Тульба Виктор Кириллович

Судья Конституционного суда

Приднестровской Молдавской Республики

К историографии становления конституционного правосудия в мире и в Приднестровской Молдавской Республике

Важнейшим направлением деятельности судебной власти в современных демократических государствах является судебный (специальный) конституционный контроль. Особая значимость конституционно-контрольной функции судебной власти определяется тем, что именно с ее наличием в правовой системе государства современная теория конституционализма связывает реальность конституции конкретного государства.

Наряду с термином «судебный конституционный контроль» все более широко используется понятие «конституционное правосудие». Конституционное правосудие можно определить как деятельность судебных органов, состоящую в разрешении дел, предметом которых являются конституционно-правовые вопросы, связанные с обеспечением верховенства конституции, защитой конституционных прав. Таким образом, сущность конституционного правосудия состоит в том, что оно представляет собой синтез конституционного контроля и формы правосудия, в результате чего мы имеем дело с самостоятельным видом контрольной деятельности судебной власти.

Некоторые элементы конституционного контроля восходят еще к 1180г., т.е. временам Священной римской империи германских наций. Изначально судебные органы имели дело в основном со спорами между отдельными правителями, а иногда – даже с нарушениями прав. Элементы конституционного контроля сохранились в той или иной форме на протяжении всей истории германского права вплоть до того момента, когда этот контроль в его современном понимании был закреплен Веймарской Конституцией.

Во Франции зачаточные формы конституционного контроля существовали уже в середине XIII века.

Португалия ввела конституционный контроль с принятием Кодекса Филиппа в XVII веке.

Более развитые формы судебного конституционного контроля отражены в конституциях Норвегии, Дании, Греции в XIX веке.

В Австрии Федеральный Суд в 1867 году получил полномочия разрешать споры о защите индивидуальных политических прав; в то же время Государственный Суд выносил решения по конституционным жалобам.

В Швейцарии зачатки конституционного контроля можно усмотреть уже в Федеральной Конституции 1848 года, хотя более широкие полномочия Федеральный Суд Швейцарии приобрел лишь при внесении изменений в Конституцию в 1874 году.

В Норвегии суды начали осуществлять конституционный контроль с 1890 года.

В Румынии конституционное судопроизводство возникло перед Первой мировой войной.

Арагонское право XIII – XVI в.в. предусматривало защиту конституционных прав с помощью процедуры, которая явилась прообразом конституционной жалобы. Впоследствии аналогичные формы защиты конституционных прав нашли отражение в правовых системах Испании (1978г.), Португалии (1976г.). Еще раньше они получили распространение в Латинской Америке – в Аргентине (Конституция 1853г.), Бразилии (Конституция 1890г.) и Мексике (Конституции 1857 и 1917гг.).

Современная английская правовая система не имеет конституционного контроля, однако истории английского права известны некоторые его элементы, например, принцип верховенства конституции, восходящий к 1610 году и сыгравший важную роль в развитии конституционализма. Другим примером вклада Англии в развитие конституционного правосудия является институт импичмента, возникший здесь в позднее средневековье. Идеи верховенства конституции и права на судебный контроль распространились из Англии в Соединенные Штаты, где уже в конце XVIII века суд признал некоторые Английские Акты не действующими на территории Североамериканских штатов. Однако по Конституции 1789 года Верховный Суд США не приобрел выраженных конституционных полномочий. Решающее влияние на развитие конституционного судопроизводства в США оказало знаменитое дело «Марбери против Мэдисона» (1803г.), в котором Верховный суд наделил себя полномочиями судебного контроля за соответствием законодательных актов Конституции. И хотя со следующим аналогичным делом Верховный Суд столкнулся только в 1857 году, путь к конституционному контролю законодательства был проложен.

Австрийская Конституция 1920 года учредила Конституционный Суд с исключительными полномочиями конституционного контроля законодательных актов.

Следуя австрийской модели, перед Второй мировой войной конституционный контроль ввела также Греция (1927г.). Дальнейшее распространение конституционного контроля было прервано начавшейся войной, и даже созданным институтам практически не удалось развернуть свою деятельность.

После Второй мировой войны возобладал подход, согласно которому собственно конституционное правосудие могло развиваться лишь при том условии, что принцип верховенства парламента уступал бы место принципу верховенства конституции, а конституционный контроль осуществлялся бы специальным органом, не зависимым от законодательной и исполнительной власти.

В то же время введение конституционного судопроизводства предполагало также реализацию принципа вертикального разделения властей. Этот принцип возник в государствах с федеральным устройством, где конституционное правосудие было призвано осуществлять надзор за актами федеральной законодательной власти в отношении членов федерации. Его появление объясняется и историческими причинами: болезненный опыт минувшей войны и фашизма породил идею о том, что введение конституционного контроля является одним из признаков демократии. Существовали также причины институционального и политического характера: конституционный контроль предоставлять гражданам эффективную защиту от законодательной и исполнительной власти.

После окончания Второй мировой войны ввели конституционный контроль Бирма (1947г.), Бразилия (вновь в 1946г.), Германия (1949г.), Индия (1949г.), Италия (1949г.), Люксембург (1950г.), Сирия (1950г.), Таиланд (1949г.), Уругвай (1952г.), Япония (1947г.). В различных формах он получил распространение также и в ряде других стран Азии, Африки, Центральной и Южной Америки.

С точки зрения организации судебного конституционного контроля можно выделить следующие модели:

- американская модель;

- австрийская модель;

- смешанная европейско-американская модель;

- французская модель.

Американская модель судебного контроля предусматривает, что конституционные споры рассматриваются обычными судами в соответствии с обычной процедурой (так называемый децентрализованный контроль). В основе американской модели лежат дело Марбери, рассмотренное Верховным судом Соединенных Штатов в 1803 году, и доктрина Джона Маршалла.

При американской модели осуществляется последующий контроль. Единообразие судопроизводства обеспечивает верховный (высший) суд. Судебные решения, как правило, касаются только сторон, участвующих в деле (за исключением случаев, когда суды в дальнейшем следуют однажды принятому решению). В принципе решение о неконституционности законодательного акта носит провозгласительный характер и имеет обратную силу.

Данная модель принята следующими странами:

в Европе – Дания, Ирландия, Норвегия, Швеция;

в Азии – Бангладеш, Гонконг, Израиль, Индия, Иран, Малайзия, Непал, Пакистан, Сингапур, Япония;

в Африке – Ботсвана, Гамбия, Гана, Замбия, Зимбабве, Камерун, Кения, Коморские острова, Малави, Намибия, Нигерия, Сьерра – Леоне, Танзания, Уганда;

в Америке – Аргентина, Багамские острова, Барбадос, Боливия, Доминиканская Республика, Гаити, Гайана, Гондурас, Гренада, Канада, Мексика, Никарагуа, Сент – Кристофер – и – Невис, Суринам, США, Тринидан и Тобаго, Ямайка;

в Австралии и Океании – Кирибати, Науру, Новая Зеландия, Фиджи.

Австрийская континентальная модель конституционного контроля в своей основе имеет модель Кельзена (1920г.), которая опирается на взаимосвязь принципа верховенства конституции и принципа верховенства парламента и при которой конституционные споры рассматриваются специальными конституционными судами с участием судей, имеющих специальную квалификацию, либо верховными (высшими) судами или их специальными палатами по особой процедуре. Это централизованный и, как правило, абстрактный конституционный контроль, хотя конкретный контроль также возможен. Наряду с последующим контролем предусматривается и предварительный контроль. Судебные решения имеют обязательную силу.

Конституционный контроль по данной модели осуществляют в различных странах следующие органы:

а) конституционный суд:

в Европе – Австрия, Албания, Андорра, Белоруссия, Болгария, Босния, Венгрия, Германия, Испания, Италия, Литва, Македония, Мальта, Молдавия, Польша, Россия, Румыния, Словакия, Словения, Украина, Хорватия, Чехия, Эстония;

в Азии – Ирак, Кипр, Киргизия, Монголия, Сирия, Таиланд, Турция, Шри-Ланка, Южная Корея;

в Африке –Ангола, Бенин Габон, Египет, Мадагаскар, Мали, Руанда, Эфиопия, ЮАР;

в Америке – Чили;

в Австралии и Океании – Папуа-Новая Гвинея.

б) высший суд или его специальная палата:

в Европе – Бельгия, Исландия, Латвия, Лихтенштейн, Люксембург;

в Азии – Йемен, Филиппины;

в Африке –Буркина Фасо, Бурунди, Заир, Нигер, Сенегал, Судан, Того, Чад;

в Америке – Коста-Рика, Панама, Парагвай, Уругвай.

в) конституционный совет:

в Африке – Мавритания.

Органы, действующие по континентальной (европейской) модели конституционного контроля, имеют следующие общие черты:

конституционный контроль вводился в силу различных причин в зависимости от конкретных условий данной страны;

институционально не зависимые от судебной ветви власти органы конституционного контроля на практике в своем большинстве выступают как часть судебной системы в широком понимании;

при рассмотрении конституционных жалоб обычно возникают проблемы, поскольку конституционный контроль отделен от обычных судов;

конституционный статус (административная и финансовая автономия) судов является необходимым условием их независимости при вынесении решений;

только эти органы осуществляют конституционный контроль и только они обладают всеми полномочиями такого контроля, чаще всего включая и полномочия по отмене законов, принимаемых парламентом;

конституционные судьи назначаются органами политической власти;

юрисдикция этих судебных органов имеет особый характер: их решения являются правовыми и политическими, хотя могут быть и чисто консультативными;

конституционному контролю подвергаются преимущественно законы;

конституционный контроль является, как правило, последующим, и реже - предварительным.

Смешанная европейско-американская модель включает элементы как децентрализованного, так и централизованного контроля. Хотя полномочия по осуществлению конституционного контроля концентрируются у конституционного или верховного суда (или его специальной палаты), все обычные суды наделены полномочиями не применять законы, которые они считают не соответствующими конституции.

Контроль по данной модели осуществляют в различных странах следующие органы:

а) конституционный суд:

в Европе – Португалия;

в Америке – Гватемала, Колумбия, Перу, Эквадор.

б) высший суд или его специальная палата:

в Европе – Греция, Швейцария (с учетом того, что в швейцарской системе ограниченного конституционного контроля Федеральный Суд Швейцарии не может давать оценку федеральным законам);

в Азии – Индонезия, Тайвань;

в Америке – Бразилия, Венесуэла, Сальвадор.

Французская континентальная модель основывается на модели Конституционного Совета Франции, созданного в 1958г. Она предполагает централизованный контроль, при котором рассмотрение конституционных вопросов осуществляется специальными органами конституционного контроля (чаще всего – конституционными советами) или специальными палатами верховных судов по особой процедуре. При этом конституционный контроль преимущественно является предварительным (консультативным), однако возможен и последующий контроль, особенно по вопросам, связанным с выборами.

Данная модель получила распространение в следующих странах:

в Европе – Франция;

в Африке – Алжир, Кот-Дивуар, Марокко, Мозамбик.

Для развития национальных систем судебного конституционного контроля в государствах бывшего социалистического лагеря в Центральной и Восточной Европе характерно отсутствие соответствующих прецедентов и традиций. Исключение составляют попытки создания конституционного контроля в Румынии (перед Первой мировой войной) и Чехословакии (накануне Второй мировой войны). Даже после Второй мировой войны конституционный контроль здесь, в отличие от Западной Европы, не получил признания в силу противоречий с существовавшими государственно-политическими системами. Эти системы воплощали принцип, согласно которому законодательная власть отвечала за конституционность своих решений, а внепарламентскими структурами конституционный контроль не мог осуществляться. Поэтому полномочия конституционного контроля возлагались на законодательные органы (Президиум Верховного Совета СССР, Государственный Совет Польши). Позднее подобные органы конституционного контроля были также учреждены в Румынии (Конституционный Комитет), Венгрии (Совет по конституционному законодательству) и ГДР (Конституционный Комитет). Учреждение органов судебного конституционного контроля происходило в основном с конца 80-х годов в рамках общих процессов демократизации.

В Африке конституционализму присущи определенные специфические черты. Некоторые государства провозглашали введение новой конституционной системы сразу после получения независимости, другие вступали в этап независимого развития, еще не имея писаной конституции, которую принимали лишь в последующие годы. Политическое конституционное развитие в Африке часто проходит нестабильно, в основном оно подвержено влиянию многочисленных государственных переворотов и решений высших органов политической и военной власти. В некоторых случаях решения этих органов приводят к приостановлению действия конституционных механизмов или, по крайней мере, к игнорированию конституции на практике.

Несмотря на политическую нестабильность конституционных систем в азиатских государствах, институт конституционного контроля был известен либо ныне существует в следующих странах: Бангладеш, Бруней, Вьетнам, Гонконг, Индия, Индонезия, КНДР, КНР, Малайзия, Монголия, Непал, Пакистан, Папуа-Новая Гвинея, Сингапур, Таиланд, Тайвань, Филиппины, Шри-Ланка, Южная Корея, Япония.

Становление конституционализма в этих государствах проходило под влиянием различных правовых систем. Так, советская модель оказала влияние на Вьетнам, КНДР и КНР. Пример некоторых государств отражает влияние американской системы (Индия, Япония). Отдельные правовые системы содержат элементы немецкой, швейцарской и французской систем (Таиланд, Тайвань, Южная Корея, Япония), а некоторые – даже элементы голландской системы (Индонезия, Шри-Ланка). В свою очередь индийская система оказала воздействие на развитие конституционного контроля в Малайзии, Сингапуре, Шри-Ланке.

В азиатских странах используются в основном американская и европейская модели конституционного контроля.

Американская модель децентрализованного судебного контроля принята для осуществления апелляционного контроля в отношении конституционности законов и административных актов в основном в странах бывшего и нового Содружества (Бангладеш, Гонконг, Индия, Малайзия, Непал, Пакистан, Сингапур, Филиппины), а также в Японии.

Европейская (австрийская) модель контроля конституционности законов в особом судебном разбирательстве специальных конституционных судов в меньшей степени распространена на территории Азии (Монголия, Таиланд, Шри-Ланка, Южная Корея).

В некоторых странах существуют смешанные системы конституционного контроля с элементами систем континентального и англосаксонского права (Индонезия, Таиланд) и специфические системы конституционного контроля, в которых функции конституционного контроля осуществляются преимущественно парламентом (Бруней, Вьетнам, КНДР, КНР).

Развитие конституционного судопроизводства в Центральной и Южной Америке основывается на относительно богатых традициях конституционализма в некоторых государствах. Здесь чаще всего применяются следующие модели конституционного контроля: американская модель децентрализованного контроля, европейская (австрийская) модель централизованного контроля, смешанная модель.

Американская модель судебного контроля является наиболее распространенной. Многие государства Центральной и Южной Америки приняли ее еще в XIX веке. Первоначально она была введена в странах с федеральной государственной системой: Мексика (1867г.), Венесуэла (1858г.), Аргентина (Конституции 1853, 1860 и 1863гг.), а впоследствии – и в бывших колониях Великобритании (Барбадос, Гайана, Тринидад и Тобаго, Ямайка). Она была принята также Колумбией (1860г.) и Доминиканской Республикой (1844г.).

Помимо традиционных для данной модели особенностей национальные системы судебного контроля во многих странах Центральной и Южной Америки предусматривают такой вид конституционной жалобы, характерный для испаноязычных стран, как recurso de amparo. В Аргентине она была предусмотрена Федеральной Конституцией 1853г., однако Верховный Суд начал действовать лишь в 1860г. Первой страной в регионе данный вид конституционной жалобы на практике ввела Мексика 1857г., закрепив ее в Конституции 1917г. По примеру Мексики этот институт позднее ввели в своих конституциях Гватемала (1965г.), Гондурас (1982г.) и Никарагуа (1979г.).

Европейская (австрийская) модель централизованного контроля в тех странах, где она принята, закрепляет исключительные полномочия осуществления конституционного контроля либо за верховным судом (Панама, Парагвай, Уругвай), либо за специальной палатой верховного суда (Коста-Рика), либо за конституционным судом (Чили).

Некоторые государства, первоначально утвердив конституционный контроль по американской модели, в дальнейшем вводили элементы европейской модели. В результате для современных систем контроля в этих странах стала характерна смешанная европейско-американская модель, сочетающая централизованный и децентрализованный контроль (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Гватемала, Колумбия, Мексика, Перу, Эквадор).

Системам, основанным на смешанной модели, часто присущ институт народной жалобы (actio popularis). Например, он предусмотрен конституциями Колумбии (1991г.), Венесуэлы (1961г.), Панамы (1972г.), Сальвадора (1962г.), Бразилии (1967г.), а также Гражданским процессуальным кодексом Коста-Рики (1933г.).

Специфическая система конституционного контроля существует на Кубе, где Конституцией 1976г. полномочия осуществления конституционного контроля были возложены на Национальное Собрание.

К настоящему времени сложились три основные модели конституционного правосудия: американская, европейская и смешанная.

Согласно американской модели конституционное правосудие не выделяется из общего правосудия и осуществляется судами общей юрисдикции (либо всеми, либо только высшей судебной инстанцией). В одних странах (США, Япония, Филиппины, Скандинавские страны) любой суд может решать вопросы о конституционности нормативных актов, но приоритет имеют решения высшей судебной инстанции. В другой группе стран (Гана, Намибия, Шри-Ланка, Эстония) конституционный контроль осуществляет только высшая судебная инстанция. В некоторых федеративных государствах наряду с высшей судебной инстанцией страны этот контроль осуществляют также высшие суды субъектов федерации (Австралия, Канада, Индия, Малайзия). Но и здесь федеральный Верховный суд является окончательной инстанцией при решении вопроса о конституционности нормативного акта.

Поскольку конституционный контроль осуществляется судами общей юрисдикции, вопрос о конституционности применяемого закона может встать, как правило, только при рассмотрении конкретного уголовного, гражданского или иного дела на основе заявления стороны по делу. Судья принимает решение, которое можно обжаловать в вышестоящий суд, вплоть до Верховного суда. Верховный суд принимает окончательное решение. При этом он не отменяет закон, Верховный суд не вправе это делать. Высшая судебная инстанция лишь констатирует, что данный закон является конституционным или неконституционным. Закон, признанный неконституционным, остается в сборниках законов, но ни суды, ни другие органы государства не должны его применять.

Положительными сторонами американской модели конституционного правосудия является возможность постановки вопроса о неконституционности правового акта любой стороной судебного процесса, а также возможность рассмотрения дела о неконституционности в любом суде, а не в одном специализированном органе; сюда же включается возможность апелляции, что обеспечивает более глубокий анализ проблемы. Последовательное проведение принципа состязательности в процессе тоже является немаловажным преимуществом данной модели конституционного контроля.

Есть у данной системы и заметные недостатки: допустимость проведения только конкретного контроля конституционности, связанность суда при разрешении конституционных вопросов обстоятельствами рассматриваемых уголовных и гражданских дел. При такой системе возможен только последующий конституционный контроль: суд рассматривает конституционность закона или иного правового акта, который уже вступил в законную силу и, возможно, породил множество негативных последствий.

Кроме того, вопрос о конституционности акта в данном случае не всегда решают судьи, являющиеся профессионалами в вопросах конституционного права (в отличие от конституционного суда, судьи которого ориентированы специально на вопросы конституционного права). Наконец, при применении данной модели доведение дела до последней инстанции, которая занимается по существу вопросами конституционного права и принимает окончательные решения, представляет собой не только длительный, но и очень дорогостоящий процесс.

В настоящее время в большинстве государств мира преобладает европейская модель конституционного правосудия. Широкое распространение европейская модель конституционного правосудия получила после Второй мировой войны (Италия, Германия, Турция, Таиланд, позднее — Греция, Португалия, Испания, в 1980-1990гг. — государства Центральной и Восточной Европы и СНГ).

Характерными признаками европейской модели конституционного правосудия являются:

1.наличие специального судебного органа конституционного контроля, как правило, конституционного суда;

2.автономное положение конституционного суда в иерархии судебных органов;

3.особая система законодательства, регулирующего организацию и деятельность конституционного суда;

4.рассмотрение и разрешение конституционным судом дел, содержащих исключительно конституционно-правовые вопросы;

5.самостоятельная процессуальная форма отправления конституционного правосудия;

6.особая юридическая природа актов конституционного суда.

Способ формирования, в котором участвуют все три ветви власти, характерен для западноевропейских стран (Италия, Испания, Франция). Так, в Италии пять членов Суда избираются парламентом, пять — назначаются президентом и еще пять — Высшим советом магистратуры. Способ формирования конституционных судов, в котором участвует одна ветвь власти (как правило, исполнительная), или она играет доминирующую роль, характерен для государств Центральной и Восточной Европы (Чехия, Словакия). Так, в Чехии судей Конституционного суда назначает президент с согласия Сената. В Словакии президент назначает судей Конституционного суда из вдвое большего числа кандидатов, предложенных Национальным советом (парламентом).

Полномочия органов конституционного правосудия значительно отличаются в зависимости от модели конституционного правосудия. Если в рамках американской модели суды общей юрисдикции осуществляют исключительно конкретный последующий контроль конституционности нормативных актов, то в рамках «европейской модели» конституционного правосудия возможен как предварительный, так и последующий конституционный контроль. Причем перечисленные в конституции или законе государственные органы (высшие должностные лица) имеют право обратиться с запросом в конституционный суд по широкому кругу оснований (в том числе в порядке нормоконтроля) без какого-либо предварительного обращения в другой суд и даже в ряде случаев безотносительно к наличию конкретного спора. Правом такого запроса обычно наделены: глава государства, парламент (или каждая его палата), правительство, в ряде стран также группы парламентариев, субъекты федерации, реже муниципальные образования и социальные общности. При этом право обращаться с жалобой на неконституционность закона в большинстве европейских государств (Германия, Чехия, Польша и др.) принадлежит и гражданам, если таким законом нарушены их конституционные права (институт конституционной жалобы). Как правило, обращение в конституционный суд в порядке конституционной жалобы возможно лишь после того, как пройдены все судебные инстанции. Аналогичным конституционной жалобе является право суда общей юрисдикции обращаться с запросом в конституционный суд, если у него имеются сомнения относительно конституционности подлежащей применению в конкретном деле нормы закона.

Таким образом, в настоящее время компетенция конституционных судов значительно расширилась, а их полномочия предельно разнообразны и индивидуальны. При этом повсеместно наблюдается следующая тенденция: если исторически конституционное правосудие возникло для проверки конституционности законов, то к середине XXв. объектом конституционного контроля становится широкий круг конституционно-правовых отношений в рамках защиты основ конституционного строя государства, а к началу XXIв. важнейшим направлением деятельности конституционных судов становится защита конституционных прав и свобод человека. В итоге современная статистика свидетельствует о том, что до 70% дел, рассматриваемых органами конституционного правосудия, прямо или опосредованно связаны с защитой прав человека.

Структура конституционных судов зависит не столько от численного состава, сколько от широты их полномочий. Соответственно, у одних, обладающих незначительным объемом полномочий, как правило, она простая — эти суды осуществляют свою деятельность только в составе пленума; у других она сложная, включающая внутренние подразделения (сенаты, палаты и др.), уполномоченные выносить решения от имени суда. Это обеспечивает оптимизацию деятельности и ускоряет процесс рассмотрения подсудных конституционным судам дел. Так, в состав Федерального конституционного суда Германии входят два равных по численности сената, обладающих различной компетенцией и руководимых соответственно президентом ФКС и его заместителем. Оба сената выносят решения от имени ФКС. Пленум не рассматривает конкретных дел, но выносит окончательные решения в случае расхождения позиций сенатов по правовым вопросам. В составе сената образуются палаты для рассмотрения конституционных жалоб. Решения палаты принимают только единогласно, в противном случае решение по жалобе принимается сенатом.

Роль органов конституционного правосудия в защите основ конституционного строя, прав и свобод человека во многом определяется юридическими последствиями принятия их итоговых решений. В большинстве государств конституционный контроль является постановляющим. Соответственно, решения осуществляющих его органов обладают двумя имманентными свойствами: во-первых, они являются обязательными для государственных органов, политических партий, общественных организаций и граждан; во-вторых, недопустимо их обжалование в какой-либо инстанции. Законы и иные правовые акты, признанные неконституционными, утрачивают силу. Акты официального толкования конституции, даваемые органами конституционного правосудия, также носят общеобязательный характер, что, несомненно, имеет важнейшее значение для обеспечения стабильности конституции, нерушимости конституционного строя государства. Ведь хорошо известно, каким важным фактором, обеспечившим долголетие Конституции США, было толкование ее положений Верховным судом США. Не менее известна и роль официальных толкований Федерального конституционного суда в защите основ конституционного строя, прав и свобод человека в Германии.

Появление третьей модели было связано с развитием идей конституционализма в современных государствах, и такой контроль сочетает элементы американской и европейской моделей (например, в Португалии). В государствах, в которых отсутствует конституционный контроль, используется парламентский контроль.

Особое место в таком правовом регулировании занимает принятие нормативно-правовых актов, определяющих систему управления государством. В определенные периоды истории такими актами выступали различные положения, указы, своды законов. Однако с развитием демократических ценностей, закреплением принципа разделения властей в качестве таких актов стали выступать конституции.

Зарождение конституционного контроля в России имеет специфические черты и связано, в первую очередь, с именем М.М. Сперанского, который писал о необходимости наделить сенат правом «ревизии всех новых актов сената исполнительного по отношению к коренным государственным законам», то есть обязательным последующим нормоконтролем актов исполнительной власти. После распада Российской империи в Советском государстве конституционный контроль возник с появлением Конституции РСФСР 1918 года. Конституционный контроль в первые годы Советской власти возлагался на Всероссийский съезд Советов и ВЦИК, а в дальнейшем в какой-то мере на Президиум ВЦИК. Особое внимание к конституционному контролю в этот период времени обусловлено становлением нового государства, необходимостью обеспечения конституционных взаимоотношений между общесоюзными государственными органами и органами власти и управления республики, компетенция которых изменилась с образованием федерации. Особенностью правовой охраны Конституции в период с 1923 года по 1933 год являлось то, что ряд функций в данной области выполнял Верховный Суд СССР. С учреждением Прокуратуры СССР Верховный Суд СССР был исключен из сферы осуществления конституционного надзора за актами наркоматов и других центральных органов СССР.

Конституция СССР 1977 года не внесла существенных изменений в систему органов конституционного контроля. Функции органа конституционного контроля продолжали осуществлять Верховный Совет СССР и Президиум Верховного Совета СССР, который осуществлял контроль за соблюдением Конституции страны и обеспечивал соответствие законов конституции.

В начале 60-х годов XX века вносились предложения о создании специального органа конституционного контроля – Комитета конституционного контроля (надзора) Верховного Совета СССР, Государственного Конституционного Суда СССР, или наделении данной функцией Верховного Суда СССР.

Закон СССР от 23 декабря 1989 года «О Конституционном надзоре в СССР» определил цели и принципы конституционного надзора в СССР, а также закрепил Комитет конституционного надзора в качестве специализированного органа конституционного правосудия. Пятый Съезд народных депутатов РСФСР в ноябре 1991 года принимает закон «О Конституционном Суде РСФСР» и избирает состав Суда. Однако в связи с изменившейся политической ситуацией в декабре 1993 года Конституционный Суд РСФСР прекратил свою деятельность. Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации», принятый 21 июля 1994 года, установил Конституционный Суд РФ в качестве судебного органа конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющего судебную власть посредством конституционного судопроизводства. История развития конституционного контроля в России позволяет говорить о важности внутриполитических процессов в государстве, которые во многом определяют его развитие.

Первая Конституция Приднестровской Молдавской Республики была утверждена 2 сентября 1991 года IV съездом народных депутатов всех уровней. А 10 декабря 1991 года Верховный Совет Приднестровской Молдавской Республики принял Постановление "О порядке применения законодательства на территории Приднестровской Молдавской Республики".

Первая Конституция Приднестровской Молдавской Республики сформулировала положения о судебной власти и установила порядок формирования судебных органов. Кроме того, она содержала конституционные принципы осуществления правосудия: независимость и подчинение судей только закону, недопустимость вмешательства в их деятельность, равенство граждан перед законом и судом.

Однако образование отдельного самостоятельного органа конституционного контроля - Конституционного суда - первая Конституция Приднестровской Молдавской Республики не предусматривала.

Вместе с тем строительство демократического правового государства требовало создания независимого Конституционного суда.

Конституционный суд - первый в истории Приднестровской Молдавской Республики орган конституционного контроля - образован 12 июня 2002 года. Он был создан на основании изменений, внесенных в Конституцию Приднестровской Молдавской Республики 30 июня 2000 года.

Образование Конституционного суда в Приднестровской Молдавской Республике стало актом закономерным и необходимым. Верховенство права и незыблемый правопорядок, базирующиеся на Конституции, - необходимое условие и неотъемлемый элемент суверенного, демократического, правового государства, признающего, соблюдающего и защищающего права и свободы человека и гражданина. Такое государство немыслимо без независимого судебного органа, обеспечивающего конституционный контроль в особой процедуре конституционного судопроизводства.

Поэтому создание в Приднестровской Молдавской Республике Конституционного суда явилось не только важным, но и абсолютно необходимым элементом в развитии конституционного строя государства.

12 июня 2002 года состоялось торжественное заседание Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики. Шесть судей Конституционного суда принесли Присягу и приступили к исполнению своих полномочий.

На этом заседании Президент в соответствии со своим конституционным правом внес на рассмотрение депутатов Верховного Совета кандидатуру Владимира Анатольевича Григорьева для назначения его на должность Председателя Конституционного суда. Тайным голосованием большинство депутатов поддержали предложенную кандидатуру.

С июня по ноябрь 2002 года Конституционный суд занимался организационной деятельностью: формировал аппарат, решал проблемы материально-технического оснащения, работал над проектами Конституционного закона "О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики" и Регламента Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.

1 ноября 2002 года при участии Президента, Председателя Верховного Совета и Председателей Верховного и Арбитражного судов Приднестровской Молдавской Республики было проведено торжественное собрание Конституционного суда, посвященное началу его деятельности. Орган конституционного контроля вступил на новый этап своего развития.

Уже 29 ноября 2002 года состоялось первое заседание Конституционного суда, на котором был принят его Регламент и вынесено соответствующее определение.

2 декабря 2002 года Председатель Конституционного суда в рамках своих полномочий назначает заместителем Председателя Конституционного суда Виктора Константиновича Гарбузова, а судьей-секретарем - Валерия Александровича Турбала.

25 февраля 2003 года состоялось второе заседание Конституционного суда, на котором было рассмотрено обращение Президента Приднестровской Молдавской Республики И.Н. Смирнова о проверке конституционности некоторых законодательных актов, принятых Верховным Советом республики. Суд определил: обращение Президента Приднестровской Молдавской Республики принять к рассмотрению.

Для Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики начался этап деятельности и развития.

Одной из особенностей развития конституционного законодательства и конституционного судопроизводства в Приднестровье является их «возраст»: первой Конституции ПМР – 31 год, она практически ровесница приднестровской государственности, Конституционному суду ПМР исполнилось 20 лет. Это говорит о том, что приднестровцы в вопросах становления и функционирования этих важных государственно-правовых институтов имели возможность использовать организационный опыт разных стран. Так, в своей работе Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики опирается и на опыт конституционного судопроизводства в России. В разные годы были заключены договоры о сотрудничестве с рядом субъектов Российской Федерации: республиками Адыгея, Алания, Бурятия, Карелия, Коми, Марий Эл, Саха-Якутия и Уставным судом Санкт-Петербурга.

С другой стороны, анализ приднестровского конституционного законодательства и конституционного правосудия указывает на творческий подход к их формированию, учитывающий условия и обстоятельства образования и развития непризнанной республики. Конституционное правосудие в Приднестровье, как и в признанных международным сообществом государствах, осуществляет проверку конституционности законов и других правовых актов, в т.ч. в части разрешения споров о компетенции между органами различных ветвей государственной власти и обеспечения прямого и непосредственного действия конституции. За время деятельности в Конституционный суд ПМР по состоянию на декабрь 2022 года поступило 452 обращения, в т.ч. 316 – от граждан ПМР и 136 – от органов, учреждений и организаций, включая Президента ПМР, Правительство ПМР, Верховный Совет ПМР, пленумы Верховного и Арбитражного судов ПМР, Уполномоченного по правам человека в ПМР, Федерацию профсоюзов Приднестровья, по результатам рассмотрения которых было принято 179 итоговых решений.

Органы конституционного правосудия разных стран мира отличаются организационной формой, структурой, объемом компетенции, но не все они объединены главной функцией – обеспечить верховенство конституции. В этом заключается исключительная прерогатива органов конституционного правосудия. На их фоне Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики стремится стать значимым институтом государственности и эффективно функционировать, твердо отстаивая позиции конституционного права. И хотя статус Приднестровья как государства весьма противоречив, можно с уверенностью утверждать, что конституционное законодательство и конституционное судопроизводство в непризнанной республике развиваются в рамках мировых тенденций.

СПИСОК  ЛИТЕРАТУРЫ

1.Конституция ПМР Т., 2017 г.;

2.Авакьян С.А. Конституция РФ М., 1997 г.;

3.Арутюнян Г. Г. Конституционное правосудие, Международный журнал, Конституционное правосудие М., 1998 г. №2;

4.Арутюнян Г.Г. Конституционный контроль М., 1997 г.;

5.Боботов С.В. Конституционная юстиция М., 1994 г.;

6.Конституционный суд РФ Зарубежная практика конституционного контроля М., 1998 г.;

7.Овсепян Ж.И. Судебный конституционный контроль в зарубежных странах М., 1994г.;

8.Маклаков В.В. Конституционный контроль в буржуазных и развивающихся странах М., 1998 г.