством (ст. 1 Конституции Украины). Поэтому не случайно в системе институтов конституционного строя, существование которых признается и закрепляется в Основном Законе Украины, фигурирует местное самоуправление.

Местное самоуправление – сложное социально-политическое явление, нежели это может показаться при формальном анализе, как юридической доктрины, так и норм международно-правовых актов в области местного самоуправления и норм Конституции и законов Украины. Именно поэтому вокруг него традиционно возникали и продолжают возникать дискуссии, в ходе которых исследователи пытаются определить его природу и сущность. Естественно, что в таких условиях местное самоуправление и система его гарантий не могут не быть подвергнуты теоретическому осмыслению в разных направлениях исследовательского поиска. К таким направлениям относятся оценки местного самоуправления как принципа организации и осуществления власти на местах, формы самоорганизации и самодеятельности граждан [1]; составной части организации управления обществом [2]; гарантированного государством права и реальной способности территориальной громады самостоятельно или под ответственность органов и должностных лиц местного самоуправления решать вопросы местного значения [3]; децентрализованной формы управления [4]; принципа организации и осуществление публичной власти и детерминированного этим принципом права местного населения, граждан-жителей соответствующей территории (территориальных громад) независимо и самостоятельно решать вопросы местного значения [5]; основы конституционного строя, права населения на самостоятельное решение вопросов местного значения и формы народовластия [6]; волеизъявление территориальных громад, которое осуществляется путем выборов, референдумов и в других формах или через создаваемые ими органы [7] и т.п.

Можно привести десятки определений и позиций, авторы которых акцентируют внимание на разных аспектах феномена местного самоуправления, подчеркивают те или другие ракурсы и проявления данного общественно-политического явления. Каждое направление в исследовании местного самоуправления делает акцент на одном аспекте феномена локальной демократии и является по-своему верным. Одновременно, лишь комплексное понимание местного самоуправления в совокупности всех его проявлений и социально-политических влияний в обществе позволит оптимально осознать его сущность, содержание и форму, а также реализовать внутренние потенции самоорганизации населения по месту проживания на практике.

Следует отметить, что процесс становления и развития местного самоуправления в Украине в значительной степени еще пребывает в «эмбриональном» состоянии. Подобная «пассивность» эволюции самоорганизации общества обусловлена рядом причин. Среди их можно выделить, например, слабость материально-финансовой базы местного самоуправления. Предусмотренный действующим Законом Украины «О местном самоуправлении в Украине», а также Бюджетным кодексом порядок формирования местных бюджетов далек от совершенства, так как не создает оптимальных условий для формирования дееспособных территориальных громад. До сих пор нет законов о коммунальной собственности, о местных налогах и сборах и т.п.

Несовершенными являются конституционная модель взаимоотношений внутри системы местного самоуправления, а также механизм взаимодействия между местным самоуправлением и органами исполнительной власти, что порождает конфликтность как на местном (местные советы – сельский, поселковый, городской голова), так и региональном уровнях (местные советы – местные государственные администрации). Отсутствует завершенная и стройная система законов в местном самоуправлении, а в действующем законодательстве присутствуют явные пробелы и коллизии с другими законами.

Обращают на себя внимание и неготовность, в ряде случаев – нежелание, а иногда – сознательное препятствование как со стороны политиков, так и населения в восприятии самой идеи муниципальной демократии и реализации её на практике. Ведь на протяжении многих десятилетий в Украине существовала административно­командная система, сводящая к нулю какую­либо местную инициативу и самодеятельность, самоорганизацию. Так, например, как отголосок прошлого следует расценивать периодическое стремление со стороны государственной власти в императивном порядке «обеспечить руководство» местным самоуправлением и «нормализовать жизнедеятельность» некоторых территориальных громад [8].

В значительной мере сдерживающими факторами развития муниципальной демократии выступают несовершенные формы гарантирования местного самоуправления. Так, например, длительное время на уровне декларативных заявлений остается институциализация административной юстиции, в частности, формирование местных административных судов. Доктринальными предложениями ограничивается и процесс образования региональных и местных уполномоченных по правам человека.

Определенный прогресс наблюдается в механизме гарантирования местного самоуправления средствами конституционной юстиции. Названные выше проблемы, не находя своего разрешения на законодательном уровне, в деятельности Президента Украины и органов исполнительной власти, а также иными способами, в значительной степени очерчивают и обуславливают тематику конституционных обращений по вопросам местного самоуправления, которые стали предметом рассмотрения в Конституционном Суде Украины за последние годы.

Следует констатировать, что теоретический анализ деятельности Конституционного Суда Украины в области местного самоуправления еще не нашел своего системного исследования в конституционно–правовой науке Украины. Преимущественно научные исследования местного самоуправления и конституционной юстиции носят самостоятельный характер. Можно выделить лишь некоторые статьи, научно–практические комментарии и аналитические заметки в периодической прессе, посвященные данной проблеме. Так некоторые решения Конституционного Суда Украины в области местного самоуправления подвергались непосредственному научному анализу в работах известного специалиста в области местного самоуправления, судьи Конституционного Суда Украины в отставке Н.И. Корниенко [9]. В определенной степени данные вопросы освещались в учебно­практическом пособии, изданном на основе материалов научно­практической конференции «Судебная защита прав и интересов местного самоуправления в Украине» [10]. Обращали внимание на проблемы защиты местного самоуправления методами конституционного судопроизводства и другие ученые и практики как в контексте исследования общих проблем муниципальной демократии, так и вопросов конституционного контроля в Украине [11].

Думается, что опыт подобного исследования является полезным как для осмысления современных подходов к формам и методам гарантирования муниципальных прав личности и территориальных громад, дальнейшего развития местного самоуправления и конституционной юстиции в Украине, так и представляет определенную ценность для стран, делающих первые шаги на пути формирования демократического, социально-правового государства.

Представляется, что наиболее продуктивным с методологической точки зрения подходом к данной проблеме является анализ соответствующих решений Конституционного Суда Украины через призму плюралистического понимания местного самоуправления как естественного права территориальной громады самостоятельно решать вопросы местного значения и самостоятельного вида публичной власти. Характер вопросов, ставших предметом раcсмотрения органа конституционной юрисдикции, позволяет, с одной стороны, классифицировать их в соответствии с предложенными критериями, а с другой – является дополнительным аргументом, подтверждающим многовекторность внешнего проявления местного самоуправления.

За период своего существования и функционирования Конституционный Суд Украины принял более 40 решений, которые в различной степени касаются проблем местного самоуправления, в том числе около 10 – непосредственно. В частности, это дела в отношении особенностей проведения выборов в Киеве и Севастополе, статуса депутатов местных советов, совмещения должностей народного депутата Украины и городского головы, административно-территориального устройства, трудовых прав депутатов местных советов, права на объединение территориальных громад, выборов депутатов местных советов и сельских, поселковых, городских голов, особенностей осуществления исполнительной власти и местного самоуправления в городе Киеве и др.

Субъектами конституционных обращений по данным вопросам преимущественно выступали народные депутаты Украины, хотя инициаторами некоторых дел были и Президент Украины, Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека, Министерство внутренних дел Украины и др. субъекты. Ряд решений Конституционного Суда Украины касались вопросов толкования положений Конституции Украины и законов «О местном самоуправлении в Украине», «О государственной службе», «О местных государственных администрациях», «О столице Украины – городе-герое Киев» и др. Некоторые решения касались проверки конституционности законов. Попытаемся дать общую характеристику некоторых из этих решений через призму выше предложенной схемы.

Прежде всего, местное самоуправление целесообразно рассматривать в контексте прав и свобод человека и гражданина. В соответствии со ст. 7 Конституции Украины в Украине «признается» и «гарантируется» местное самоуправление, что возводит данный институт в ранг естественного права территориальной громады – права местного населения самостоятельно под свою ответственность решать вопросы местного значения независимо от государственных структур, в рамках законов, собственной финансово-экономической базы и в своих интересах.

В юридической литературе отчетливо наметилась тенденция понимания местного самоуправления как фундаментального права личности. Поддерживая данную точку зрения, мы считаем, что право на местное самоуправление – это комплексное гражданское, политическое, экономическое, социальное и культурное право, которое в значительной степени не вписывается в традиционные классификации прав и свобод человека и гражданина. На наш взгляд, рассматривая местное самоуправление через призму прав и свобод человека и гражданина, его можно определить как признанные и гарантированные государством естественные возможности человека и его ассоциаций (территориальных громад) самостоятельно и под свою ответственность решать вопросы местного значения в разных сферах общественной жизни, в частности, политической, экономической, социальной, культурной, экологической и т.п. Фактически – это комплексное право территориальной громады, представляющее собой совокупность прав жителей определенных населенных пунктов, предоставленных им от Бога (природы), а поэтому священных и неотчуждаемых в процессе их жизнедеятельности.

В силу этого данное естественное право не зависит от законодательного признания или непризнания его государством. То есть право на местное самоуправление – естественное право территориальной громады – выступает в качестве важнейшей составляющей единой системы естественного права. Конституционная категория «признается» означает, что местное самоуправление – это деятельность, которая реализуется человеком как его естественная социальная претензия в одностороннем порядке независимо от ее правового допущения. Таким образом, местное самоуправление как извечное право территориальной громады носит не октроированный характер, а принадлежит ей в силу ее природы. Государство с помощью правовых средств лишь упорядочивает, внешне оформляет самоуправленческую активность территориальных громад, не устанавливая ее. Тем самым местное самоуправление провозглашается явлением общественной, а не государственной жизни.

Следует отметить, что право самостоятельно решать вопросы местного значения признается лишь за территориальными коллективами жителей «естественных» административно-территориальных единиц, то есть поселений (сел, поселков и городов). Такой подход к определению круга субъектов права на местное самоуправление имеет глубокие исторические корни. Именно поселения являлись и являются естественными ареалами  совместного проживания людей, проблемы которых обсуждались на сходах, общих собраниях, а для осуществления текущего управления избирались соответствующие лица (органы). Именно защите естественных прав каждой территориальной громады и каждого человека в отдельности, сохранению неповторимого и индивидуального вида каждого села, поселка, города призван служит такой важный конституционный институт, как местное самоуправление. Оно осуществляется лишь там, где реально проживают люди: село, поселок, город. Любые «искусственные» территориальные образования, «спущенные» из «центра», преследуют административные, экономические и прочие цели, однако теоретически не создают нового пространственного ареала местного самоуправления. Поэтому проблемы территориального деления на низовом уровне являются проблемами не административными, а проблемами местного самоуправления, проблемами формирования дееспособных территориальных громад.

Как подтверждение подобной точки зрения, можно рассматривать решения Конституционного Суда Украины, посвященные вопросам административно-территориального устройства [12], а также права на объединение территориальных громад [13]. Так толчком к инициированию дела об административно-территориальном устройстве была трансформация районного деления в Киеве, связанная с созданием 10 районов вместо 14 существующих ранее, и проведенная на основании решения Киевского городского совета от 30 января 2001 года. В ходе дела рассматривались вопросы о соотношении понятий «район» и «район в городе», а также о правомочностях местных советов самостоятельно принимать решения об изменении внутреннего муниципального устройства городов (создание и ликвидация районов в городе). Проанализировав в целом однозначные позиции участников рассмотрения дела, Конституционный Суд Украины пришел к выводу, что категорию «район» следует рассматривать исключительно как «искусственное» регионально-географическое образование, элемент административно-территориального устройства государства, созданного по инициативе государства и с целью его оптимального функционирования. В связи с этим, вопросы создания и ликвидации районов находятся в компетенции Верховной Рады Украины.

В свою очередь, по мнению Конституционного Суда Украины, «район в городе» целесообразно рассматривать как элемент внутреннего муниципального устройства города, созданный для обеспечения эффективного управления данным населенным пунктом. Поэтому принятие решений о создании либо ликвидации районов в городе, исходя из естественноправовой природы муниципального управления в Украине, относится к предметам ведения не государства, а территориальных громад и их представительных органов. Таким образом, отметив органическую взаимосвязь системы местного самоуправления и системы административно-территориального устройства, Конституционный Суд Украины в данном деле фактически констатировал, что местное самоуправление – естественное право территориальной громады самостоятельно решать вопросы местного значения, в том числе и в области административно-территориального устройства.

По делу в возможностях объединения соседних территориальных громад, субъект права на конституционное обращение поставил вопрос о необходимости официального толкования положений части первой ст. 140 Конституции Украины, в соответствии с которыми местное самоуправление является правом территориальной громады – жителей села или добровольного объединения в сельскую громаду жителей нескольких сел, поселка и города – самостоятельно решать вопросы местного значения в рамках Конституции и законов Украины. При этом, обращалось внимание на то, что «конституционное положение о праве жителей села или добровольного объединения в сельскую громаду нескольких сел, поселка, города по-разному толкуется в практике законотворчества». В частности, по мнению субъекта права на конституционное обращение, в положениях ст. 1, 6 Закона Украины «О местном самоуправлении в Украине» речь идет о возможности добровольно объединяться в одну территориальную громаду только территориальных громад соседних сел, создавать единые органы местного самоуправления и избирать сельского голову. Аналогичные пояснения по этому поводу были предоставлены и Министерством юстиции Украины. В свою очередь, Председатель Верховной Рады Украины обратил внимание, что по смыслу части первой ст. 140 Конституции Украины «отсутствует конкретное указание на то, какие именно административно-территориальные единицы могут объединяться в территориальную громаду», а также высказал мнение о «возможности добровольного объединения в территориальные громады жителей административно-территориальных единиц разного уровня – села, поселка и города». Проанализировав материалы дела, Конституционный Суд Украины пришел к выводу, что местное самоуправление следует рассматривать исключительно как признанное и гарантированное государством право территориальной громады решать вопросы местного значения в рамках Конституции и законов Украины, при этом, под территориальной громадой следует понимать жителей села, поселка, города или добровольного объединения жителей нескольких сел в сельскую громаду. В связи с тем, что Конституцией Украины не предусматривается порядок объединения или разъединение самих территориальных громад, подобный порядок должен быть закреплен в отдельном законе, при чем подобное объединение либо разъединение территориальных громад как первичных субъектов местного самоуправления, должно носить исключительно добровольный характер. То есть Конституционный Суд Украины и в данном случае фактически подтвердил общественную природу местного самоуправления и естественный характер муниципальных прав личности и территориальных громад.

Второй блок проблем связан с пониманием местного самоуправления как самостоятельной формы осуществления публичной власти. Преимущественно проблематика публичной власти в отечественной литературе рассматривалась в контексте государственной власти, осуществление которой возложено, прежде всего, на общенациональные государственные органы и должностных лиц. Однако, несомненно то, что в административно-территориальных единицах демократических государств, на территориях которые входят в ее состав, включая низовые ячейки – департаменты, графства, области, небольшие города, поселки, приходы, коммуны и т.п., публичная власть преимущественно осуществляется не государственными органами, а непосредственно местными жителями и создаваемыми ими органами и соответствующим образом избранными или назначаемыми должностными лицами. Данная власть приобретает свойства самоорганизованной публичной власти. Местные уровни организации такой власти, которые функционируют непосредственно в гражданском обществе, реализуют разнообразные интересы личности и общества в повседневной практической работе всех муниципальных структур. В сущности, это и означает «решение вопросов местного значения».

Таким образом, мы видим, что местное самоуправление – это публичная политическая негосударственная по своей природе самостоятельная форма осуществления народом своей власти – публичная власть территориального коллектива, или муниципальная власть. Нам видится местное самоуправление как система организации деятельности местных жителей на соответствующей территории, которая представляет собой совокупность разнообразных органов и институтов. Эта совокупность функционирует как единый целостный механизм, центральным, ведущим звеном которого является территориальный коллектив.

Как подтверждение самостоятельности существования и организационной отделенности от государственной власти публично–самоуправленческой власти территориальных громад следует рассматривать решения Конституционного Суда Украины по делам о совмещении должностей народного депутата Украины и городского головы [14], об особенностях осуществления исполнительной власти и местного самоуправления в городе Киеве [15] и др.

Так, решая вопрос в совмещении должностей народного депутата Украины и городского головы, Конституционный Суд Украины столкнулся с двояким пониманием данной проблемы. По мнению субъектов конституционного обращения, в соответствии со ст. 38 Конституции Украины «гражданам предоставлено право быть избранными одновременно как в органы государственной власти (в данном случае – в Верховную Раду Украины), так и в органы местного самоуправления», что создает условия для возможности совмещения должностей в данных структурах, в частности, одновременного пребывания на должности городского головы и обладания мандатом народного депутата Украины. Однако, рассмотрев материалы дела, Конституционный Суд Украины пришел к абсолютно справедливому выводу в том, что положение части первой ст. 38 Конституции Украины, согласно которому граждане имеют право «свободно избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления», в контексте положений части второй ст. 78 Конституции Украины надо понимать так, что гражданину Украины предоставлено право свободно быть избранным в любой орган государственной власти, в частности, в Верховную Раду Украины, в орган местного самоуправления – сельский, поселковый, городской, районный, областной совет, а также быть избранным сельским, поселковым, городским головой. Но реализовать приобретенный представительный мандат гражданин может только в одном из этих органов или на должности сельского, поселкового, городского головы. Следовательно, городской голова – это главное должностное лицо территориальной громады города, который имеет представительный мандат, и потому на него должны распространяться требования относительно несовместимости депутатского мандата (народного депутата Украины), предусмотренные частью второй ст. 78 Конституции Украины. В связи с этим безосновательным является утверждение субъектов права на конституционное обращение, в соответствии с которым Конституцией Украины не установлено ограничений для городского головы быть народным депутатом Украины. Таким образом, Конституционный Суд Украины фактически подтвердил, что в системе разделения властей помимо законодательной, исполнительной и судебной, выделяется и публично-самоуправленческая (муниципальная) власть территориальных громад.

В ходе рассмотрения дела об особенностях осуществления исполнительной власти и местного самоуправления в городе Киеве, Конституционный Суд Украины столкнулся с проблемой граничности возраста пребывания на должности Киевского городского головы, который одновременно в соответствии с Конституцией Украины является председателем Киевской городской государственной администрации. По мнению субъектов конституционного обращения, достижение 65-летнего (пенсионного) возраста нынешним Киевским городским головой А.А. Омельченко, являющимся председателем Киевской городской государственной администрации, как органа государственной исполнительной власти, и, следовательно, государственным служащим, обусловило вопрос о граничности возраста пребывания его на государственной службе и возможной отставке в связи с уходом на пенсию. Однако проанализировав материалы дела и учитывая, что Киевский городской голова является выборным должностным лицом местного самоуправления, на которое в соответствии с Конституцией Украины возложены функции председателя Киевской городской государственной администрации, Конституционный Суд Украины пришел к выводу, что Киевский городской голова не является государственным служащим, в связи с чем на него не распространяются требования о граничном возрасте пребывания на государственной службе. Таким образом, Конституционный Суд Украины, несмотря на достаточно спорную с концептуальной точки зрения дуалистическую модель организации городской власти в Киеве, достойно вышел из данной казусной ситуации, решив дело в пользу муниципальной власти и городской демократии, подтвердив естественно-правовую природу местного самоуправления как самостоятельного вида публичной власти.

Можно было бы привести и другие подобные иллюстрации, однако даже такой конспективный анализ позволяет судить о том, что практика деятельности Конституционного Суда Украины в области местного самоуправления, во-первых, свидетельствует о становлении в Украине эффективного механизма гарантирования локальной демократии и муниципальных прав и свобод, во-вторых, подтверждает формирование местного самоуправления как системы фундаментальных прав личности и территориальных громад самостоятельно и под свою ответственность решать вопросы местного значения, в-третьих, объективно свидетельствует о становлении в Украине самостоятельной формы осуществления народом своей власти – публично-самоуправленческой (муниципальной) власти территориальных громад и, в-четвертых, актуализирует необходимость совместных научных изысканий специалистов в области конституционного судопроизводства и местного самоуправления.

Батанов А.В.,

кандидат юридических наук,

научный сотрудник Института государства и права  им.  В.М. Корецкого  НАН  Украины,

Литература

1. Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России. – М., 1995. – С. 455, 456.

2. Основи конституційного права / За ред. В.В. Копєйчикова. – К., 1998. – С.186.

3. Борденюк В. Конституція України та становлення галузі права місцевого самоврядування // Збірник наукових праць Української Академії державного управління при Президентові України. – К., 1999. – Вип. 1. – С.287.

4. Григорьев В.А. Становление местного самоуправления в Украине. – Одесса, 2000. – С. 5.

5. Смирнова Т.С. Правове регулювання місцевого самоврядування в Україні. – К., 2001. – С. 13.

6. Кравченко В.В. Конституційне право України. – К., 2000. – С. 259; Кутафин О.Е., Фадеев В.И. Муниципальное право Российской Федерации. – М., 2000. – С. 89.

7. Муніципальне право України / За ред. В.Ф. Погорілка та О.Ф. Фрицького. – К., 2001. – С. 6.

8. Про забезпечення керованості місцевими органами влади у місті Ялті та нормалізації життєдіяльності міста: Указ Президента України від 30.01. 1998 р. № 70/98 // Голос України. – 1998.– 3 лютого; Про забезпечення керованості процесами життєдіяльності міста Василькова Київської області: Указ Президента України від 23.02. 2000 р. № 277/2000 // Урядовий кур’єр. – 2000. – 26 лютого; Про заходи щодо забезпечення конституційних прав громадян та нормалізації життєдіяльності міста Мукачевого Закарпатської області від 25 грудня 2003 р. № 1486/2003 // Воля. – 2004. – січень. – № 1-2.

9. Корнієнко М.І. Проблеми місцевого самоврядування в юрисдикції Конституційного Суду України // Вісник Конституційного Суду України. – 2000. – № 4. – С. 7-10; Корнієнко М. За принципом розподілу влад // Воля. – 2004. – № 1-2. – січень.

10. Судовий захист прав та інтересів місцевого самоврядування в Україні. Навчально–практичний посібник / Ю.Р. Вавринюк, М.М. Клепацький, В.В. Кравченко, Н.В. Кравченко, М.В. Пітцик, Л.Є. Подобед. – К., 2002. – С. 27-32.

11. Борденюк В. Добровільне об’єднання територіальних громад в конституційно­правовому вимірі // Вісник Конституційного Суду України. – 2003. – № 4. – С. 58-66; Мартиненко П. Децентралізація у здійсненні державної влади як конституційний принцип в Україні // Вісник Конституційного Суду України. – 2000. – № 6. – С. 38-56; Круіс К. Проблеми місцевого самоврядування в судочинстві Конституційного Суду України // Вісник Конституційного Суду України. – 2000. – № 4. – С. 11-17; Павлик В. Назад дороги нема. Конституційний Суд поставив жирний хрест на гарантіях діяльності депутатів місцевих рад // Воля. – 2003. – № 2(2) – березень; Рубановський К. Виконуючий обов’язки Мукачівського міського голови – дія неправомірна // Воля. – 2004. – № 4. – лютий; Тесленко М.В. Судебный конституционный контроль в Украине. – К., 2001. – С. 314-315 и др.

12. Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційним поданням народних депутатів України щодо офіційного тлумачення термінів «район» та «район у місті», які застосовуються в пункті 29 частини першої статті 85, частині п’ятій статті 140 Конституції України, і поняття «організація управління районами в містах», яке вживається в частині п’ятій статті 140 Конституції України та в частині першій статті 11 Закону України «Про столицю України – місто-герой Київ», а також щодо офіційного тлумачення положень пункту 13 частини першої статті 92 Конституції України, пункту 41 частини першої статті 26 Закону України «Про місцеве самоврядування в Україні» стосовно повноваження міських рад самостійно вирішувати питання утворення і ліквідації районів у місті (справа про адміністративно-територіальний устрій) від 13 липня 2001 року.

13. Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційним поданням 45 народних депутатів України щодо офіційного тлумачення положень частини першої статті 140 Конституції України (справа про об’єднання територіальних громад) від 18 червня 2002 року.

14. Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційними поданнями 49 народних депутатів України і виконавчого комітету Вінницької міської ради щодо офіційного тлумачення положень статей 38, 78 Конституції України, статей 1, 10, 12, частини другої статті 49 Закону України «Про місцеве самоврядування в Україні» (справа про сумісництво посад народного депутата України і міського голови) від 6 липня 1999 року.

15. Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційним поданням Президента України та конституційним поданням 56 народних депутатів України про офіційне тлумачення положень частин першої, другої, третьої, четвертої статті 118, частини третьої статті 133, частин першої, другої, третьої статті 140, частини другої статті 141 Конституції України, статті 23, пункту 3 частини першої статті 30 Закону України «Про державну службу», статей 12, 79 Закону України «Про місцеве самоврядування в Україні», статей 10, 13, 16, пункту 2 розділу VII «Прикінцеві положення» Закону України «Про столицю України – місто-герой Київ», статей 8, 10 Закону України «Про місцеві державні адміністрації», статті 18 Закону України «Про службу в органах місцевого самоврядування» (справа про особливості здійснення виконавчої влади та місцевого самоврядування у місті Києві) від 25 грудня 2003 року.




|Становление и деятельность |Правовые основы |Состав |Решения|
|Аппарат |Новости ||Публикации |Фотоархив|
|Контакты |Сcылки|Начало|
|Актуальное событие|