ЛОГО

ПОДРОБНЕЕ...

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ: ПРИНЦИПЫ ПРАВОСУДИЯ, СИСТЕМА И ВИДЫ СУДЕБНЫХ ОРГАНОВ, ПРАВОВОЙ СТАТУС СУДЕЙ



Григорьев В.А., Председатель Конституционного cуда Приднестровской Молдавской Республики, кандидат юридических наук
Колесникова О.Л., помощник судьи Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики

Судебная власть в системе разделения властей

Теория разделения властей и её основные идеи нашли отражение во всех «писаных» конституциях европейских государств. Принцип разделения властей используется практически во всех демократических странах в качестве конституционной основы осуществления государственной власти. Суть его в том, что государственная власть исходит от народа, едина и неделима, самостоятельна и не зависит ни от какой другой власти. Вся полнота власти в демократическом государстве принадлежит народу, а он делегирует её органам государственной власти. И для того, чтобы какой либо государственный орган не мог сконцентрировать в своих руках всю власть и бесконтрольно ею пользоваться, единая государственная власть функционально делится на три ветви – законодательную, исполнительную и судебную. Существование судебной власти наряду с законодательной и исполнительной – признак демократического, правового государства. Основное назначение судебной власти – охрана членов общества от любого произвола, причем как от произвола других граждан, так и от произвола самого государства, его органов и должностных лиц. Судебная власть является независимой и самостоятельной ветвью государственной власти. Судебная власть осуществляется специальными государственными органами – судами. Основным назначением судов является защита прав всех субъектов права путем разбирательства в процессуальной форме уголовных и гражданских дел и споров. Особое место среди судов занимают конституционные суды, которые осуществляют контроль и надзор за соответствием нормативно-правовых актов и решений правоприменительных органов конституции. Таким образом, можно выделить следующие черты судебной власти, отличающие её от других ветвей государственной власти: она имеет конкретный характер, реализуется в определенной процессуальной форме и осуществляется судьями – действительными носителями судебной власти. Кроме того, судебная власть наделена полномочиями выносить окончательные решения, обязывающие граждан, организации и органы государства действовать в определенном порядке (направлении).

Конституционные принципы правосудия

Судебная власть призвана осуществлять правосудие. Правосудие представляет собой вид государственной деятельности, направленной на рассмотрение и разрешение различных социальных конфликтов, связанных с действительным или предполагаемым нарушением норм права. Правосудие имеет ряд специфических признаков: оно осуществляется от имени государства, специальными государственными органами – судами, посредством рассмотрения в судебных заседаниях гражданских, уголовных и других дел в установленной процессуальной форме. Деятельность судов современного государства, прежде всего, опирается на принципы, закрепленные на конституционном уровне и представляющие собой нормативно-руководящие основы (начала), концентрированно отражающие природу, содержание, сущность и назначение судопроизводства и обеспечивающие выполнение задач судами. Одни из них имеют общий характер, и отражены в конституциях многих европейских государств, другие распространяются преимущественно на уголовный процесс и относятся к числу особых принципов.

Следует отметить, что первым международно-правовым документом, включающим конституционно-правовые по своему характеру принципы, относящиеся к правосудию является Всеобщая декларация прав человека 1948 года, которая закрепляет: равенство всех перед законом (ст. 7); право на судебную защиту (ст. 8); неприкосновенность личности в отношениях с правоохранительными органами (ст. 9); право на беспристрастный и гласный суд (ст. 10); презумпция невиновности и принцип, согласно которому закон не имеет обратной силы (ст. 11). Эти принципы были развиты и дополнены Пактом о гражданских и политических правах 1966 года и Итоговым документом Венской встречи 1989 года.
Одним из основных принципов, определяющих положение судов в государстве с развитой демократией, несомненно, является принцип независимости судов. В современном демократическом государстве обеспечение независимости суда рассматривается как первоочередная задача нормального функционирования судебной системы и всей системы государственных органов в целом. Наиболее полно данный принцип был сформулирован в материалах седьмого конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренных резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1985 года № 40/32 и от 13 декабря 1985 года № 40/136 и получивших название «Основные принципы независимости судебных органов». Это – формирование самоуправляющейся и обособленной судебной системы или систем и запрет иным государственным органам осуществлять судебную деятельность либо вмешиваться в нее (п. 1.3 – 5,7); независимость судебной власти и ее носителей, то есть беспристрастность судей и подчинение во время отправления правосудия только закону (п. 2, 4 – 7). Принцип независимости судов непосредственно (прямо) закреплен в конституциях Албании (п. 1 ст. 145), Болгарии (п. 2 ст. 117), Македонии (ст. 98), Португалии (ст. 203), Сербии (ст. 121а), Турции (ст. 9), Финляндии (§ 3), Хорватии (ст. 115), Чехии (ст. 81), Эстонии (ст. 146) и др. Конституция Словацкой Республики, закрепляя принцип независимости судов, также устанавливает, что «правосудие на всех уровнях отделено от деятельности иных государственных органов» (ст. 141). Достаточно полно (развернуто) принцип независимости судов изложен в Конституции Турции. Статья 138 Конституции Турецкой Республики не только закрепляет положение о независимости судов, но прямо запрещает любым органам власти, официальным инстанциям и должностным лицам давать указания или инструкции судам и судьям, посылать им циркуляры, давать рекомендации и предложения. Указанная норма также запрещает задавать вопросы, проводить обсуждения или высказывать заявления в законодательном Собрании, касающиеся осуществления судебных полномочий по поводу дела, находящегося в судебном производстве. Принцип независимости судов непосредственно от исполнительной власти закреплен в Конституции Королевства Дания – «при отправлении правосудия суды должны быть всегда независимы от исполнительной власти» (§ 62). А в Конституции Княжества Лихтенштейн закреплено, что «Суды, в установленных законом рамках их деятельности и в отношении судебного разбирательства, независимы от какого-либо вмешательства Правительства» (ст. 99).
Принцип независимости судов тесно взаимосвязан с принципом независимости судей и их подчинению только конституции и закону. Тесная взаимосвязь данных принципов закономерна, ибо при нарушении хотя бы одного из них наносится ущерб правосудию в целом, ограничиваются принципы верховенства права и защиты прав и свобод человека. Ряд конституций европейских государств напрямую закрепляют принцип независимости как судов, так и судей при осуществлении своих функций – например, Конституция Словацкой Республики (п. 1 ст. 141; п. 1 ст. 144), Конституция Чешской Республики (ст. 81, 82) и др. Закрепленный на конституционном уровне принцип независимости судей позволяет объективно и беспристрастно осуществлять правосудие, защищать права и интересы граждан. Так Конституция Королевства Бельгии, закрепляя независимость судей при осуществлении своих судебных полномочий (§ 1 ст. 151), одновременно предусматривает, что Высший совет правосудия – один для всей Бельгии, при осуществлении своих полномочий должен соблюдать независимость судей (§ 2 ст. 151). Согласно Конституции Греческой Республики судьи пользуются как функциональной, так и личной независимостью (п. 1, 2 ст. 87). В соответствии с данным принципом судьи в своей деятельности по осуществлению правосудия никому не должны быть подотчетны, а при исполнении своих обязанностей подчиняться только Конституции и законам. Принцип независимости судей и подчинение их только конституции и закону закреплен в Конституциях Ирландии (п. 2 ст. 35), Казахстана (п.1 ст. 77), Польши (п. 1 ст. 178), Приднестровья (п. 1 ст. 81), России (п.1 ст. 120), Сербии (ст. 121), Словении (ст. 125), Эстонии (ст. 146). Независимость судей и подчинение их только закону предусмотрены в конституциях Австрии (п. 1, 2 ст. 87), Армении (ст. 97), Венгрии (п. 3 § 50), Германии (п. 1 ст. 97 Основного Закона), Испании (п. 1 ст. 117), Латвии (ст. 83), Литвы (ст. 109), Украины (ст. 129). Конституция Республики Беларусь закрепляет, что «судьи при осуществлении правосудия независимы и подчиняются только закону» (ст. 110) и «суды осуществляют правосудие на основе Конституции и принятых в соответствии с ней иных нормативных актов» (ст. 112). Конституция Македонии предусматривает осуществление судопроизводства как на основании Конституции и законов, так и международных договоров, ратифицированных в соответствии с Конституцией (ст. 98). В соответствии со статьей 138 Конституции Турецкой Республики суды принимают решения в соответствии с Конституцией, законом и правом, согласно своей совести и внутренним убеждениям.
Важнейшим условием самостоятельности, авторитетности и независимости судебной власти является принцип, согласно которому финансирование судов должно производиться только из государственного бюджета и обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с законом. Данный принцип имеет своей целью оградить суды и судей от местного влияния, создать условия для их подлинной независимости, поставить все суды в равные материально-технические условия, обеспечивающие осуществление правосудия. Так, например, в Албании «суды имеют особый бюджет, которым они распоряжаются по своему усмотрению» (ст. 144 Конституции). В Болгарии «судебная власть имеет самостоятельный бюджет» (п. 3 ст. 117 Конституции). В Казахстане «финансирование судов, обеспечение судей жильем производится за счет средств республиканского бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия» (ст. 80 Конституции). В России «финансирование судов производится только из федерального бюджета» (ст. 124 Конституции). В Украине «государство обеспечивает финансирование и надлежащие условия для функционирования судов и деятельности судей», а «в Государственном бюджете Украины отдельно определяются расходы на содержание судов» (ст. 130 Конституции). Достаточно расширено (полно) данный принцип изложен в Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с п. 4 ст. 80 Конституции Приднестровья «Бюджет судов должен обеспечивать возможность полного и независимого выполнения ими своих конституционных полномочий, бюджетная обеспеченность органов судебной власти не может быть меньше бюджетной обеспеченности иных органов государственной власти Приднестровской Молдавской Республики».
Наряду с принципом независимости судов и судей, их финансовой и материальной обеспеченности, конституции большинства европейских государств закрепляют фундаментальные принципы отправления правосудия, которыми суд руководствуется при рассмотрении конкретных дел (принципы судебной деятельности). Данные принципы являются гарантией от несправедливого правосудия (судебного произвола) и обычно включают следующие основополагающие положения: осуществление правосудия только законными судами и запрещение создания чрезвычайных судов; доступность судебной защиты для физических и юридических лиц (свобода доступа к суду); коллективное отправление правосудия; транспарентность правосудия (гласность, публичность, официальность и открытость); состязательность судебного процесса; устный характер судопроизводства; ведение судебного процесса на языке, понимаемом сторонами, или с обеспечением переводчика; мотивированность и обоснованность судебных действий, включая решения и возможность их обжалования; ответственность государства за судебную ошибку и другие.
Общепризнанным конституционным принципом является принцип, согласно которому правосудие осуществляется только судом (принцип единого правосудия) и запрещение создания чрезвычайных судов. Это означает, что нет и не может быть никаких, кроме судов, государственных или иных органов негосударственной юстиции, частного (партикулярного) правосудия, которые располагают правом рассматривать и разрешать гражданские, уголовные и другие дела, подлежащие судебному разбирательству. Полномочиями по реализации правосудия должны быть наделены только суды, являющиеся государственными органами и созданными исключительно на основе закона. Так, например, в Конституции Королевства Испании закреплено, что «принцип единства судебной власти является основой организации и деятельности судов (п. 5 ст. 117). Конституция Приднестровья прямо устанавливает, что «правосудие в Приднестровской Молдавской Республики осуществляется только судом» (п. 1 ст. 80). Принцип, согласно которому правосудие осуществляется только судом, закреплен практически во всех конституциях европейских государств. Однако следует отметить, что конституции отдельных стран Европы содержат положения, предусматривающие право разрешать конфликты иным несудебным органам или должностным лицам. Так в соответствии с пунктом 1 статьи 87а Конституции Австрийской Республики «Федеральным законом рассмотрение отдельных точно указанных видов гражданских дел, подсудных судам первой инстанции, может быть передано специально подготовленным должностным лицам, не являющимися судьями». В Греции законом может быть поручено властям, осуществляющим полицейские функции рассматривать полицейские правонарушения, караемые штрафами, а властям безопасности в сельской местности рассматривать межевые проступки, вытекающие из них частные споры, но при этом, издаваемые в обоих случаях решения могут быть обжалованы в компетентном постоянном суде (п. 2 ст. 96 Конституции). Согласно статье 86 Конституции Латвийской Республики отправлять правосудие могут органы, которым это право предоставлено законом. Конституция Королевства Нидерландов закрепляет, что «прерогатива рассмотрения споров, возникающих по вопросам, не урегулированным гражданским правом, может передаваться по Акту парламента квазисудебным или иным учреждениям, не входящим в судебную систему (п. 1, 2 ст. 112). Конституция Португальской Республики предусматривает, что «законом могут быть установлены несудебные формы и механизмы урегулирования конфликтов» (п. 4 ст. 202).
Однако следует отметить, что создание несудебных органов по разрешению конфликтов не является нарушением принципа единого правосудия. Нарушение данного принципа возможно при создании судов или квазисудебных органов особого производства в ином порядке, чем определено конституцией и законами, свободных от точного следования процессуальным нормам, действующих «чрезвычайным» образом» и иногда применяющих наказания, не предусмотренные законом, то есть создание «чрезвычайных судов». Прямой запрет на создание чрезвычайных судов закреплен во многих конституциях европейских государств – Албании (ст. 135), Армении (ст. 92), Беларуси (ст. 109), Бельгии (ст. 146), Болгарии (п. 3 ст. 119), Германии (п. 1 ст. 101), Греции (ст. 8), Дании (ст. 61), Испании (ст. 117), Италии (ст. 102), Казахстана (п. 4 ст. 75), Кипра (п. 1 ст. 30), Лихтенштейна (ст. 33), Люксембурга (ст. 86), Македонии (ст. 98), Приднестровья (п. 2 ст. 80), России (п. 3 ст. 118), Словении (ст. 126), Турции (ст. 37), Украины (ст. 125), Финляндии (ст. 98), Эстонии (ст. 148) и др. Однако ряд конституций европейских государств предусматривают возможность создания таких судов в условиях военных режимов. Так, например, Конституция Литовской Республики закрепляет запрет на учреждение судов с особыми положениями только в мирное время (ст. 111), а Конституция Республики Польши предусматривает, что на время войны могут устанавливаться «исключительный суд или ускоренная процедура» (п. 2 ст. 175). Конституция Португальской Республики содержит положение, согласно которому «не затрагивая положений о военных трибуналах, закон запрещает создание судов с исключительной компетенцией для судебного рассмотрения определенных категорий преступлений» (п. 4 ст. 209).
Помимо вышеперечисленных, большинство конституций государств Европы закрепляют следующие общепризнанные конституционные принципы отправления правосудия.
Принцип свободы доступа к суду, согласно которому суд обязан принять и рассмотреть иск, за исключением случаев неподведомственности или неподсудности. Доступное правосудие – один из важнейших критериев, по которым определяются характер и тенденции демократического развития и положение дел с обеспечением прав и свобод человека в любом государстве. Эффективный и свободный доступ к правосудию в случае нарушения прав и свобод человека – важнейший элемент принципа верховенства права и неотъемлемая составляющая демократического общества. Именно суд выступает наиболее адекватным органом, способным обеспечить надлежащую защиту прав и свобод и предоставить необходимые гарантии от произвола. Так Конституция Испании закрепляет право каждого «на эффективную судебную защиту своих законных прав и интересов, ни в коем случае не допускается отказ в такой защите» (п. 1 ст. 24 Конституции). Согласно ст. 17 Конституции Нидерландов «никто не может быть лишен против своей воли права быть заслушанным в том суде, в который он вправе обратиться в соответствии с законом». В Словакии «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела надлежащим судьей. Подсудность устанавливается законом» (п. 1 ст. 48 Конституции). Конституция России закрепляет, что «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено законом» (п. 1 ст. 47). В соответствии со ст. 36 Конституции Турции «никакой суд не может отказаться от рассмотрения дела, которое входит в его компетенцию».
Принцип транспарентности правосудия (гласности, публичности, официальности и открытости разбирательства дел в судах). В соответствии с данным принципом дела во всех судах должны разбираться открыто, за исключением случаев прямо предусмотренных законом, когда это противоречит интересам охраны государственной или коммерческой тайны либо затрагивает вопросы интимных отношений сторон. Так, например, в Армении каждый имеет право на публичное рассмотрение своего дела, однако «из соображения защиты общественной нравственности, государственной безопасности, личной жизни сторон или интересов правосудия участие представителей средств информации и общественности в ходе судебного расследования или его одной части может быть запрещено законом» (ст. 39 Конституции). В Бельгии заседания судов публичны, если только их публичность не представляет опасности для порядка и нравов, о чем выносится судебное решение, а «по делам о политических преступлениях и преступлениях прессы, решение о закрытости заседания может быть принято только единогласно» (ст. 148 Конституции). Принцип транспарентности правосудия закреплен в Конституциях Австрии (п. 1 ст. 90), Беларуси (ст. 114), Болгарии (п. 3 ст. 121), Венгрии (п. 1 пар. 57), Греции (п. 2 ст. 93), Ирландии (п. 1 ст. 34), Испании (п. 2 ст. 24; п. 1 ст. 120), Кипра (п. 2 ст. 30), Литвы (ст. 117), Лихтенштейна (ст. 102), Люксембурга (ст. 88), Македонии (ст. 102), Нидерландов (ст. 121), Португалии (ст. 206), Приднестровья (п. 1 ст. 85), России (п. 1 ст. 123), Сербии (ст. 124), Словакия (п. 2 ст. 48), Словении (ст. 24), Турции (ст. 141), Финляндии (§ 21), Чехии (ст. 96 Конституции) Эстонии (ст. 24) и др.
Для объективности и беспристрастности суда, а также обеспечения равенства сторон в процессе определяющее значение имеет принцип состязательности, согласно которому судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправии сторон. Закрепление данного принципа на конституционном уровне означает, что судебное разбирательство может быть начато только при наличии заявления от истца, запроса органа или должностного лица, обвинительного акта прокурора или жалобы потерпевшего, настаивающих перед судом на удовлетворении их требований. При этом истец и ответчик, орган или должностное лицо, издавший этот акт, обвинитель и обвиняемый выступают в суде в качестве сторон – участников судебного разбирательства, у которых имеется определенный процессуальный интерес и которым закон предоставил равные процессуальные права. Осуществление судопроизводства на основе состязательности и равноправии сторон закреплено в Конституциях Армении (ст. 39), Беларуси (ст. 115), Болгарии (п. 1 ст. 121), Италии (ст. 111), Приднестровья (п. 2 ст. 85), России (п. 3 ст. 123), Чехии (ст. 96 Конституции и ст.) и п. ст. 37 Хартии основных прав свобод 1991 г.) и др.
Принцип, согласно которому ведение судебного процесса должно осуществляться на языке, понимаемом сторонами, либо с обеспечением им переводчика за счет государства. Так, например, в Албании, в процессе уголовного производства предусмотрено право «бесплатно пользоваться услугами одного переводчика, если обвиняемый не говорит или не понимает по-албански» (ст. 31 Конституции). В Италии лицо, обвиненное в преступлении, имеет право иметь переводчика, если оно не понимает языка или не говорит на языке, на котором ведется процесс (ст. 111 Конституции). В Республике Кипр лицо, обвиняемое в совершении какого-либо проступка, имеет право быть информированным на понятном ему языке, а также пользоваться бесплатными услугами переводчика в случае неспособности понимать и говорить на языке, применяемом судом (п. 5 ст. 12 Конституции). В Литовской Республике судопроизводство ведется на государственном языке, а «лицам, не владеющим литовским языком, гарантируется право участвовать в следственных и судебных действиях через переводчика (ст. 117 Конституции). Право на помощь переводчика закреплено Конституцией Словакии (п. 4 ст. 47), Хорватии (ст. 29), Чехии (п. 4 ст. 37 Хартии основных прав и свобод 1991 г.).
Коллективное отправление правосудия. В соответствии с данным принципом единолично судья может рассматривать только мелкие правонарушения и в предусмотренных законом случаях. Так в Республике Беларусь «дела в судах рассматриваются коллегиально, а в предусмотренных законом случаях – единолично судьями» (ст. 113 Конституции). В Бельгии по всем уголовным делам, политическим преступлениям и преступлениям прессы, за исключением деликтов прессы, инспирируемых расизмом или ксенофобией, установлен суд присяжных (ст. 150 Конституции). В Венгрии «Суд – если закон не предписывает иного – осуществляет правосудие коллегиально (§ 46 Конституции). В Греции «уголовные и политические преступления рассматриваются смешенными судами присяжных, создаваемыми из числа постоянных судей и присяжных заседателей…» (п. 1 ст. 97 Конституции). В Лихтенштейне коллегиальными являются Высший и Верховный суды, а «правосудие по гражданским делам в суде первой инстанции совершается единоличным судьей или несколькими судьями, действующими отдельно» (ст. 102 Конституции). В Македонии «суд слушает дела коллегиально», за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 103 Конституции). Рассматривая принцип коллективного отправления правосудия, можно отметить, что если, например, в Сербии суды выносят приговоры коллегиально, а единолично судья решает вопросы только в предусмотренных законом случаях (ст. 125 Конституции), то в Чехии – судьи принимают решение единолично, а «случаи, когда судьи принимают решение в составе сената и состав сената», устанавливаются законом (п. 1 ст. 94 Конституции).
Мотивированность и обоснованность судебных действий (решений). Закрепление на конституционном уровне данного требования связано с необходимостью в целях достижения справедливого и правосудного решения многократно и всесторонне проверять и обосновывать решение суда. Указанный принцип закреплен в Конституциях Бельгии (ст. 97), Болгарии (п. 4 ст. 121), Греции (п. 3 ст. 93), Испании (п. 3 ст. 120), Кипра (п. 2 ст. 30), Лихтенштейна (ст. 99), Люксембурга (ст. 89) и др. В соответствии со статьей 142 Конституции Албании «судебные решения должны быть доказанными». В Конституции Нидерландов закреплено, что «за исключением случаев, предусмотренных Актом парламента, …судебные решения должны содержать четкое правовое обоснование» (ст. 121). Согласно Конституции Португалии «судебные решения, если только они не выносятся во исполнение ранее принятых решений, должны быть обоснованы по форме, предусмотренной законом» (ст. 205). Право на мотивированное решение закреплено в Конституции Финляндии (§ 21).
Возможность обжалования и пересмотра судебного решения путем апелляции (повторное рассмотрение дела по существу по процедуре первой инстанции) и кассации (проверка выполнения закона судом). Албания предоставляет право обжаловать судебное решение за исключением случаев, когда Конституция предусматривает иное (ст. 43 Конституции). В Армении «вступившие в законную силу решения, приговоры и постановления пересматриваются в Кассационном суде на основании протестов Генерального прокурора, его заместителей или имеющих специальную лицензию и зарегистрированных в Кассационном суде адвокатов» (ст. 93 Конституции). В Дании решение судьи может быть оспорено обвиняемым посредством апелляция в вышестоящий суд» (п. 4 ст. 71 Конституции). Конституцией Македонии «гарантируется право обжаловать отдельные юридические акты, принятые судом первой инстанции…» (ст. 15). Конституция Финляндии закрепляет право на пересмотр дела (§ 21). Право на обжалование судебных решений предусмотрено Конституциями Беларуси (ст. 115), Венгрии (п. 5 пар. 57), России (п. 3 ст. 50), Эстонии (ст. 24) и др. Следует отметить, что, например, согласно конституции Норвегии «приговоры Верховного суда ни в коем случае не могут быть обжалованы» (§ 90).
Наряду с общепризнанными принципами отправления правосудия, безусловно, заслуживают внимание такие конституционные положения как возможность бесплатного осуществления правосудия для граждан и ответственность государства за судебную ошибку.
Конституционные положения, гарантирующие возможность малоимущим гражданам предъявлять иски и защищаться в суде, нашли свое закрепление только в конституциях отдельных европейских государств. Так, например, в Испании «правосудие отправляется бесплатно в случаях, предусмотренных законом, а также в любом случае, когда лица, участвующие в судебном разбирательстве, предъявят доказательства, что не имеют достаточных средств для его оплаты» (ст. 119 Конституции). В Италии «соответствующими институтами обеспечивается возможность для неимущих предъявлять иски и защищаться в любом суде (ст. 24 Конституции). В Нидерландах «порядок предоставления юридической помощи малообеспеченным лицам устанавливается Актом парламента» (п. 2 ст. 18 Конституции). В Основном Законе Германии устанавливается, что отсутствие средств не служит препятствием к получению правосудия.
В соответствии с принципом ответственности государства за судебную ошибку государство возмещает физическому или юридическому лицу ущерб, который причинен ему ошибочным судебным решением или неправильным осуществлением правосудия. Так, например, в Испании «ущерб, причиненный судебной ошибкой, а также иной ущерб в результате неправильных действий при отправлении правосудия возмещается за счет государства в порядке, установленном законом» (ст. 121 Конституции). В Италии «закон определяет условия и способы исправления судебных ошибок» (ст. 24 Конституции). В Македонии «лицо, незаконно лишенное свободы, заключенное под стражу или незаконно осужденное, имеет право на возмещение ущерба и другие права, предусмотренные законом» (ст. 13 Конституции). Право каждого на возмещение ущерба, причиненного незаконным решением суда, закреплено в Конституции Словакии (п. 3 ст. 46) и Хартии основных прав свобод Чехии (п. 3 ст. 36). В Словении каждому, кто был незаконно осужден или лишен свободы, предоставлено право на реабилитацию, возмещение ущерба и осуществление других прав, предусмотренных законом (ст. 30 Конституции). В соответствии со ст. 25 Конституции Хорватии каждому, незаконно лишенному свободы или осужденному, гарантируется право на возмещение ущерба и на публичное принесение ему извинения. В Украине в случае отмены приговора суда как неправосудного государство возмещает материальный и моральный ущерб, причиненный безосновательным осуждением (ст. 62 Конституции).
Помимо принципов судебной деятельности, имеющих общий характер, в конституциях многих европейских государств нашли отражение принципы отправления правосудия, распространяющиеся преимущественно на уголовный процесс, – особые принципы. Так, например, Конституция Ирландии содержит самостоятельный раздел «Судопроизводство по преступлениям» (ст. 38, 39).
К числу принципов судебной деятельности в сфере уголовного процесса можно отнести нижеследующие принципы.
1. Принцип презумпции невиновности – предположение о невиновности лица до тех пор, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке и не установлена вступившим в законную силу приговором суда. Данный принцип закреплен на конституционном уровне практически во всех странах Европы – это Албания (ст. 30), Армения (ст. 41), Беларусь (ст. 26), Болгария (ст. 31), Венгрия (п. 2 пар. 57), Ирландия (п. 1 ст. 38), Испания (п. 2 ст. 24), Италия (ст. 27), Казахстан (п. 3 ст. 77), Кипр (п. 4 ст. 12), Македония (ст. 13), Приднестровье (ст. 22), Россия (п. 1 ст. 49), Словакия (п. 2 ст. 50), Словения (ст. 27), Турция (ст. 38), Украина (ст. 62), Хорватия (ст. 28), Чехия (п. 2 ст. 40 Хартии основных прав свобод 1991 г.), Эстония (ст. 22) и др.
2. С презумпцией невиновности тесно связан постулат судебной деятельности о запрете двойного наказания. Положение о том, что никто не может быть повторно осужден или подвергнут наказанию за одно и тоже преступление, закреплено в Конституциях Албании (ст. 34), Германии (п. 3 ст. 103 Основного Закона), Казахстана (п. 3 ст. 77), Кипра (п. 2 ст. 12), Македонии (ст. 14), Словении (ст. 31), Украины (ст. 61), Чехии (п. 5 ст. 40 Хартии основных прав свобод 1991 г.), Эстонии (ст. 23). Следует отметить, что, например, в Словакии «этот принцип не исключает применения чрезвычайных правовых средств в соответствии с законом» (п. 5 ст. 50 Конституции). А статья 31 Конституции Хорватии (с учетом изменений Конституции от 9 ноября 2000 г.), закрепляя запрет на повторное осуждение или наказание в уголовном производстве, предусматривает, что «законом, в соответствии с Конституцией и международным договором, могут быть предусмотрены случаи и причины возобновления уголовного производства…».
3. Закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет, то есть никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Конституцией Албании закреплено, что «нельзя назначать наказание более суровое, чем то, которое предусматривалось законом на момент совершения уголовного преступления» (п. 2 ст. 29). Основной Закон Германии предусматривает, что «деяние может быть наказано, только если его наказуемость была установлена законом до совершения этого деяния» (п. 2 ст. 103). В соответствии с п. 1 ст. 7 Конституции Греции «нет преступления и не может быть наложено наказание, если нет закона, действовавшего до совершения деяния и определяющего его составные элементы. Более тяжелое наказание, чем предусматривавшееся в момент совершения деяния, никогда впоследствии не налагается». Указанный принцип закреплен в Конституциях Армении (ст. 42), Венгрии (п. 4 § 57), Испании (п. 1 ст. 25), Италии (ст. 25), Казахстана (п. 3 ст. 77), Кипра (п. 1 ст. 12), Македонии (ст. 14), Монако (ст. 20), Нидерландов (ст. 16), России (ст. 54), Словакии (п. 6 ст. 50), Словении (ст. 28), Турции (ст. 38), Украины (ст. 58), Финляндии (§ 8), Чехии (п. 6. ст. 40 Хартии основных прав свобод 1991 г.), Эстонии (ст. 23) и др.
4. Заочное разбирательство уголовных дел в судах не допускается, кроме случаев, предусмотренных законом. Разбирательство дела в отсутствии подсудимого может допускаться лишь в исключительных случаях, и только при обязательном условии, что разбирательство не будет препятствовать установлению истины. Так, например, в соответствии с п. 2 ст. 120 Конституции Испании «судебное разбирательство является преимущественно устным, особенно по уголовным делам». Конституция Лихтенштейна закрепляет принципы «устного и непосредственного разбирательства и свободной оценки доказательств» в уголовном и гражданском судопроизводстве (ст. 102). Запрет на заочное разбирательство уголовных дел в судах, «за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом» закреплен в Конституции России (п. 2 ст. 123). Конституция Словакии закрепляет право «на публичное рассмотрение его дела без излишней волокиты и в его присутствии, с тем, чтобы он мог высказаться по всем приведенным доказательствам» (п. 2 ст. 48). Право присутствовать при разбирательстве дел в судах закреплено в Конституциях Словении (ст. 29) и Эстонии (ст. 24). Конституция Хорватии закрепляет право каждого «на судебное разбирательство в его присутствии, если он доступен для суда» (ст. 29).
5. Конституционный принцип, в соответствии с которым при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона, закреплен в Конституциях Албании (п. 2 ст. 32), Армении (ст. 42), Беларуси (ст. 27), Казахстана (п. 3 ст. 77), Приднестровья (ст. 23), России (п. 2 ст. 50), Украины (ст. 62), Хорватии (ст. 29).
6. Право на помощь и присутствие адвоката в подавляющем большинстве конституций европейских государств закреплено с момента задержания или ареста. Так в Беларуси каждый имеет право пользоваться в любой момент помощью адвоката, а в случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается за счет государственных средств (ст. 62 Конституции). Конституция Венгрии не только предусматривает право лица, подвергшегося уголовному процессу, на защиту, но и гарантирует, что защитник не может быть привлечен к ответственности за суждения, изложенные им в ходе осуществления защиты (п. 3 § 57). В Лихтенштейне «гарантируется право обвиняемого на защитника по всем уголовным делам» (ст. 33 Конституции). В Нидерландах «каждый имеет право на юридическую помощь в представлении его интересов в гражданском, уголовном и административном процессе» (п. 1 ст. 18 Конституции). Статья 208 «Юридическая помощь» Конституции Португалии устанавливает не только положение о том, что закон «регулирует юридическую помощь как существенный элемент отправления правосудия», но и закрепляет адвокатский иммунитет, необходимый для выполнения их обязанностей. Право на помощь и присутствие адвоката закреплено в Конституциях Армении (ст. 40), Болгарии (ст. 30), Испании (п. 2 ст. 24), Казахстана (п. 3 ст. 16), Кипра (п. 4 ст. 11), Украины (ст. 29, 59), Эстонии (ст. 21) и др. В России «каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, а в предусмотренных законом случаях – юридическая помощь оказывается бесплатно (п. 1 ст. 48 Конституции).
Рассматривая вышеперечисленные конституционные принципы судебной деятельности как принципы в сфере уголовного процесса, следует отметить, что некоторые из них распространяются не только на уголовный, но и на гражданский и административный процессы, например: право на адвоката; о недопустимости доказательств, полученных с нарушением закона; о неприменимости обратной силы закона, отягчающего ответственность и другие.

Виды судебных органов

Существует несколько видов судебных и квазисудебных органов, то есть органов, осуществляющих некоторые задачи правосудия.

1) Органы досудебного разбирательства, например медиаторы, конселиаторы (посредники, примерители) во Франции, Италии. Они обычно назначаются органами местного самоуправления (муниципалитетами) из числа отставных государственных служащих, знакомых с основами права, и решают мелкие споры между соседями, вопросы арендной платы и другие. По существу, роль общественных судов, но более авторитетных и с более широкими полномочиями в Великобритании выполняют административные трибуналы, которые относятся к административным судам, но не составляют единой системы административной юстиции, как, например, во Франции или Италии. Кроме того, они рассматривают не только чисто административные дела, но и другие вопросы (в Великобритании – трудовые, налоговые споры, споры о квартплате и другие). Членами трибуналов являются не государственные служащие, а общественные деятели, юристы. Решения административных трибуналов могут быть обжалованы в суд государственный.
2) Суды общей юрисдикции (общие суды), рассматривающие уголовные дела, гражданские, трудовые споры и т.д. Общие суды условно можно сгруппировать по следующим моделям: англо-американская (англосаксонская), романо-германская (европейская континентальная) и мусульманская.
В англосаксонской модели обычно существует единая система судов во главе с Верховным Судом. В англосаксонской модели широко используется судебный прецедент, что несколько снижает роль законодательства. Судья пассивен в судебном процессе, он лишь ведет заседание и в уголовных делах не решет вопроса о виновности, поскольку полномочия судьи и присяжных разделены.
В романо-германской модели обычно нет единой системы судов, она полисистемна. В разных системах судов, которые специализированы, есть свои высшие органы. Поэтому, лишь взятые в целом они представляют собой «общие суды». Например, в Германии пять Высших судов Федерации – Федеральная судебная палата, Федеральный административный суд, Федеральный финансовый суд, Федеральный трудовой и Федеральный социальный суд (п. 1 ст. 95 Конституции), а для обеспечения единства правосудия создается единый Сенат для судов (п. 3 ст. 95 Конституции). Остальные суды в Германии отнесены к судам земель – участковые и земельные суды, высшие земельные суды, специализированные суды. В Турции судами высшей инстанции являются Высший апелляционный суд (ст. 154), Государственный Совет (ст. 155), Высший военный апелляционный суд (ст. 156), Высший военный административный апелляционный суд (ст. 157), Суд по урегулированию разногласий (ст. 158). При этой системе деятельность судов определяется широко развитым законодательством, судебный прецедент применяется крайне редко. Наряду с апелляцией используется кассационный и ревизионный порядок обжалования, чего нет в англосаксонской модели. Судья активен в процессе, он не только оценивает, но и сам собирает доказательства. «Судьи из народа», «непрофессиональные судьи» (ассизы, шафены) участвуют вместе с судьей в определении наказания. Привлечение непрофессионалов в судебный процесс дает возможность непредвзято оценить происшедшее с точки зрения простого человека для того, чтобы при необходимости повлиять на судью в выборе меры наказания, помочь судье допросить потерпевшего, обвиняемого, свидетелей, приблизить процесс к реальной жизни. Такие непрофессиональные судьи или заседатели пользуются в судебном процессе равными правами с судьей-профессионалом и принимают решения, в необходимых случаях голосуя за тот или иной вариант наказания или (что более важно) по поводу оправдания или осуждения виновного лица. Такие формы привлечения граждан в судопроизводство применяются в Болгарии, Венгрии, Дании, Италии, Лихтенштейне, Нидерландах, Португалии и др. Так, например, Конституция Венгрии предусматривает, что «в случаях и способах, определенных в специальном законе, в отправлении правосудия могут принимать участие и непрофессиональные судьи», но при этом «в качестве единоличного судьи и председателя судебной коллегии может выступать только профессиональный судья» (§ 45). В Дании уголовные дела рассматриваются судьей с участием двух заседателей (шеффенов). В Лихтенштейне «уголовные дела разбираются в первой инстанции Окружным судом, действующим как уголовный суд, в необходимых случаях с участием шеффенов…» (ст. 102 Конституции). В Нидерландах «в случаях, предусмотренных Актом парламента, лица, не являющиеся судьями, могут принимать участие в отправлении правосудия наряду с судьями» (п. 3 ст. 116 Конституции). В Португалии «закон может предусмотреть участие общественных судей в судебном рассмотрении дел из области трудовых отношений, нарушений в сфере государственного здравоохранения, …и других дел, при разработке которых особое внимание по праву уделяется попранным социальным ценностям» (п. 2 ст. 207 Конституции).
Мусульманская модель имеет персональный характер: мусульманскому суду подлежат только единоверцы или лица, согласившиеся на такой суд; народных заседателей, ассизов, присяжных не существует; процесс осуществляется по канонам шариата со специфическими формами ответственности и в гражданском и в уголовном праве. В некоторых мусульманских странах процедуры обжалования судебных решений не существует, можно лишь обращаться в имаму – высшему духовному лицу, которым по совместительству обычно является монарх, но в некоторых странах, существуют вышестоящие мусульманские суды. Шариатские или мусульманские суды действуют в странах, где господствующей или официальной религией является ислам (Ливия, Иордания, Марокко, Алжир, Египет и т.д.).
Сочетание нескольких подсистем общих и специализированных судов (полисистемность) является характерной чертой судоустройства многих европейских государств. Наряду с общими судами во главе с верховным (высоким или кассационным) судом конституции ряда европейских государств предусматривают создание (организацию) таких специализированных судов, как военные суды (трибуналы), суды по делам несовершеннолетних, коммерческие (по торговым делам), социальные, уголовные и арбитражные суды, суды по трудовым спорам, административные и другие суды.
Создание военных судов (трибуналов) предусмотрено Конституциями Бельгии (ст. 157), Болгарии (ст. 119), Ирландии (ст. 38), Италии (ст. 103), Люксембурга (ст. 94), Польши (п. 1 ст. 175). В Германии «федерация может учредить военно-уголовные суды для Вооруженных сил в качестве федеральных судов» (п. 2 ст. 96 Основного Закона). Конституция Греции предусматривает создание военно-полевых, военно-морских, военно-воздушных судов и судов по делам трофеев (п. 4, 5 ст. 96). Создание военных судов (трибуналов) в период военного времени предусмотрено Конституциями Австрии (ст. 84), Португалии (ст. 213), Словении (ст. 126). В Турции военная юстиция осуществляется военными судами и военно-дисциплинарными судами, которые имеют полномочия привлекать к ответственности не только военнослужащих, но и невоенных людей (ст. 145).
Суды по делам малолетних (несовершеннолетних) предусмотрены Конституцией Греции (п. 3 ст. 96). В Лихтенштейне Окружной суд действует «как суд по делам несовершеннолетних» (ст. 102 Конституции).
В Бельгии в местах определенных законом предусмотрено существование коммерческих трибуналов (ст. 157 Конституции). Согласно Основному Закону Германии «Федерация может учредить федеральный суд для правовой защиты коммерческой деятельности» (ст. 96).
Конституции Португалии (п. 2 ст. 209), Приднестровья (ст. 90) и России (ст. 127) содержат положения об Арбитражных судах.
Конституция Люксембурга предусматривает создание судебных инстанций в области социального страхования (ст. 94).
Создание морских и мировых судов предусмотрено Конституцией Португалии (п. 2 ст. 209).
В Греции «наказание за преступления и принятие любых предусмотренных уголовными законами мер является прерогативой постоянных уголовных судов (ст. 96 Конституции). Конституция Ирландии также предусматривает возможность создания специальных уголовных судов, если Правительство сочтет, что обычные суды не способны осуществить эффективное отправление правосудия в целях установления мира и порядка в обществе (ст. 38).
Одной из разновидностей специализированных судов являются финансовые или налоговые суды – суды финансовой юрисдикции. В таких судах, как правило, оспариваются решения органов налоговой инспекции, которые могут устанавливать повышенные, с точки зрения плательщика, налоги либо через эти суды могут предъявляться претензии за не уплаченные вовремя налоги и т.д. В некоторых странах финансовые суды могут рассматривать также претензии таможенных органов. Так, например, Основным Законом Германии предусмотрено учреждение Федерального финансового суда, возглавляющего суды финансовой юрисдикции (п. 1 ст. 95). В Португалии в судебную систему входит Счетная палата, являющаяся верховным органом по проверке законности государственных расходов и по судебному рассмотрению финансовых отчетов (ст. 209, 214 Конституции).
Достаточно часто в европейской системе специализированных судов выделяется трудовая юрисдикция – суды по трудовым спорам. Данная категория судов рассматривает споры между работниками и работодателями. Эти споры могут быть по поводу коллективных и тарифных договоров, по поводу вопросов участия работников в делах предприятия, по поводу увольнения, сокращения числа работников и т.д. Создание судов по трудовому праву, рассматривающих трудовые конфликты закреплено в Конституциях Бельгии (ст. 157), Венгрии (§ 45), Германии (ст. 95 Основного закона), Люксембурга (ст. 94) и др.
Наиболее распространенными среди специальных судов являются суды административной юстиции – суды, рассматривающие споры граждан с чиновниками и органами государства по вопросам управления в связи с нарушением прав граждан. Эти суды иногда образуются при министерствах, других органах управления, но обычно составляют целостную систему: Верховные административные суды (в Бельгии, Турции, во Франции – Государственный совет), административные суды крупных территориальных судов, низовые административные суды. Создание Административных судов предусмотрено Конституциями Австрии (ст. 130-136), Бельгии (ст. 161), Болгарии (ст. 119, 125), Дании (§ 63), Греции (п. 1 ст. 93, 94), Италии (ст. 103), Польши (п. 1 ст. 175, 184), Финляндии (§ 98), Чехии (п. 1 ст. 91) и т.д. В Лихтенштейне все решения и распоряжения Правительства могут быть обжалованы перед органом, учрежденным для рассмотрения и разрешения жалоб и протестов по административным делам, который состоит из назначаемого Князем по представлению Ландтага председателя и его заместителя, которые должны быть коренными гражданами Лихтенштейна, а также из четырех избираемых Ландтагом судей-ассистентов и их заместителей (часть первая ст. 97 Конституции). При этом пребывание в должности членов указанного органа совпадает со сроком полномочий Ландтага и заканчивается с началом работы Ландтага нового созыва (часть вторая ст. 97 Конституции). В Люксембурге «юрисдикция по административным вопросам принадлежит Административному трибуналу и Административному суду», которые также «наделены юрисдикцией в разрешении споров по вопросам налогообложения» (ст. 95 bis Конституции). В Португалии предусмотрено создание административных и фискальных судов во главе с Верховным административным судом, в компетенцию которых входит рассмотрение споров, возникающих из фискальных и административных правоотношений (ст. 212 Конституции).
Отдельную группу специальных судов составляют дисциплинарные суды и суды, рассматривающие вопросы конституционной ответственности высших должностных лиц. Такого рода суды рассматривают споры и принимают меры воздействия к государственным служащим, к чиновникам, судьям и иным государственным служащим. Так, например, в Дании дела против министров по инициативе Короля или Фолькетинга рассматривает Высокий суд Королевства (п. 1 § 60 Конституции). В Ирландии дела против министров по обвинению в преступлениях, связанных с исполнением их официальных обязанностей подсудны суду по государственным преступлениям (ст. 14 Конституции). В Нидерландах «правонарушения, совершенные депутатами и бывшими депутатами Генеральных штатов, министрами и государственными секретарями во время пребывания в должности, рассматриваются Верховным судом» по процедуре, установленной указом Короля или резолюцией Второй палаты (ст. 119 Конституции). В Норвегии «по делам, возбужденным Одельстингом против членов Государственного совета, Верховного суда или Сторинга за уголовные деяния» судит в первой и последней инстанциях Государственный суд (§ 86 Конституции). В Лихтенштейне Конституцией предусмотрено учреждение Высшего государственного трибунала «в качестве дисциплинарного суда по делам о членах Правительства» (ст. 104 Конституции).
Рассматривая возможность конституционного закрепления вопросов создания и организации специализированных судов, следует отметить, что если, например, в Болгарии предусмотрено «создание иных специализированных судов», помимо перечисленных в Конституции (п. 2 ст. 119), то Конституция Казахстана закрепляет запрет на учреждение не только чрезвычайных, но специальных судов под каким-либо названием (п. 4 ст. 75). Судами Республики Казахстан являются только Верховный Суд и местные суды, учреждаемые законом (п. 2 ст. 75 Конституции). Кроме того, рассматривая подсистему специализированных судов, необходимо отметить, что, как правило, порядок организации и деятельности данных судов, их функции и полномочия в конституциях европейских государств детально не урегулированы, а определяются соответствующими законами.
Наряду с подсистемой общих и специализированных судов выделяется особая подсистема – конституционные суды, которая впервые в Европе появилась в начале прошлого века (в 1920 – е годы в Австрии). В современных европейских конституциях нашли отражение две основные модели конституционного правосудия: конституционный контроль осуществляется общей судебной системой и конституционное правосудие вверено специальному органу – конституционному суду.
При первой модели, которая характерна для таких европейских государств как Ирландия, Исландия, Кипр, Монако, Норвегия, Швейцария и Эстония правом на осуществление конституционного контроля наделяется каждая судебная инстанция или исключительно Верховный суд. Так, например, Верховный суд Ирландии является высшей апелляционной инстанцией, а также уполномочен решать дела о противоречии положений закона Конституции (ст. 34 Конституции). В Норвегии Верховный суд страны по запросу Сторинга дает заключения по правовым вопросам (§ 83 Конституции). Федеральный суд Швейцарии разрешает дела по спорам о компетенции и государственно-правовым спорам между государственными органами различных уровней, по жалобам на нарушение конституционных прав граждан, а также по жалобам частных лиц на нарушение конкордатов и государственных договоров (ст. 106-114 Конституции). В Эстонии Государственный суд является высшей судебной инстанцией государства, рассматривающей судебные решения в кассационном порядке и одновременно является судом конституционного надзора (ст. 149 Конституции). Функции конституционного контроля выполняет Коллегия конституционного надзора Государственного суда Эстонии.
Следует отметить, что в странах Европейского континента явно преобладает вторая модель – осуществление конституционного правосудия специально для этого созданным квазисудебным органом. При этом, он, как правило, является единственным в стане и не возглавляет инстанционную систему судов. Создание Конституционных судов (трибуналов) предусмотрено Конституциями Австрии (ст. 137-148), Албании (ст. 124-134), Болгарии (ст. 147-152), Боснии и Герцеговины (статья VI), Венгрии (глава IV), Испании (Раздел девятый), Италии (раздел I главы VI), Люксембурга (ст. 95 ter), Македонии (ст. 108-113), Мальты (ст. 95), Польши (ст. 188-197), Португалии (ст. 221-224), Приднестровья (ст. 86 – 88), России (ст. 125), Сербии (ст. 115-120), Словакии (ст. 124-140), Словении (ст. 160-167), Турции (ст. 146-153), Украины (раздел XII), Чехии (ст. 83-89) и др. В Казахстане (раздел VI Конституции) и Франции (раздел VII Конституции) предусмотрено создание Конституционных Советов.
В Лихтенштейне Конституцией предусмотрено учреждение Высшего государственного трибунала «в качестве суда публичного права для охраны гарантированных Конституцией прав, разрешения споров о компетенции между судами и административными властями…» (ст. 104 Конституции). Кроме того, указанный орган действует в качестве кассационной инстанции по рассмотрению «вопросов о конституционности законов и о законности постановлений Правительства», в качестве административного трибунала и в как суд, рассматривающий дела о нарушениях при проведении выборов (ст. 104 Конституции).
Следует отметить, что в таких федеративных государствах, как, например, Германия и Россия, субъекты федерации имеют свои самостоятельные конституционные суды. При этом федеративный конституционный суд не возглавляет системы конституционных судов страны и не вправе контролировать результаты конституционного судопроизводства в субъектах федерации. Однако в Германии, например, если конституционный суд земли при толковании Основного Закона отклонится от решения Федерального конституционного суда или конституционного суда другой земли, то ему следует обратиться за решением в Федеральный конституционный суд (ст. 100 Основного Закона). Кроме того, «закон земли может предоставить Федеральному конституционному суду право рассмотрения конституционных споров в пределах одной земли…» (ст. 99 Основного закона). На сегодняшний день в Германии конституционные суды действуют на территории 15 федеральных земель. Их статус закрепляется в земельных конституциях. Так, например ст. 68 Конституции Земли Баден-Вюртемберг закрепляя положение о Государственном Суде Земли (Staatsgerichtshofs für das Land Baden-Württemberg), определяет его полномочия, субъектов обращения и состав суда. Положения о Конституционном Суде Земли Бранденбурга (Verfassungsgericht des Landes Brandenburg) закреплены в ст. 112 Конституции Земли, определяющей состав Конституционного Суда, порядок назначения и требования, предъявляемые к судьям, а также в ст. 113 – полномочия Конституционного Суда. В Конституции Земли Тюрингии предусмотрена специальная глава, посвященная Конституционному Суду Земли (Thüringer Verfassungsgerichtshofs), где ст. 79 закрепляет принцип независимости Конституционного Суда от других органов власти, состав суда, требования, предъявляемые к судьям и порядок их назначения, а ст. 80 – полномочия Конституционного Суда. Ст. 81 Конституции Земли Саксонии определяет компетенцию и состав Конституционного Суда Земли (Verfassungsgerichtshof des Freistaates Sachsen). Конституция Земли Нижняя Саксония определяет вопросы компетенции Конституционного Суда земли (Niedersächsischen Staatsgerichtshofs) (ст. 54) и регламентирует вопросы состава суда, порядок и срок назначения судей, закрепляет принцип несовместимости должности судьи с другими государственными должностями. Следует отметить, что одной из специфических черт функционирования конституционной юстиции в Германии является принятая здесь система работы конституционных судей по совместительству, то есть они могут выполнять судейские обязанности и в других судах земли. Так, например, п. 3 ст. 79 Конституции Земли Тюрингии закрепляя принцип несовместимости должности судьи Конституционного Суда с иными государственными должностями, предусматривает систему работы по совместительству в других судах, а также высших учебных заведениях. Аналогичная норма содержится в Конституции Земли Нижняя Саксония (п. 3 ст. 55).
В настоящее время среди европейских стран лишь немногие не имеют конституционной юстиции (Великобритания, Нидерланды, Люксембург). Так, например, в соответствии со статьей 120 Конституции Нидерландов «конституционность Актов парламента и договоров не подлежит контролю со стороны судов», то есть, в Нидерландах провозглашен принцип «нерушимости» законов.
Рассматривая вопрос о видах судебных органов, предусмотренных конституциями европейских государств, следует отметить, что в некоторых странах Европы существует институт судебной полиции. В числе немногих конституций, которые содержат указание на этот институт Конституция Испании, закрепляющая, что «судебная полиция в своих действиях по расследованию преступлений, обнаружению правонарушителей и доказательству их виновности подотчетна судьям, судам и прокуратуре» (ст. 126) и Италии – «судебная власть непосредственно распоряжается судебной полицией (ст. 109 Конституции). Согласно Конституции Болгарии в систему судебной власти входят следственные органы (ст. 128). 6.4. Конституционно-правовой статус судей.

Конституционно-правовой статус судей

Большое значение в европейских конституциях придается такому аспекту судебной организации, как конституционные принципы, лежащие в основе правового статуса судей и обеспечивающие независимость суда и высокого профессионального уровня судей. К числу таких принципов, как правило, относятся назначаемость (реже – избираемость) и несменяемость судей, судебный иммунитет и судейская несовместимость. Сразу отметим, что в данном контексте не будет идти речь о правовом статусе судей конституционных судов.

Конституции стран Европы в подавляющем большинстве придерживаются принципа назначаемости, а не выборности судей, причем в высших судах обычно это осуществляется при участии различных ветвей власти. Применительно к данному принципу в европейских странах сложились две основные системы: конкурсная система и система простого профессионального отбора. Конкурсная система назначения судей характерна для таких государств, как, например, Италия (ст. 106 Конституции) и Португалия (ст. 215 Конституции). Так в соответствии со статьей 215 Конституции Португалии «прием на работу судей судов общей юрисдикции второй инстанции производится с учетом преобладающего значения критерия заслуг, на основе конкурса, объявляемого среди судей первой инстанции», а «назначение на должность членов Верховного суда осуществляется по результатам открытого конкурса, проводимого среди магистратов, …и среди других заслуженных юристов». С оговорками, конкурсной можно назвать и системы, действующие в Австрии, России, Франции и др. Так, например, в Австрии «представляемый компетентному федеральному министру и направляемый им Федеральному правительству список кандидатур должен состоять при наличии достаточного числа претендентов по меньшей мере из трех лиц, а если необходимо замещение более одного места, то по меньшей мере из числа лиц, вдвое большего, чем число подлежащих назначению судей (п. 2 ст. 86 Конституции).
Процедуре назначения судей уделяется достаточно внимания практически во всех конституциях европейских государств, так как она, как правило, основана на серьезном, юридически регламентированном профессиональном отборе и должна обеспечить высокий профессионализм судебной деятельности. Что касается самого акта назначения, то в ряде европейских государств он отнесен к компетенции главы государства. Так, например, в Греции «судебные чиновники назначаются пожизненно Президентским декретом на основе закона, определяющего необходимые для этого качества и процедуру отбора кандидатур» (п. 1 ст. 88 Конституции). В Ирландии «Судьи Верховного суда, Высокого суда и всех других судов, …должны быть назначены Президентом» (п. 1 ст. 35 Конституции). В Мальте судьи Высших судов и магистраты низших судов назначаются Президентом, действующим согласно совету премьер-министра (ст. 96, 100 Конституции). В Нидерландах судьи судебных органов назначаются на должность указом Короля (п. 1 ст. 117 Конституции). В России судьи федеральных судов (за исключением Верховного и Высшего Арбитражного суда) назначаются Президентом Российской Федерации (ст. 128 Конституции). В Украине Президентом осуществляется «первое назначение на должность профессионального судьи» (ст. 128 Конституции). В Финляндии Президент назначает штатных судей (§ 102). В Чехии «судья назначается Президентом Республики без ограничения срока полномочий» (п. 1 ст. 93 Конституции). В Приднестровье «судьи, за исключением судей Конституционного суда и мировых судей, назначаются на должность Президентом по представлению председателей соответственно Верховного и Арбитражного судов (п. 1 ст. 83 Конституции).
В ряде стран Европы акт назначения судьи на должность находится в ведении главы государства, но осуществляется по представлению (одобрению) парламента либо органов судебного самоуправления. Так, например, в Албании «члены Верховного суда назначаются Президентом Республики с одобрения Кувенда» (п. 1 ст. 136 Конституции). В Люксембурге члены Высшего и Верховного суда назначаются Князем с согласия Ландтага и по его представлению (ст. 102 Конституции). В Албании судьи (за исключением членов Верховного суда) назначаются Президентом Республики по представлению Высшего совета юстиции» (п. 4 ст. 136 Конституции). В Польше профессиональные судьи назначаются президентом Республики по предложению Всепольского Судебного Совета (ст. 179 Конституции). В Словакии судей назначает Президент по предложению Судебного Совета Словацкой Республики (п. 1 ст. 145 Конституции).
Конституциями отдельных европейских государств предусматривается порядок, по которому судьи (как правило, высших судов) назначаются парламентом, либо парламентом по представлению главы государства, либо парламентом по представлению органов судебного самоуправления. Так, например, в Латвии судьи утверждаются Сеймом (ст. 84 Конституции). В Украине первое назначение на должность профессионального судьи сроком на пять лет осуществляется Президентом, а все другие судьи избираются Верховной Радой Украины (ст. 128 Конституции). В России судьи Верховного и Высшего Арбитражного суда назначаются Советом Федерации по представлению Президента (ст. 128 Конституции). В Словении судьи избираются Государственным собранием по предложению Судебного совета (ст. 130 Конституции). Следует отметить, что такое избрание по существу равнозначно назначению и не подпадает под понятие «выборность судей».
В некоторых европейских государствах в процедуре назначения судей на должность существенная роль отводится Высшим советам магистратуры и другим органам судебного самоуправления. Так, например, в Италии судьи назначаются Высшим советом магистратуры (ст. 105 Конституции). В Португалии вопросы назначения, перевода и продвижения судей по службе входят в компетенцию Высшего совета магистратуры (ст. 217 Конституции). В Сербии вопросы назначения, дисциплинарных взысканий и увольнения судей находятся в ведении Высокого Судебного и Обвинительного Совета (ст. 130 Конституции). В Хорватии Государственное судебное вече назначает и отзывает судей (ст. 121 Конституции).
Исходя из конституционно-правового статуса судей, предопределенного тем, что они осуществляют публично-правовые задачи судебной власти, к ним предъявляются, как к представителям судебной власти, особые квалификационные требования, включая специальные требования к кандидатам на должности судей. Как правило, судья должен отвечать профессиональным требованиям (наличие высшего юридического образования и определенного стажа работы), обладать высокими моральными качествами (например, отсутствие судимости), иметь определенный жизненный опыт (предусматривается повышенный возраст для занятия должности судьи). Требования, предъявляемые к должности судьи предусмотрены Конституциями Албании (п. 5 ст. 136), Казахстана (п. 3 ст. 79), Приднестровья (ст. 82), России (ст. 119) Словакии (п. 2 ст. 145) и др. Конституция Норвегии предусматривает требования только к назначению членов Верховного суда – ограничение по возрасту до тридцати лет (§ 91). В Литве судьями «могут быть только граждане Литовской Республики» (ст. 112 Конституции). В Мальте «никто не может быть признан обладающим качествами, необходимыми для назначения судьей Высших судов, если в течение двенадцатилетнего периода или периодов, в сумме составляющих двенадцать лет, он не был практикующим адвокатом в Мальте или не служил магистратом в Мальте или не был часть этого срока адвокатом и часть – магистратом» (п. 2 ст. 96 Конституции), а для магистратов низших судов – данный срок составляет семь лет (п. 2. ст. 100 Конституции). Конституция Украины, помимо общих требований, предъявляемых к должности судьи – возраст, наличие высшего образования и стаж работы, закрепляет положение о том, что на должность судьи может быть рекомендован только гражданин Украины «проживающий в Украине не менее десяти лет и владеющий государственным языком» (ст. 127).
Конституции ряда европейских государств, например, Греции (п. 3 ст. 88) при назначении на должность судьи предусматривают предварительный испытательный срок или период стажировки. В данном контексте следует отметить, что по своей правовой природе ограниченный (обычно 3 или 5 лет) срок полномочий впервые назначенных судей имеет, по существу, значение предварительного испытательного срока, направленного, в частности, на выявление причин, которые могут препятствовать дальнейшему назначению того или иного судьи на должность пожизненно и которыми должны обосновываться решения соответствующих органов и должностных лиц об отказе в представлении для назначения судьи на должность без ограничения срока. Так, например, в Болгарии судьи становятся несменяемыми после завершения трехлетнего стажа на должности (п. 3 ст. 129 Конституции). Первое назначение на должность судьи сроком на пять лет осуществляется в Приднестровье (п. 1 ст. 83 Конституции), Украине (ст. 128 Конституции) и Хорватии (ст. 120 Конституции)
Назначение на судейскую должность предполагается бессрочным или пожизненным, что подтверждается принципом несменяемости судей, являющимся одной из существенных гарантий их независимости. Несменяемость судьи означает стабильное сохранение им занимаемой должности, смена которой может произойти только с согласия этого судьи полученного по его доброй воле. Так Конституция Республики Албания предусматривает, что «время исполнения судьями своих обязанностей не может ограничиваться…» (ст. 138). Судьи (магистраты) несменяемы в Армении (ст. 96 Конституции), Испании (п. 1 ст. 117 Конституции), Италии (ст. 107 Конституции), Латвии (ст. 84 Конституции), Люксембурге (ст. 91 Конституции), Португалии (ст. 216 Конституции), России (ст. 121 Конституции), Франции (ст. 64 Конституции). Пожизненно судьи назначаются в Бельгии (ст. 152 Конституции), Греции (п. 1 ст. 88 Конституции), Нидерландах (п. 1 ст. 117 Конституции), Сербии (ст. 127), Эстонии (ст. 147 Конституции). Конституция Польской Республики предусматривает назначение судей на неопределенное время (ст. 179) и их несменяемость (ст. 180). В Македонии судьи избираются без ограничения срока мандата (ст. 99 Конституции). Бессрочность судейской функции предусмотрена Конституциями Словакии (п. 1 ст. 145), Словении (129), Хорватии (ст. 120 Конституции) и Чехии (п. 1 ст. 93). В Приднестровской Молдавской Республике «судьи занимают должность бессрочно до достижения ими возраста в 65 лет, кроме судей, которые назначены впервые, мировых судей и лиц, участвующих в качестве судей в отправлении правосудия в Конституционном суде» (п. 1 ст. 83). В Болгарии судьи становятся несменяемыми после завершения трехлетнего стажа на должности, которую они занимают (п. 3 ст. 129 Конституции). Конституция Турецкой Республики налагает запрет на увольнение или отправление на пенсию судей до достижения ими возраста, установленного Конституцией, за исключением случаев, указанных в законе (ст. 139). В Украине судьи занимают должности бессрочно, кроме судей Конституционного Суда Украины и судей, назначаемых на должность судьи впервые (ст. 126 Конституции). В Хорватии «судьи назначаются на пять лет при первом вступлении на судебную должность» и «в случае повторного назначения судья исполняет свою должность бессрочно» (ст. 120 Конституции).
Неприкосновенность судей (судейский иммунитет) – одна из наиболее существенных гарантий их независимости. Неприкосновенность судей как носителей судебной власти означает, что судья не может быть привлечен к уголовной ответственности, заключен под стражу, подвергнут приводу без согласия на то соответствующего компетентного органа. Так, например, в Италии – без согласия Высшего совета магистратуры (ст. 107 Конституции); в Казахстане – без согласия Президента Республики, основанного на заключении Высшего Судебного Совета Республики либо, в отдельных случаях, согласия Сената (п. 2 ст. 79 Конституции); в Латвии – только Сеймом, после решения Дисциплинарной комиссии судей или приговора суда по уголовному делу (ст. 84); в Литве – без согласия Сейма, а в период между сессиями Сейма – без согласия Президента (ст. 114 Конституции); в Эстонии – только по представлению Государственного суда с согласия Президента Республики (ст. 153 Конституции). В Албании «судья Верховного суда может быть привлечен к уголовной ответственности только с согласия Кувенда» (п. ст. 137 Конституции), а «другие судьи могут быть привлечены к уголовной ответственности только с согласия Высшего совета юстиции (п. 3 ст. 137 Конституции). В Ирландии судья Верховного суда или Высшего суда может быть смещен с должности только за установленное безнравственное поведение или неспособность, приказом Президента на основании резолюций, принятых Палатой представителей и Сенатом, призывающих к его отзыву (п. 4 ст. 35 Конституции). Согласно Конституции Республики Болгарии судьи пользуются иммунитетом народных представителей, решение и лишении которого принимается Высшим судебным советом в определенных законом случаях (ст. 132). Статья 134 «Иммунитет судьи» Конституции Республики Словения закрепляет положение о том, что судья не может быть лишен свободы и не может быть привлечен к уголовной ответственности без разрешения Государственного собрания, если он подозревается в совершении при осуществлении судейской функции уголовного преступления. Кроме того, в соответствии с указанной нормой «никто из участвующих в судебном процессе не может быть привлечен к ответственности за мнение, выраженное при принятии судебного решения». Положение о том, что судьи неприкосновенны, прямо закреплено только в Конституциях Македонии (ст. 100), Приднестровья (п. 1 ст. 84), России (п. 1 ст. 122) и Украины (ст. 126). В Германии федеральный судья может быть переведен на другую должность, отправлен в отставку либо уволен Федеральным конституционным судом по ходатайству Бундестага (п. 2 ст. 98 Основного Закона). При этом Основной Закон Германии предусматривает, что правовое положение судей в землях регулируется особыми законами земель и, земли могут ввести для судей земель правила, применяемые к федеральным судьям (п. 3, 5 ст. 98). В Бельгии отстранение судьи от должности или лишение его своей должности допускается только в силу судебного решения (ст. 31 Конституции), при этом, в силу ст. 110 Конституции Королевства Бельгии «Король имеет право приостанавливать или смягчать назначенные судьям наказания…». В Греции не требуется какого-либо разрешения для возбуждения иска против судебных чиновников (п. 3 ст. 99 Конституции). Следует отметить, что судебная неприкосновенность является определенным исключением из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом и по своему содержанию выходит за пределы личной неприкосновенности. Это обусловлено тем, что общество и государство предъявляя к судье и его профессиональной деятельности высокие требования, вправе и обязаны обеспечить ему дополнительные гарантии надлежащего осуществления его функциональной деятельности по отправлению правосудия, то есть положение о неприкосновенности закрепляющее одно из существенных элементов статуса судей, направлено на обеспечение основ конституционного строя, разделение властей, самостоятельности и независимости судебной власти. При этом неприкосновенность судьи распространяется не только на его личность, но и на жилище и служебное помещение, корреспонденцию, имущество и документы, используемые им транспорт и средства связи.
С принципом независимости судей и с конституционным принципом разделения властей тесно связан принцип несовместимости судейской должности с иными государственными и общественными должностями, а именно с депутатским мандатом или министерским портфелем. Кроме того судьи должны быть освобождены от каких-либо партийных или политических предпочтений и обязательств. Так, например, в Албании «осуществление полномочий судьи несовместимо с какой-либо другой государственной, политической или частной деятельностью» (ст. 143 Конституции). В Бельгии «никакой судья не может оказывать правительству оплачиваемые услуги, если только он не делает это безвозмездно и лишь в случаях, предусмотренных законом о несовместимости» (ст. 155 Конституции). Наиболее детально данный принцип прописан в Конституциях Греции и Словакии. Так в соответствии со ст. 89 Конституции Греции: «Судебным чиновникам воспрещается предоставление каких-либо иных оплачиваемых услуг, равно как и занятие какой-либо профессиональной деятельностью», однако «в порядке исключения допускается избрание судебных чиновников членами Академии, профессорами или доцентами высших учебных заведений, а также их участие в специальных административных судах, советах или комиссиях, за исключением административных советов предприятий и торговых фирм», а также допускается «возложение на судебных чиновников административных функций либо параллельно с исполнением ими своих основных обязанностей, либо с отрывом от них на определенный срок, как это определено законом». А в соответствии со ст. 145а Конституции Словакии «осуществление функции судьи несовместимо с функцией в ином органе публичной власти, с нахождением на государственной службе, с трудовым правоотношением, с предпринимательской деятельностью, членством в руководящем либо контрольном органе юридического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, а также с иной хозяйственной деятельностью либо приносящей доход деятельностью, кроме управления собственным имуществом, научной, педагогической, литературной деятельности либо деятельности в области искусства и членством в Судебном совете Словацкой Республики», а также он обязан отказаться от членства в политической партии либо политическом движении (если является членом) еще до принесения присяги. В Ирландии судья не должен быть членом любой из палат Парламента или занимать какие-либо другие вознаграждаемые должности или положения» (п. 3 ст. 35 Конституции). В Испании «находящиеся на действительной службе судьи, магистраты и прокуроры не могут занимать другие официальные должности либо состоять в политических партиях или профсоюзах», при этом, закон определяет систему и разновидности профессиональных объединений судей и магистратов и «устанавливает режим несовместимости должностей для представителей судебной власти, который должен обеспечить их полную независимость» (ст. 127 Конституции). В Македонии должность судьи несовместима с другой общественной и профессиональной деятельностью или членством в политической партии, а также «в сфере правосудия запрещается создание и деятельность политических организаций» (ст. 100). Не могут занимать другую государственную должность или выполнять иную оплачиваемую работу, кроме научной, педагогической и творческой судьи в Армении (ст. 98 Конституции), Беларуси (ст. 111 Конституции), Казахстане (п. 4 ст. 79 Конституции), Литвы (ст. 113 Конституции), Приднестровья (п. 3 ст. 83 Конституции) и Украины (ст. 127 Конституции). В Португалии судьи не могут «одновременно выполнять какие-либо иные функции в публичных или частных организациях, за исключением преподавания и научно-исследовательской работы в сфере юриспруденции без получения вознаграждения» (п. 3 ст. 216 Конституции), а также «не могут быть назначены в служебные комиссии, не имеющие отношения к деятельности судов, без разрешения компетентного высшего совета» (п. 4 ст. 216 Конституции).

Органы судейского сообщества (самоуправления)

Для выражения интересов судей как носителей судебной власти ими образуются органы судейского сообщества (судейское самоуправление). Так в Бельгии – Высший совет правосудия (ст. 151 Конституции), в Болгарии – Высший судебный совет (ст. 129 – 131 Конституции), в Венгрии – Государственный совет правосудия (п. 4 § 50), в Македонии – Республиканский судебный совет (ст. 104 Конституции), в Португалии – Высший совет магистратуры (ст. 218 Конституции), в Словении – Судебный совет (ст. 131 Конституции), в Украине – Высший совет юстиции (ст. 131 Конституции) и т.д.

Следует отметить, что, например, в Албании Высший совет юстиции (ст. 147 Конституции), в Армении Совет правосудия (ст. 94, 95 Конституции), в Италии Высший совет магистратуры (ст. 104, 105 Конституции) возглавляются Президентами данных государств. Председателем Верховного суда возглавляются, например, в Испании – Генеральный совет судебной власти (ст. 122 Конституции) и в Словакии – Судебный совет Словацкой Республики (ст. 141а Конституции). В Турции Высший Совет судей и прокуроров возглавляет министр юстиции (ст. 159 Конституции). Конституцией Казахстана предусмотрено создание Высшего Судебного Совета, возглавляемого Председателем, назначаемым Президентом и Квалификационной коллегией юстиции, являющейся автономным и независимым учреждением (ст. 82). В Хорватии Государственное судебное вече возглавляется Председателем, избранным «тайным голосованием большинством голосов членов…» (ст. 121 Конституции).
Органы судейского сообщества, как правило, призваны инспектировать суды, контролировать поведение судей, решать вопросы об их назначении, перемещении, повышении в должности, дисциплинарной ответственности судей и др. Так, например, в Польше «Всепольский Судебный Совет стоит на страже независимости судов и независимости судей» и «может обратиться в Конституционный трибунал с предложением рассмотреть вопрос о соответствии Конституции нормативных актов в сфере, в которой они касаются независимости судов и независимости судей» (ст. 186, 187 Конституции).

Сборник научно-практических статей
«Сравнительно-правовой анализ конституций
европейских государств»; – Тирасполь, 2006




|Становление и деятельность |Правовые основы |Состав |Решения|
|Аппарат |Новости ||Публикации |Фотоархив|
|Контакты |Сcылки|Начало|
|Актуальное событие|