ЛОГО

ПОДРОБНЕЕ...

ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА – ВЫСШАЯ ЦЕННОСТЬ ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА



Иваненко И.В., начальник отдела организационного обеспечения судебных заседаний Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики

Конституции европейских государств во многом сходно определяют основные права и свободы человека и гражданина. Это обусловлено тем, что в основу глав и разделов конституций европейских государств, посвященных правам и свободам человека, легли общепризнанные международно-правовые документы, такие как Всеобщая декларация прав человека, Европейская Конвенция по защите прав человека и основных свобод, Европейская Социальная Хартия, Международный пакт о гражданских и политических правах и т.д. Однако формы конституционного закрепления прав и свобод в каждом государстве различны, что связано с разным экономическим и политическим развитием стран, различием правовых систем и традиций. Сравнительный анализ юридического содержания конституционных документов позволит выявить специфичность набора основных прав и свобод человека в ряде европейских государств.
Одним из важнейших показателей общности конституционных норм европейских стран является их отношение к правам человека.
Большинство конституций западных европейских государств содержит подробный свод основных прав и свобод граждан этих государств. Наиболее четкие формулировки этих прав даны в конституциях бывших диктаторских стран – Федеративной Республике Германии, Греции, Испании, Италии и Португалии. Более старые, но обновленные тексты конституций Бельгии, Люксембурга или совсем новые конституции Дании, Нидерландов, Франции – ограничиваются сравнительно скупым перечислением этих прав и гарантий. Что касается Великобритании, то достаточно обратить внимание на те исторические документы, которые считаются основой британской конституции – Хартию вольностей, Петицию о правах, Хабеас корпус акт, Билль о правах, являющиеся базой прав человека в этой стране. Поэтому в Конституции Великобритании отсутствует изложение основных прав человека в том смысле, который вкладывают в это понятие в странах с писанной конституцией. В то же время особенности британской Конституции относятся к ее форме, но не касаются содержания и сущности.
Часть правовой системы, определяющей права и свободы человека в странах Восточной Европы, в настоящее время претерпевает серьезные изменения. Права человека занимают все более центральное место. Данный факт обусловлен конструктивным использованием западноевропейского опыта и признанных стандартов в области прав человека. Сегодня восточноевропейские государства придают правам, защищающим человеческую личность, характер основополагающих, гарантированных Конституцией и законодательством в целом. Особенно это характерно для государств постсоветского пространства (Приднестровская Молдавская Республика, Российская Федерация, Украина и т.д.). Однако, например, глава Конституции Армении, касающаяся основных прав и свобод человека и гражданина не имеет приоритетного значения, по сравнению с другими главами данной Конституции. В то же время Конституция предусматривает, что глава, определяющая права и свободы человека, не подлежит изменению. Безусловно, включение в текст конституций положений о правах человека уже само по себе является их определенной гарантией, так как изменение конституции достаточно сложный процесс, практически всегда требующий поддержки квалифицированного большинства. К примеру, Основной закон ФРГ, Конституции Греции и Португалии вообще не допускают изменения положений о правах человека; Конституции Испании и Приднестровской Молдавской Республики предусматривает очень сложную процедуру их ревизии.
В мировой конституционной практике из всего комплекса прав и свобод человека можно выделить три группы, которые, хотя и в разной степени, но признаются во всех европейских странах. Это – личные, политические, а также экономические, социальные и культурные права и свободы.

Личные права и свободы

Среди классических прав и свобод следует в первую очередь отметить ту категорию прав, которой гражданин обладает в качестве индивида и которая защищает частную сферу его жизни. Свобода личности образует основную норму, которой подчинены остальные права, конкретизирующие ее: неприкосновенность жилища, переписки, свобода совести, уважение личной жизни и т. д. Сюда же относятся право на жизнь, равенство перед законом, запрет дискриминации и др.
Личные права и свободы, имеющие конституционный характер, обычно относят к естественным, неотъемлемым правам личности, самым важным гарантиям и проявлениям человеческой свободы. Поэтому их распространяют не только на граждан того или иного государства, но и на всех других людей, проживающих на его территории.
Рассмотрим некоторые из них.
В ряде конституций разделы о правах и свободах человека и гражданина открываются понятием «достоинство человека» (Основной закон ФРГ (ст. 1), Конституция Италии (ст. 10). Некоторые конституции закрепляют принцип достоинства человека в совокупности с народным суверенитетом и основными обязанностями государства (Греция, Португалия и др.). Наиболее трепетно к соблюдению указанных прав относятся бывшие тоталитарные государства. Так в Основном законе ФРГ, Конституциях Греции, Испании, Италии и Португалии защита достоинства человека выделяется как главнейшая задача государства.
Право на жизнь – это неотъемлемое право человека, означающее, что никто не может быть произвольно лишен жизни. Данная норма закреплена всеми международно-правовыми актами о правах человека и почти всеми конституциями стран мира. Одним из важнейших аспектов права на жизнь является вопрос о смертной казни. Во многих странах она конституционно запрещена (Исландия, Люксембург, Нидерланды, Португалия и т.д.). Ряд конституций устанавливает смертную казнь как исключительную меру наказания за особо тяжкие преступления против жизни (Белоруссия (ст. 24), Приднестровская Молдавская Республика (часть вторая ст. 19), Российская Федерация (ст. 20), Сербская Республика (часть вторая ст. 11). Совет Европы в 1993 году призвал государства-участников Европейского Союза отказаться от смертной казни. Данному призыву последовали многие государства – члены Европейского Союза, большинство из которых ввели мораторий на смертную казнь и приведение в исполнение вынесенных смертных приговоров.
Греческая, португальская и испанская Конституции, исходя из недавнего исторического опыта, запрещают применение пыток. Итальянская Конституция фактически также запрещает их использование, не прибегая к этому слову.
Во многих странах, особенно находящихся под влиянием католической церкви, право на жизнь рассматривается и как основание для запрещения абортов (Ватикан, Италия, Польша и т.д.), а в отдельных государствах (например, в Ирландии, Словакии) конституции содержат норму об охране жизни еще до рождения человека.
Одним из важных проявлений личной свободы человека является свобода передвижения и выбора местожительства. Сопоставимый анализ конституций европейских государств показывает, что в большинстве из них гражданам гарантируется это право. Например, Конституция Австрии гласит – «Свобода передвижения личности и имущества в пределах государственной территории не подлежит никакому ограничению» (ст. 6); Основной закон ФРГ – «Все немцы пользуются свободой передвижения на всей территории Федерации» (ст. 11); Конституция Испании – «Испанцы имеют право свободно выбирать место жительства и передвигаться по национальной территории... Данное право не может быть ограничено по идеологическим или политическим соображениям» (ст. 19.1). Более того, право на свободу передвижения устанавливается и в конституциях субъектов федераций, например, Конституция Земли Бранденбург (одна из 15 земель ФРГ) аналогично формулирует данное право (практически дублирует положения Основного закона ФРГ): «Все люди имеют право на свободу передвижения» (ст. 17), а ограничения могут налагаться только в соответствии с законом.
Анализ конституционной регламентации свободы передвижения и выбора местожительства подтверждает, что большинство демократических государств, не знает института «прописки», т.е. обязанности гражданина проживать только в единственном разрешенном ему месте. Этот институт характерен в основном для государств постсоветского пространства (Молдова, Приднестровская Молдавская Республика, Российская Федерация и т.д.), хотя конституции этих государств также гарантируют свободу передвижения и выбора местожительства. В последнее время одним из направлений законодательных реформ, осуществляемых в данных государствах, является переход на иные менее императивные системы учета населения.
Особую категорию личных прав составляют права, связанные со свободой религии, которая признается во всех государствах Европы. Современное демократическое государство является светским, церковь в нем отделена от государства и школы, а свобода вероисповедания гарантируется. Испанская Конституция особо подчеркивает отсутствие государственной религии и гарантирует «свободу нерелигиозности» (ст. 16). Греческая и итальянская конституции предоставляют ортодоксальной римско-католической церкви значительное жизненное пространство по сравнению с другими религиями, не называя их государственными. Конституция Ирландии, хотя и не выделяет какую-либо религию, но фактически отдает предпочтение католической церкви (ст. 44). Конституция Княжества Лихтенштейн провозглашает свободу вероисповедания и совести, однако римско-католическая церковь не отделена от государства. В то же время есть государства, признающие определенные преимущества одной церкви. Например, в Греции восточно-православная церковь объявлена конституцией «господствующей», а в Болгарии аналогичное вероисповедание – «традиционной религией». Государство, тем не менее, гарантирует свободу всех церквей в отправлении религиозных культов, а также их участие в общественной жизни. В ряде развитых стран действует институт юридического признания церкви государством, что мало отличается от статуса государственной религии (Бельгия, Германия Голландия, Израиль и др.) Даже там, где государство полностью светское (Франция), оно способствует распространению религии, предоставлением субсидий церковным школам.
Сравнение личных прав и свобод можно проводить очень долго. Схожесть их конституционного закрепления объясняется тем, что во всех конституциях демократических стран за основу приняты общепризнанные права и свободы, закрепленные во Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948года.
В конституциях европейских государств все чаще получают отражение экологические проблемы и основные способы регулирования отношений человека, общества, государства с окружающей природной средой. Это связано с признанием всеми государствами мира актуальности проблемы загрязнения окружающей среды, и необходимостью принятия срочных мер, как в планетарном масштабе, так и в рамках каждого отдельного государства. Конституции европейских стран восприняли и ввели природоохранные нормы, прежде всего через европейские концепции прав и свобод человека и гражданина, провозгласив в последней трети XX века экологические права граждан как естественные. Экологические права составляют отдельную категорию конституционных прав, хотя часто их относят к группе личных или социальных прав человека.
Конституции многих европейских стран закрепляют право граждан на здоровую и благоприятную окружающую среду (Польша (ст. 86), Словакия (ст. 44), Словения (ст. 72), Украина (ст. 50), Чехия (п.1 ст. 35). В ряде конституций это положение формулируется иным образом: в Болгарии делается дополнительный акцент: «в соответствии с установленными стандартами и нормативами» (ст. 55); в Испании – «для развития человека» (ст. 45); в Норвегии – «на окружающую среду, которая сохраняет здоровье и на охрану природной продовольственной продукции и ее многообразие» (§ 110в); в Португалии – «жить в человеческой здоровой среде в условиях экологического развития» (ст. 66). Интересна позиция Конституции Молдовы, которая закрепляет право граждан «на экологически безопасную для жизни и здоровья среду, а также на безопасные продукты питания и предметы быта» (ст. 37). Согласно конституциям Азербайджана (ст. 39), Белоруссии (ст. 46), Молдовы (ст. 37), Приднестровской Молдавской Республики (ст. 40), Украины (ст. 50) каждый имеет право не только благоприятную окружающую среду, но и на возмещение соответствующего вреда. В свою очередь, в Конституции Бельгии право каждого вести жизнь, соответствующую человеческому достоинству, конкретизируется в праве на здоровую окружающую среду наряду с правом на культурное и социальное процветание (ст. 23). Во многих зарубежных европейских странах меры по оздоровлению окружающей среды тесно связаны с обеспечением социальных прав граждан на охрану здоровья (Беларусь, Венгрия, Польша, Россия, Швейцария). Так согласно Конституции Хорватии каждый имеет право вести здоровый образ жизни, государство обеспечивает право граждан на здоровую окружающую среду.

Политические права

Под политическими правами и свободами подразумевают права, затрагивающие непосредственно политические интересы человека. Эта группа конституционных прав и свобод предоставляет гражданам возможность участвовать в общественной и политической жизни страны.
При изучении норм европейских конституций становится ясным, что в большинстве стран закреплен довольно широкий круг политических прав и свобод, прописан механизм их реализации, а также установлены ограничения и ответственность за злоупотребление отдельными политическими правами и свободами. Во многих конституциях европейских стран соответствующие нормы записаны в главах (разделах, частях) об основных правах и свободах. Некоторые положения содержатся в главах о высших (выборных) органах власти, а также в главах о местных органах власти, нередко в статьях, посвященных регулированию вопросов непосредственной демократии. Однако в ряде конституций имеются специальные главы, разделы, параграфы, посвященные регулированию политических прав и свобод. Так в Конституции Албании – это глава III (части второй) «Политические права и свободы», в Конституции Италии – глава IV (части I) «Политические отношения», в Конституции Польши – подраздел (раздела II) «Политические права и свободы», в Конституции Португалии – глава 2 (раздела II) «Права, свободы и гарантии политического участия». Различен и объем регулирования, как с точки зрения набора политических прав и свобод, так и их содержания: в отдельных конституциях (Латвия) он не велик, а в некоторых (Словакия, Чехия и, особенно Турция) вопросы, касающиеся политических прав и свобод, урегулированы очень детально.
В отличие от личных прав, принадлежащих каждому человеку, политические права принадлежат только гражданам государства. Такая тенденция присуща практически всем Конституциям европейских государств, однако существуют и исключения, характерные в основном для государств – членов Европейского Союза. Например, в Конституции Люксембурга глава, посвященная гражданству (ст.9), дополнена в 1994 году положением, которым допускается предоставление некоторых политических прав нелюксембуржцам. Речь идет в данном случае о предоставлении активного избирательного права при формировании местных органов власти всем гражданам, проживающим на территории государства на момент проведения выборов (аналогичное положение включено в Конституцию Ирландии. Возможность участия в политической жизни государства не только его граждан, но и иностранцев и апатридов допускает ст. 17 Основного закона ФРГ о том, что «…каждый имеет право… обращаться письменно с просьбами или жалобами в компетентные учреждения и в органы народного представительства». Определенно, также можно толковать и смысл нормы §14 Конституции Финляндии: «все должны обладать равными возможностями участвовать в общественной деятельности и проверять решения непосредственно их затрагивающие».
В число политических прав включаются право участия в ведении государственных дел, право на свободу мысли, право беспрепятственно придерживаться своих мнений, избирательные права, доступ к государственной службе, право объединения, свобода союзов и ассоциаций, свобода собраний и манифестаций, свобода печати, право петиций. К политическим правам нередко относят право на участие в отправлении правосудия. Например, Конституции Италии (ст. 101) и Российской Федерации (п. 5 ст. 32) фиксируют это право, используя общие формулировки: «граждане Российской Федерации имеют право участвовать в отправлении правосудия», «народ участвует в отправлении правосудия».
Право участвовать в управлении обществом и государством в качестве единого комплексного права формулируются в конституциях довольно редко. Такой позиции придерживается португальская Конституция: «все граждане имеют право принимать участие в политической жизни и в решении общественных вопросов, стоящих перед страной, непосредственно или через законно избранных представителей» (ст. 48).
Право на объединение, создание союзов и ассоциаций записано практически во всех ныне действующих европейских конституциях. Ряд из них предоставляет это право только гражданам своего государства (Бельгия (ст. 27), Болгария (ст. 44), ФРГ (ст.9), Дания (пункт 78 части VIII), Италия (ст.18), Португалия (ст. 46), Украина (ст. 36) и т.д.), остальные – всем лицам, находящимся на территории страны (Азербайджан) (ст. 58). Свобода союзов и ассоциаций подразумевает право граждан на создание политических партий и других общественных организаций, которые обладают свободой деятельности. Для европейских государств постсоветского пространства характерны следующие лексические конструкции закрепления данного права: Конституция Приднестровской Молдавской Республики – «граждане имеют право объединяться в профессиональные союзы, политические партии и другие объединения, участвовать в массовых движениях, не запрещенных законом» (ст. 33); Конституция Украины – «граждане Украины имеют право на свободу объединения в политические партии и общественные организации для осуществления и защиты своих прав и свобод и удовлетворения политических, экономических, социальных, культурных и иных интересов, за исключением ограничений, установленных законом…» (ст. 36). В конституционных документах западноевропейских государств существует несколько иной подход к закреплению данного права. Интересна в этом отношении формулировка Конституции Франции: «Политические партии и группировки способствуют выражению мнений в ходе выборов. Они создаются и осуществляют свою деятельность свободно. Они должны соблюдать принципы национального суверенитета и демократии» (ст. 4). В данной статье Конституции прослеживается тесная связь с избирательным правом граждан.
Право граждан на объединение в политические партии обеспечено достаточно серьезными гарантиями. Однако они не распространяются на партии, преследующие незаконные цели. Провозглашая свободу создания политических партий, конституции четко определяют рамки для их образования и функционирования. «Политические партии и группировки должны соблюдать принципы национального суверенитета и демократии», - говорится в ст. 4 Конституции Франции. Применительно к партиям, не отвечающим требованиям Конституции, предусмотрены положения о признании их антиконституционными и о запрете их создания и деятельности. В конституции Италии установлено, что «запрещается восстановление в какой бы то ни было форме распущенной фашистской партии» (постановление XII «Переходные и заключительные постановления»). В ФРГ Основной закон объявляет антиконституционными те партии, которые по своим целям или действиями своих сторонников стремятся причинить ущерб основам свободного демократического строя или устранить его либо поставить под угрозу существования ФРГ (ст. 21). Конституция Украины устанавливает запрет на «создание и деятельность политических партий и общественных организаций, программные цели и действия которых направлены на ликвидацию независимости Украины, изменение конституционного строя насильственным путем, нарушение суверенитета и территориальной целостности государства, подрыв его безопасности...» (ст. 37).
Неотъемлемой частью демократии является всеобщее избирательное право как база законности демократического правопорядка. Все конституции европейских государств в той или иной степени закрепляют избирательные права граждан. Однако объем регулируемых конституциями вопросов избирательного права существенно различается. Одни конституции ограничиваются отдельными, формальными статьями декларативного характера (Испания, Приднестровская Молдавская Республика, Франция, Чехия), другие более подробно излагают избирательные права (Ирландия, Италия), третьи включают специальные главы или целые разделы о выборах. Чаще всего государства идут по пути более детального регулирования норм избирательного права, и соответственно избирательных прав, специальными правовыми актами: законами о выборах, избирательными кодексами (Испания, Молдова, Приднестровская Молдавская Республика, Франция, Чехия и др.). Данный подход представляется правильным, так как Конституция является статутным, основополагающим документом и не должна преследовать целью детальную регламентацию всех аспектов того или иного права.
Можно сказать, что все конституции европейских государств содержат политические права, составляющие основу демократических выборов: свободу мнений, прессы, слова, мысли, запрет цензуры. Свободу мысли и слова одновременно относят к числу личных и политических свобод человека, рассматривая ее как главный аспект свободы печати и инакомыслия. В Конституции Испании свобода слова тесно связана со свободой на получение информации и свободой творчества.

Экономические, социальные и культурные права

Конституции послевоенного времени содержат полнейший перечень экономических, и социальных принципов (Франция), прав и обязанностей в сфере «этически-социальных» и «экономических отношений» (Италия), «экономических, социальных и культурных прав и обязанностей» (Португалия), «принципы социальной и экономической политики» (Испания).
Среди конституционных экономических прав наибольшее значение имеют право частной собственности и свобода предпринимательской деятельности.
После политических преобразований в социалистических государствах восточной Европы и СССР (1989-1991 г.г.) частная собственность (и соответственно право частной собственности) стала господствующей формой собственности во всех государствах европейского континента. Право собственности в экономической сфере следует рассматривать как наиболее тесно связанное с личной свободой человека. Хотя все конституции европейских государств гарантируют право частной собственности, а также свободное пользование и распоряжение ею, но различия между формулировками позволяют определить, насколько сильно преобладает в них классическая либеральная концепция о безраздельном господстве в обществе частной собственности. В настоящее время большинство конституций государств Европы ушли от этой концепции, и установили новую экономическую структуру общества, которая основывается на идее о том, что демократическое развитие современного общества с рыночной экономикой может быть обеспечено лишь при условии признания и использования разных форм собственности, а также существенным ограничением права частной собственности.
Чаще всего конституционная регламентация права собственности выглядит следующим образом: «Государство гарантирует каждому право собственности. Собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом…» (Конституция Приднестровской Молдавской Республики (часть вторая ст. 37); «Частная собственность признается и гарантируется законом, который определяет способы ее приобретения и пользования, а также – ее пределы – с целью обеспечения ее социальной функции и доступности для всех» (Италия (ст. 42); «Государство признает, что человек, в силу того, что он разумное существо, имеет естественное, предшествующее позитивному праву, право частной собственности на внешние блага» (Конституция Ирландии) (ст. 43). В Конституции Исландии также закрепляется право собственности, хотя формы собственности не определены.
Большинство европейских конституций применительно к праву собственности подтверждают общеизвестный юридический принцип «не существует прав без обязанностей…». Например, Основной закон ФРГ (ст. 14) и Конституция Украины (ст. 15) в соответствии с распространенной формулой «собственность обязывает» устанавливают, что пользование собственностью не должно идти во вред обществу, оно призвано служить общему благу и не должно нарушать права других граждан. Приднестровская Молдавская Республика использует следующую конституционную трактовку: «осуществление права собственности не должно наносить вреда окружающей среде, историко-культурным ценностям ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц либо, либо государства…» (часть четвертая ст. 37); Конституция Чехии – «Собственность обязывает. Запрещается злоупотребление собственностью и ее использование вопреки всеобщим интересам, охраняемым законом, или наносящее ущерб правам других лиц. Осуществление права собственности не должно причинять вред здоровью людей, природе и окружающей среде сверх норм, установленных законом» (ст. 11).
Конституции обычно устанавливают юридические гарантии права частной собственности. Во-первых, никто не может быть лишен своего имущества иначе как на основании закона и по решению суда. Во-вторых, принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Как уже говорилось выше, право собственности не является абсолютным, ибо может быть подвержено государственному регулированию вплоть до отчуждения собственности. Такой позиции придерживается большинство конституций европейских государств. Однако это возможно лишь в исключительных случаях и в ограниченных размерах, с тем чтобы не подорвать экономическую составляющую общества. В связи с этим некоторые конституции (например, Дании (пункт 73 части VIII,), и особенно Греции (ст. 17) весьма подробно и жестко, на крайне строгих условиях, регулируют порядок компенсации за имущество граждан отчуждаемое государством. Интересна в этом отношении позиция Конституции Ирландии, которая наиболее решительно регламентирует права отдельных граждан на частную собственность. Она не предусматривает возможности отчуждения собственности, хотя и говорит об определенных ограничениях в реализации этого права в целях его соответствия потребностям общественного блага. Таким образом, собственность в Ирландии, как формулирует Конституция, не может быть устранена никакими законами государства.
В настоящее время среди зарубежных ученых-правоведов популярна точка зрения о том, что народы с высокоразвитым чувством частной собственности не нуждаются в специальной конституционной защите прав на предпринимательскую деятельность и частную собственность. В Великобритании, например, нужда в конституционном закреплении прав участников рыночных отношений невелика в связи с наличием глубокой культурно-исторической традиции уважения к частной собственности и свободному рынку. В странах Восточной Европы, наоборот, конституционным судам имеет смысл предоставлять значительную защиту прав на частную собственность и предпринимательскую деятельность с целью поддержки активного развития рыночной экономики и достижения определенного уровня экономического благосостояния.
Как основу рыночных отношений все конституции европейских государств в той или иной форме закрепляют право на ведение предпринимательской деятельности, для которой человек использует свои способности и свое имущество. Свободу предпринимательской деятельности можно отнести как к числу личных прав граждан, так и к числу экономических. Способы закрепления в текстах конституций свободы предпринимательства, весьма различны. Например, Конституция Ирландии использует достаточно содержательную лексическую конструкцию: «Государство должно покровительствовать и, если необходимо, поддерживать частную инициативу в промышленности и торговле. Государство должно прилагать усилия, чтобы частное предпринимательство своими действиями обеспечивало разумную эффективность производства и распределения товаров и защищало население от несправедливой эксплуатации» (ст. 45). В Конституции Финляндии в одной статье объединяется свобода предпринимательства и право на труд: «Каждый имеет право в соответствии с законом получать свой доход путем найма на работу, ремесленничества или предпринимательства, которое он свободно выбирает» (§ 18). Конституция Российской Федерации использует более классическую формулировку: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности» (пункт 1 ст. 34). Испания содержит следующую конституционную трактовку данного права: «Признается свобода предпринимательства в рамках рыночной экономики. Органы власти гарантируют и охраняют ее осуществление, а также обеспечивают защиту производства в соответствии с общими экономическими требованиями, включая планирование» (ст. 38).
Право на ведение предпринимательской деятельности, как и право собственности не является абсолютным. Конституция Дании, например, устанавливает, что «любое ограничение свободного и равного доступа к предпринимательской деятельности, если только оно не служит целям общественного блага, подлежит устранению государством» (пункт 74 части VIII). Таким образом, допускается ограничение свободы предпринимательства в случае противоречия «целям общественного блага». Аналогичная позиция свойственна большинству государств Европы.
Экономические конституционные права граждан напрямую связаны с социальными правами, форма и объем конституционного закрепления которых значительно отличаются в государствах европейского континента.
Исходя из анализа современных конституций Европы, можно сделать вывод, что социальные права граждан могут быть подразделены на две категории: 1) «права-привилегии», то есть предоставление льгот отдельным членам общества (прежде всего, наиболее социально уязвимым); 2) декларативные права, которые формально гарантируются каждому, но реальный уровень их реализации зависит от уровня социально-экономического развития общества и материальных ресурсов государства.
Теоретически в демократическом государстве, надежно охраняющем права граждан, социальная и экономическая защищенность уязвимых категорий населения должна носить устойчивый и действенный характер. Если просмотреть действующие конституции многих государств Восточной, Юго-Восточной и части Центральной (Венгрия, Словакия, Польша) Европы на предмет поиска в их текстах социально-экономических прав, то можно увидеть, что конституционному регулированию подвергается большинство известных прав этой группы. Таким образом, конституции этих стран Европы рисуют образ государства всеобщего благоденствия и декларируют те социальные права, реальная реализация которых не всегда возможна на практике. (Латвия, Грузия, Молдова).
Другие государства, в особенности страны Западной Европы, находятся в совершенно иных условиях. Они имеют длительный опыт существования в условиях рыночной экономики и находятся в состоянии относительного экономического процветания. В то же время набор социально-экономических прав в конституционных документах этих стран можно назвать недостаточно социально ориентированным, что не всегда позволяет уделять должное внимание малообеспеченным слоям населения (Исландия, Италия, Франция). Конституция Нидерландов ограничивается лаконичным перечислением социальных прав человека, указывая, что более подробная регламентация этих прав устанавливается законодательными актами (Актами парламента). При этом праву граждан на образование Конституция Нидерландов уделяет особое внимание и излагает вопросы образования более подробно. Привлекает внимание позиция Конституции Албании, которая четко формулирует социальные цели государства в области прав и свобод личности, в частности: обеспечение занятости населения, по возможности самый высокий уровень здравоохранения, физического и умственного развития и т. д. Однако в отличие от других государств Восточной и Юго-восточной Европы Конституция Албании ограничивается перечислением исключительно тех социальных прав, которые государство может реально гарантировать. Например, Албания отказалась от конституционного декларирования права на жилище, предполагающее известные обязательства со стороны государства, исходя из своих реальных возможностей их гарантировать.
Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод, что перечень социальных прав в конституциях европейских государств весьма различен.
Рассмотрим механизм конституционного регулирования основных из них. Наиболее распространенным является на право на труд, которое корреспондирует с множеством других прав в сфере труда: право на справедливое вознаграждение за труд, право на удовлетворительные условия труда, право на достойный жизненный уровень и т. д.. Право человека на труд в последние несколько десятилетий в условиях рыночной экономики претерпело существенные изменения. Сегодня это право включает право на защиту от безработицы, запрет принудительного труда. Трудовые права и свободы защищают человека от произвола работодателей, дают ему возможность отстаивать свое достоинство и интересы. Право на труд гарантируется практически во всех конституциях Европы, кроме бельгийской и немецкой. Албания также отказалась от конституционного декларирования права на труд, фиксируя право каждого зарабатывать на жизнь не запрещенным законом трудом. Социальные права в области трудовых отношений и гарантий трудящихся не перечисляются в конституционных документах в жесткой последовательности с определенным юридическим содержанием. Каждая конституция имеет свой набор социальных прав в сфере труда, что обусловлено уровнем социально-экономического развития страны. Например, в РФ конституционно закреплены нормы, согласно которым человек должен работать в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, а вознаграждение за труд выплачивается без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Конституция Словакии помимо права на труд включает право гражданина на уровень жизни, соответствующий его возможностям (ст. ст. 35, 36). Конституция Португалии очень подробно регламентирует права и гарантии трудящихся, безопасность в сфере занятости, деятельность комиссий трудящихся при разрешении трудовых споров, свободу профсоюзной деятельности, право на забастовку и т.д. (глава 3). Конституция Чехии предусматривает право каждого работающего на справедливое вознаграждение за труд и на удовлетворительные условия труда (ст. 26). Венгерская конституция, в свою очередь, защищает не только право на равную оплату за равный труд, но также и право на получение дохода, соответствующего количеству и качеству произведенного труда (§ 70/В). Нидерланды конституционно закрепляют обязанность государственных органов заботиться об обеспечении населению достаточного жизненного уровня (ст. 22). Некоторые Конституции, например португальская и итальянская, подчеркивают права рабочих на профессиональное обучение, повышение квалификации и частичное участие в экономической жизни предприятий.
Кроме того, многие ныне действующие и предлагаемые в качестве проектов конституционные документы включают в себя права на отдых, оплачиваемый отпуск, питание, на минимальную заработную плату и другие социальные права в сфере трудовых отношений.
Такое социальное право как право на защиту здоровья встречается примерно в половине конституций Европы (Италия (ст. 32), Молдова (ст. 36), Нидерланды (ст. 22), Польша (ст. 68), Португалия (ст. 64), Приднестровская Молдавская Республика (ст.39), Российская Федерация (ст.41), Сербская Республика (ст. 37), Чехия (ст. 31), Эстония (ст. 28) и т. д.). Конституция Португалии не просто провозглашает это право, но и устанавливает механизм его реализации (ст. 64). Конституция Чехии провозглашает право на защиту здоровья, объединяя его с правом на бесплатное медицинское обслуживание (ст. 31). Конституция Италии охраняет здоровье как основное право личности и основной общественный интерес, а также гарантирует бесплатное лечение исключительно для неимущих граждан (ст. 32).
К конституционному декларированию права на жилище многие государства Европы относятся с осторожностью, исходя из реальных возможностей государства гарантировать это право. Ряд конституций провозглашают личное право гражданина на неприкосновенность жилища (Италия, Молдова, Нидерланды), но обходят своим вниманием само право на жилище, лишь предполагая его. Как уже было указано выше, Конституция Албании вообще отказалась от конституционного декларирования права на жилище. Конституция Польши ограничивается формулировкой: «Публичные власти проводят политику, благоприятствующую удовлетворению жилищных потребностей граждан, в частности противодействуют бездомности, поддерживают развитие социального строительства, а также способствуют действиям граждан, направленным на получение собственного жилища» (ст. 75). В то же время Португалия, Приднестровская Молдавская Республика, Российская Федерация, и многие другие государства Европы включили в текст своих Конституций гарантию права на жилище, причем как одного из основных социальных прав. Конституция Испании по этому поводу гласит: «Все испанцы имеют право на благоустроенное жилье» (ст. 47). В свою очередь, Конституция Португалии (для которой характерна подробная конституционная регламентация прав), не только декларирует право на жилище, но и закрепляет обязанности государства, реализация которых позволит обеспечить право граждан Португалии на жилище (ст. 65). Конституция Финляндии также устанавливает обязанность власти содействовать каждому в праве на жилище и в поддержке усилий граждан по строительству собственного жилища (часть четвертая § 19).
Защита семьи и брака, охрана материнства, детства, молодежи безоговорочно считаются обязанностью государства в преимущественном большинстве конституций Европы.
Интересно в конституциях Европы отражены вопросы образования и воспитания. Различия между странами находят здесь свое выражение в роли государства и родителей в этом процессе. Отметим отсутствие полярных точек зрения на эту проблему в конституциях разных стран Европы, то есть признания полной монополии государства или его нейтральности в деле образования и воспитания детей и молодежи – как социально-демографических групп. В Конституции Франции отсутствует тезис о свободе обучения и роли родителей, однако решениями Конституционного совета эти права фактически подтверждены и государству отведена решающая роль. Ирландская и эстонская Конституции, напротив, отводит главное место в воспитании и обучении детей родителям; государству отводится вспомогательная роль. Остальные конституции содержат промежуточные между этими крайними установками положения. Необходимо отметить, что в вопросах образования и воспитания привлекательна позиция ряда субъектов федеративных государств. Для них характерна особая детализация положений федеративной Конституции. Например, в Конституции Земли Баден-Вюртемберг (ФРГ) проблемам образования посвящен целый раздел (раздел III, статьи 11-22), в то же время Конституция Земли Нижняя Саксония (ФРГ) менее подробно, но не менее содержательно регулирует эти вопросы.
В ряде случаев право на образование сопровождается некоторыми принципиальными уточнениями, например: «в условиях соблюдения фундаментальных прав и свобод» (Бельгия ст. 24) и «контроля со стороны государственных органов за формами образования в порядке, предписанном Актом парламента» (Нидерланды ст. 23); «при равенстве возможностей при поступлении в школу и достижении там определенных результатов» (Португалия ст. 74); «путем создания системы образования и соответствующих социально-экономических условий для получения образования» (Российская Федерация ст. 43).
В конституциях европейских стран право граждан на образование подкрепляется целым рядом определенных государственных и правовых гарантий. Таковыми являются обеспечение качества образования (Испания, Нидерланды, Российская Федерация); общедоступность, бесплатность, равенство (Белоруссия, Дания, Ирландия, Италия, Польша, Португалия, Российская Федерация, Украина, Эстония и т.д.); поддержка одаренных детей (Болгария, Греция, Лихтенштейн, Российская Федерация); помощь учащимся, нуждающимся в специальном обучении (Греция, Португалия, Российская Федерация, Турция).
К категории социально-экономических прав также относят и культурные права (права на участие в культурной жизни), гарантирующие доступ человека к благам культуры, свободу художественного, научного, технического творчества, его участие в культурной жизни и пользовании учреждениями культуры. Этот вид прав позволяет реализовать культурные потребности человека, обеспечить рост уровня его культуры, без которой человек не может полноценно осуществить свои личные и политические права. Практически все конституции Европы регламентации культурных прав отводят несколько статей, отдавая предпочтение более детальному законодательному регулированию. В частности, это может быть право на использование культурных учреждений и культурных ценностей (Азербайджан ст.40, Российская Федерация ст.44); на доступ к культуре (Испания ст. 44, Польша ст.6); на пользование достижениями культуры (Португалия ст.78). Основной закон Бельгии гарантирует каждому гражданину право на культурное процветание (ст.23). По конституции Словакии (ст.43) и Чехии (ст.34) гражданам гарантирован доступ к культуре и культурным богатствам на условиях, установленных законом. Наряду с этим, органы власти ряда государств обязывают каждого члена общества с уважением относится к историческому, культурному и духовному наследию, заботиться о нем, охранять памятники истории культуры (Азербайджан), сохранять, защищать и преумножать культурное наследие (Португалия). В России каждый гражданин обязан заботиться о сохранении исторического наследия, беречь памятники истории культуры.
Как уже отмечалось, ряд конституционных прав и свобод при наличии определенных оснований и условий может быть ограничен. Это, несомненно, подтверждает общеизвестный постулат о том, что свобода в обществе не может быть абсолютной. Конституция Словакии (ст.п.4 ст.26) и Чешская Хартия прав человека (п.4 ст.17) при ограничении некоторых основных прав, в частности, права на свободу слова следуют «необходимым в демократическом обществе» критериям (отражены в Европейской конвенции о правах человека). В румынской Конституции при ограничениях основных прав человека используется критерий соразмерности, тогда как Конституция Болгарии ограничивается перечислением оснований для подобных ограничений, такими основаниями являются, например, соображения государственной безопасности. Российская Конституция (части вторая и третья ст. 55) предусматривает взаимоисключающие нормы: утверждается, что «не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина», а затем говорится о том, что эти права могут быть ограничены, например, в целях защиты нравственности, здоровья, а также по соображениям обороны и государственной безопасности. Вопрос о соразмерности такого ограничения Конституция оставляет открытым.
Важно уточнить, что независимо от того, являются или не являются права человека универсальными, конституционные права, как правовые гарантии, универсальными быть не могут. Почти все демократические конституции при самом полном перечислении прав и свобод в заключение признают, что их перечень не является исчерпывающим, а именно за человеком и гражданином остаются и другие права и свободы. Например, Конституция Грузии «не отвергает других общепризнанных прав, свобод и гарантий человека и гражданина, которые в ней не упомянуты, но сами по себе вытекают из принципов Конституции Грузии» (ст.36). В Конституциях Российской Федерации и Приднестровской Молдавской Республики по этому поводу говорится: перечисление в Конституции основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина.

Сборник научно-практических статей
«Сравнительно-правовой анализ конституций
европейских государств»; – Тирасполь, 2006




|Становление и деятельность |Правовые основы |Состав |Решения|
|Аппарат |Новости ||Публикации |Фотоархив|
|Контакты |Сcылки|Начало|
|Актуальное событие|