Карамануца В.И.,

заместитель Председателя Конституционного суда

Приднестровской Молдавской Республики

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРАВОВЫЕ ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА ПРИДНЕСТРОВСКОЙ МОЛДАВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

(по материалам решений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики  за 2008 – 2022 годы)

По характеру содержания решений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, содержащиеся в них правовые позиции делятся на материально-правовые и процессуально-правовые. В конституционном правосудии под материальной правовой позицией понимается позиция, которая выносится в результате интерпретации Конституционным судом Конституции и любого предмета конституционного контроля, непосредственным образом связанная с итоговым выводом Суда по существу рассматриваемого дела. Процессуальные правовые позиции, в свою очередь, не объединяются с выводами Конституционного суда о конституционности или неконституционности объектов контроля. Они определяют движение дел в конституционном судебном процессе, порядок деятельности Конституционного суда, касаются иных процедур конституционного судопроизводства [1].

Впервые процессуальная правовая позиция, отличающаяся от собственно правовой позиции, была выделена Г. А. Гаджиевым [2]. Под процессуальной правовой позицией Конституционного суда следует понимать правовую позицию, касающуюся деятельности Конституционного суда, в том числе вопросов подведомственности дел Конституционному суду, допустимости обращений в Конституционный суд и иных вопросов конституционного производства [3]. Чаще всего процессуальные правовые позиции содержатся в «отказных» определениях (определениях об отказе в принятии обращения - запроса, жалобы, ходатайства - к рассмотрению), а порой и в определениях о прекращении производства по делу.

Анализ положений статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики [4] и корреспондирующих им норм Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [5] позволяет выявить ряд критериев допустимости обращений в Конституционный суд в форме запроса, ходатайства или жалобы.

Под допустимостью обращений в конституционном судопроизводстве понимается совокупность требований, относящихся к форме, содержанию, субъекту и предмету обращения, соблюдение которых позволяет и обязывает принять обращение к рассмотрению [6].  

В широком смысле критерии допустимости жалобы можно вывести путем рассмотрения взаимосвязанных норм Конституционного закона, содержащихся во втором разделе Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики. Второй раздел Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики   определяет общие критерии допустимости обращения с конституционной жалобой: наличие повода к обращению (обращение в Конституционный суд в форме запроса, ходатайства или жалобы, отвечающее требованиям Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики), основания к обращению (обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции  закон, иной нормативный акт), соблюдение формы обращения, наличие документов, прилагаемых к обращению (статья 45), и уплата государственной пошлины (статья  46).

В третьем разделе Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, содержащем нормы об особенностях конституционного судопроизводства по отдельным категориям дел, в каждой главе имеются нормы, устанавливающие конкретные критерии допустимости обращений.

Статья 103 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики предусматривает специальные критерии допустимости конституционной жалобы для субъектов обращения, которые могут считаться условиями допустимости жалобы в узком смысле. Статья 103 «Допустимость жалобы» устанавливает, что жалоба на нарушение законом, нормативным актом конституционных прав и свобод человека и гражданина допустима, если закон, нормативный акт затрагивает конституционные права и свободы граждан; если закон, нормативный акт применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон; если закон, нормативный акт либо их отдельные положения не воспроизводят положения Конституции Приднестровской Молдавской Республики, если закон, нормативный акт либо их отдельные положения не регулируют порядок организации и деятельности Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.   

При решении вопроса о принятии обращения к рассмотрению проверяется наличие как общих, так и специальных критериев допустимости. Первичной стадией принятия конституционной жалобы к рассмотрению является рассмотрение обращений Секретариатом Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики и направление их для предварительного изучения (статья 47 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, § 9 Регламента Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики). Рассмотрение обращений после их регистрации в установленном порядке осуществляется специалистами Секретариата Конституционного суда. Регламентом Конституционного суда детально не регулируются критерии, по которым Секретариат принимает решение о несоответствии обращения, так как он проверяет обращение на соответствие общим требованиям (наличие документов, прилагаемых к жалобе, уплата государственной пошлины и пр.). Согласно статье 47 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики в случаях, если обращение явно не  подведомственно Конституционному  суду, по форме не отвечает требованиям Конституционному закону о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, исходит от ненадлежащего органа или лица, не оплачено государственной пошлиной, если иное не установлено Конституционным законом о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, Секретариат Конституционного суда уведомляет заявителя о несоответствии его обращения требованиям Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики. Заявитель после устранения недостатков, указанных в подпунктах б) и г) части второй статьи 47, вправе вновь направить обращение в Конституционный суд. Уведомления о несоответствии обращения требованиям закона, направляемые с одновременной рекомендацией об устранении недостатков в оформлении обращения, призваны способствовать самим заявителям и упреждать вынесение по поставленному вопросу отказных определений на основании несоблюдения требований Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики.

Регламентом Конституционного суда в § 10 установлена гарантия оспаривания выводов Секретариата Конституционного суда о несоответствии обращения вышеуказанным требованиям, согласно которой Председатель Конституционного суда поручает одному или нескольким судьям провести проверку обоснованности принятого Секретариатом решения. Результаты проверки не позднее одного месяца докладываются судьей в заседании Конституционного суда. При признании выводов Секретариата обоснованным Конституционный суд выносит определение о несоответствии обращения требованиям Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики. Копия определения Конституционного суда направляется заявителю.

Секретариат Конституционного суда не отказывает в принятии дела к рассмотрению, а уведомляет о несоответствии обращения формальным требованиям. Отказ в принятии обращения к рассмотрению — прерогатива Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, который своим мотивированным определением в соответствии со статьей 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики и § 10 Регламента Конституционного суда это решение оформляет.

Статьей 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики определяются общие критерии отказа в принятии обращения (по всем категориям дел) к рассмотрению. Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к  рассмотрению в случаях, если: а) разрешение вопроса, поставленного в обращении, не подведомственно Конституционному суду Приднестровской Молдавской Республики; б) обращение в соответствии с требованиями Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики не является допустимым; 3) по предмету обращения Конституционным судом Приднестровской Молдавской Республики   ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу; г) акт, конституционность которого оспаривается, был отменен или утратил силу, за исключением случаев, когда действием этого акта были нарушены конституционные права и свободы граждан.

Согласно статьям 49 и 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, решение о принятии либо отказе в принятии обращения к рассмотрению принимается в заседании Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.

Каждый заявитель должен быть уверен в том, что обращение получит надлежащее рассмотрение при соблюдении законодательно закрепленных требований подведомственности и допустимости, т. е. должно быть рассмотрено по существу судебным органом, если не имеется установленных законом оснований, исключающих производство по такому обращению.  

При рассмотрении поступающих обращений в заседании Конституционный суд принимает решение о принятии обращения к производству либо решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению, так называемое «отказное» определение. В «отказных» определениях такого рода содержатся процессуальные правовые позиции Конституционного суда, означающие толкование не только норм Конституции, а и норм Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики и о недопустимости рассматриваемых обращений [7].

Классификация процессуальных правовых позиций обусловливается положениями Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики и логикой конституционного судопроизводства. В зависимости от предметной направленности можно выделить правовые позиции по общим вопросам конституционного судопроизводства, правовые позиции по вопросам подведомственности дел Конституционному суду; правовые позиции по вопросам допустимости обращений в Конституционный суд; правовые позиции по вопросам толкования судом собственных решений [8].

1. Один из наиболее важных видов правовых позиций Конституционного суда составляют правовые позиции, которые в самых различных аспектах конкретизируют его собственную компетенцию (критерии подведомственности дел Конституционному суду Приднестровской Молдавской Республики).

Пределы полномочий Конституционного суда определены положениями Конституции Приднестровской Молдавской Республики и конкретизирующими их нормами Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики. Решая вопрос о принятии запроса к рассмотрению, Конституционный суд прежде всего устанавливает, подведомственно ли ему разрешение вопроса, поставленного в обращении.

Так, Президент Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с запросом, в котором оспорил конституционность Постановления Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики от 10 декабря 2014 года № 3088 «О назначении членов Центральной избирательной комиссии Приднестровской Молдавской Республики» по порядку его принятия, которым были назначены семь членов Центральной избирательной комиссии Приднестровской Молдавской Республики от законодательного органа.

Исследовав запрос и приложенные к нему документы, Конституционный суд пришел к выводу, что разрешение вопроса о проверке конституционности Постановления Верховного Совета от 10 декабря 2014 года № 3088 Конституционному суду неподведомственно. Согласно правовой позиции Конституционного суда, названное Постановление не содержит нормативных предписаний и поэтому не относится к числу актов, которые могут проверяться Конституционным судом на их соответствие Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Оценивая правовую природу оспариваемого акта, Конституционный суд констатировал ненормативный характер Постановления Верховного Совета от 10 декабря 2014 года № 3088. Оспариваемое Постановление Верховного Совета не устанавливает новых норм права, не изменяет и не отменяет действующие правовые нормы. Оспариваемое Постановление Верховного Совета является актом однократного действия, которое исчерпывается назначением семи перечисленных поименно членов Центральной избирательной комиссии и распространяется только на данный конкретный случай.

Предписания рассматриваемого Постановления адресованы конкретным субъектам и ограничены во времени. Это ограничение вытекает из положений пункта 3 статьи 27 Избирательного кодекса Приднестровской Молдавской Республики, из которых следует, что члены Центральной избирательной комиссии назначаются на срок полномочий Центральной избирательной комиссии, который составляет пять лет.

Суд указал, что по существу в запросе оспаривается не конституционность Постановления Верховного Совета, а его законность, поскольку заявитель утверждает о нарушениях требований, установленных статьями 26, 34 (пункты 1, 3) Регламента Верховного Совета, которые, по его мнению, были допущены при рассмотрении и принятии оспариваемого Постановления.

Однако, отметил Суд, к полномочиям Конституционного суда не относятся вопросы о законности индивидуальных (ненормативных) актов органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также иные вопросы, отнесенные к компетенции судов общей юрисдикции. Данное установление статьи 10 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» явилось основанием для отказа в принятии запроса главы государства к рассмотрению ввиду неподведомственности Конституционному суду вопроса, поставленного в обращении.

Такой вывод соответствует и правовой позиции Конституционного суда о том, что решение о конституционности оспариваемого акта принимается по результатам проверки его соответствия именно Конституции, а не иным нормативным актам. В Постановлении от 7 мая 2015 года № 01-П/15 Конституционный суд указал, что «не связан обязанностью расценивать любое нарушение процедуры принятия закона как свидетельство его неконституционности. В противном случае Конституционный суд осуществлял бы проверку закона по порядку его принятия на предмет соответствия не исключительно Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а иным нормативным актам, в том числе Регламенту Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики. Однако такая проверка не соответствует рамкам компетенции Конституционного суда, установленной статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики» [16].

В соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики Конституционный суд рассматривает жалобы граждан на нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникшие в результате применения закона, нормативного акта. Часть первая статьи 102 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики устанавливает, что правом на обращение в Конституционный суд с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются в результате применения закона, нормативного акта. Из приведенных норм следует, что Конституционный суд по жалобам граждан проверяет конституционность не любых правовых актов, а только законов и нормативных актов.

Гражданин Волохова В.Н. обратился в Конституционный суд с жалобой, в которой оспаривается конституционность Указания начальника Управления по делам миграции Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 19 июля 2006 года № 17 (далее - Указание № 17). Оспариваемый акт содержит адресованное всем начальникам паспортных отделов городских и районных отделов внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики требование «осуществлять прописку лиц, освободившихся из мест лишения свободы, по месту прежнего проживания без согласия собственника (ответственного квартиросъемщика) жилой площади в случае, если: данные лица являлись членами семьи собственника жилой площади; данное жилое помещение не передано в собственность других граждан (согласно договора дарения, купли-продажи, мены и т.д.)».

Исследовав правовую природу оспариваемого Указания № 17, Конституционный суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Волохова В.Н. не соответствует требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и не может быть принята к рассмотрению.

Оспариваемое Указание № 17 содержит требование нормативного характера, затрагивающее права и законные интересы граждан, однако, отметил Суд, нормативным актом не является, поскольку не соответствует требованиям Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики» к форме нормативного акта, порядку его принятия, опубликования и введения в действие.

В соответствии с названным Законом нормативный правовой акт определяется как официальный письменный акт, содержащий нормы права, принятый в порядке, установленном действующим законодательством Приднестровской Молдавской Республики (статья 1).

Нормативные правовые акты министерств, иных исполнительных органов государственной власти утверждаются и вводятся в действие приказами руководителей министерств, иных исполнительных органов государственной власти, если иное не установлено положением о министерстве, ином исполнительном органе государственной власти (пункт 2 статьи 12). При этом структурные подразделения министерств, иных исполнительных органов государственной власти не вправе издавать правовые акты нормативного характера (пункт 5 статьи 12).  

Нормативные правовые акты министерств, иных исполнительных органов государственной власти подлежат государственной регистрации. Нормативные правовые акты министерств, иных исполнительных органов государственной власти, не прошедшие процедуру государственной регистрации, не могут быть официально опубликованы для всеобщего сведения (пункты 1, 4 статьи 43-1).

Никто не может быть ограничен в своих правах на основании закона или иного нормативного правового акта, если они не опубликованы для всеобщего сведения. Любые подзаконные нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения (пункты 2, 3 статьи 28).

Суд отметил, что положение пункта 3 статьи 28 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики» воспроизводит положение пункта 3 статьи 53 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Оспариваемый акт принят начальником структурного подразделения Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики. Руководитель министерства своим приказом не утверждал и не вводил Указание № 17 в действие. Оспариваемый акт не прошел процедуру государственной регистрации и не опубликован официально для всеобщего сведения. Следовательно, сделал вывод Суд, оспариваемое Указание № 17 не может быть отнесено к нормативным правовым актам и не подлежит проверке Конституционным судом.

Суд отметил также, что и у самого заявителя отсутствует неопределенность в вопросе о правовой природе Указания № 17. Ранее Волохов В.Н. обращался в Тираспольский городской суд с заявлением о признании Указания № 17 как ненормативного правового акта недействительным. В своем заявлении Волохов В.Н. в подтверждение того, что Указание № 17 является именно ненормативным правовым актом, ссылался на Закон Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики».

Решением от 5 октября 2018 года Тираспольский городской суд отказал в удовлетворении заявления Волохова В.Н. ввиду пропуска им трехмесячного срока для обращения в суд с заявлением об оспаривании ненормативного правового акта. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики кассационным определением от 13 декабря 2018 года оставила данное решение без изменения. Применив последствия пропуска срока для подачи заявления об оспаривании ненормативного акта, судебные инстанции признали, что Указание № 17 является ненормативным правовым актом.

На основании изложенного, руководствуясь подпунктом а) статьи 50  Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Волохова В.Н. о проверке конституционности Указания начальника Управления по делам миграции Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 19 июля 2006 года № 17 ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [17].

Гражданка Бочкина Н.И.  обратилась в Конституционный суд с жалобой о проверке конституционности пункта 4 статьи 37 и статьи 38 Жилищного кодекса Приднестровской Молдавской Республики. Как следует из жалобы, гражданка Бочкина Н.И. является собственником квартиры по улице Гвардейской в городе Рыбница с марта 1998 года.  В квартире остается прописанным бывший член семьи, который не проживает в данной квартире с 1997 года. Исковое заявление Бочкиной Н.И. о выселении гражданина, не проживающего в квартире, суд города Рыбница и Рыбницкого района своим решением от 26 июля 2007 года оставил без удовлетворения, а его встречные требования о вселении удовлетворил.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований о выселении ответчика из квартиры, принадлежащей Бочкиной Н.И. на праве собственности, Суд руководствовался пунктом 4 статьи 37 и статьей 38 Жилищного Кодекса Приднестровской Молдавской Республики.  Заявительница просит Конституционный суд проверить соответствие оспариваемых норм статье 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку считает, что суд своим решением нарушил гарантированное ей государством право собственности и тем самым лишил ее возможности по своему усмотрению владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ей имуществом.

Рассмотрев в открытом судебном заседании вопрос о принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бочкиной Н.И., Конституционный суд установил следующее.

В соответствии со статьей 16 Конституции Приднестровской Молдавской Республики человек, его права и свободы являются высшей ценностью общества и государства. Основные права и свободы человека неотчуждаемы. Государство обеспечивает права и свободы граждан, закрепленные в Конституции (статья 45 Конституции). Согласно частям первой и второй статьи 37 Конституции государство гарантирует каждому право собственности; собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом. Часть первая статьи 42 Конституции устанавливает, что каждый гражданин Приднестровской Молдавской Республики имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища. Указанные конституционные нормы получили развитие в отраслевом законодательстве. Так, право собственности на жилые помещения, а также условия пользования ими регулируются гражданским и жилищным законодательством.

Статья 225 Гражданского кодекса воспроизводит и конкретизирует содержание конституционного права, закрепленного в частях первой и второй статьи 37 Конституции. Пункт 1 статьи 305 Гражданского кодекса устанавливает, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Закрепляя права собственника жилого помещения, Гражданский кодекс, вместе с тем, признает и защищает права владельцев и пользователей жилого помещения. В соответствии с пунктом 1 статьи 309 Гражданского кодекса члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством. В соответствии с пунктом 4 статьи 37 Жилищного кодекса в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого дома, жилого помещения бывшие члены семьи сохраняют право пользования жилым домом, жилым помещением, и за ними сохраняются права и обязанности, предусмотренные для семьи собственника. Согласно пункту 2 статьи 38 Жилищного кодекса переход права собственности на жилой дом, жилое помещение к другому лицу не является основанием для прекращения права пользования жилым домом, жилым помещением членами семьи прежнего собственника.

Таким образом, пришел к выводу Суд, действующее законодательство Приднестровской Молдавской Республики в равной степени признает и защищает как права собственника жилого помещения, так и права проживающих в этом помещении бывших членов его семьи. Это соответствует конституционным гарантиям права собственности и права на жилище, в соответствии с которыми никто не может быть произвольно лишен жилища (статьи 37 и 42 Конституции).

Конституционный суд отметил, что основные права и свободы человека, к которым относятся право собственности и право на жилище, неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (статья 16 Конституции). При противопоставлении конституционного права собственности и конституционного права на жилище нарушался бы принцип, согласно которому все права человека и основные свободы неделимы и взаимосвязаны (Резолюция № 41/117 Генеральной Ассамблеи ООН от 4 декабря 1986 года «Неделимость и взаимосвязь экономических, социальных, культурных, гражданских и политических прав»). Ограничение этих прав допускается только в случаях, предусмотренных законом, в частности, в интересах защиты прав и свобод других лиц (статья 18 Конституции). Ранее Конституционный суд в Определении № 07–О/08 от 4 ноября 2008 года признал допустимость ограничения права собственника в случае, если такое ограничение основывается на конституционных нормах, осуществляется в целях защиты прав и свобод других лиц и не является чрезмерным.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в указанном Определении, признание приоритета прав собственника жилого помещения либо прав проживающих в этом помещении бывших членов его семьи, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от правильного установления и исследования всех фактических обстоятельств конкретного спора. Соответствующими полномочиями в этой части наделены суды общей юрисдикции. Именно суд как беспристрастный государственный орган обязан всесторонне и полно исследовать обстоятельства каждого дела на основе принципов состязательности и равноправия сторон. В соответствии с частями второй и третьей статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд решает исключительно вопросы права и при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Данная правовая позиция была подтверждена Конституционным судом Приднестровской Молдавской Республики в Определениях № 08-О/08 от 2 декабря 2008 года и № 01-О/09 от 13 января 2009 года, а также в Определении № 08 – О/09 от 24 марта 2009 года.                                                                                              

На основании изложенного, в соответствии с подпунктом а) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд Определением от 15 января 2009  № 02-О/09 года отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бочкиной Н. И. о проверке конституционности пункта 4 статьи 37 и статьи 38 Жилищного кодекса Приднестровской Молдавской Республики как не отвечающей критерию подведомственности Конституционному суду Приднестровской Молдавской Республики [18].

Согласно подпункту а) статьи 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики Суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если разрешение вопроса, поставленного в обращении, не подведомственно Конституционному суду.

Конституционный суд неоднократно отказывал в принятии к рассмотрению обращений, рассмотрение которых означало бы оценку целесообразности и экономической обоснованности нормативных актов (Определения от 26 декабря 2013 года № 12–О/13, от 8 мая 2014 года № 07–О/14, от 8 октября 2015 года № 13–О/15, от 6 сентября 2016 года № 16–О/16, от 18 мая 2017 года № 18–О/17). Правовая позиция Конституционного суда по данному вопросу, сформированная в перечисленных решениях, имеет общеобязательный характер и сохраняет свою силу.

Гражданка Данилина М.Ф., являющаяся учредителем и директором ООО «Кипарис», а также гражданин Журя В.И. – учредитель и директор ООО «Норд-Фиш», обратились в Конституционный суд с жалобой о проверке конституционности пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 29 сентября 2011 года № 156-З-V «О налоге на доходы организаций» во взаимосвязи с пунктом 8 статьи 5 этого же Закона и статьей 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 19 июля 2000 года № 321-ЗИД «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике».

Как следует из обращения, возглавляемые заявителями коммерческие предприятия по итогам осуществления реализации продукции за 2012 год получили отрицательный финансовый результат своей деятельности. Исходя из пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской   Республики «О   налоге на доходы организаций», если доходы от продаж продукции, товаров, работ, услуг в целом за отчётный год не покрывают себестоимость реализованных продукции, товаров, работ, услуг без разделения по видам деятельности либо находятся на её уровне, то для целей налогообложения налогооблагаемая база определяется на уровне себестоимости реализованных продукции, товаров, работ, услуг с учётом 5 процентов рентабельности. При этом ставка налога определяется как частное от деления суммы налога на доходы, начисленного по итогам года с доходов от продаж продукции, товаров, работ, услуг, на сумму налогооблагаемых доходов от продаж продукции, товаров, работ, услуг. Руководствуясь названной нормой, налоговая инспекция по городу Тирасполю, а также налоговая инспекция по городу Бендеры выставили инкассовые поручения о взыскании недополученных доходов в виде налога соответственно с ООО «Кипарис» и с ООО «Норд–Фиш», которые взысканы в бесспорном порядке.

Пунктом 8 статьи 5 этого же Закона установлен порядок определения налогооблагаемого дохода, который определяется в виде разницы между выручкой от реализации товаров и стоимостью их приобретения, включая таможенные платежи и транспортные расходы. Таким образом, по мнению заявителей, в налогооблагаемый доход для организаций розничной торговли не включается себестоимость как составляющая его часть. Однако при получении отрицательного результата работы предприятия за год фактически себестоимость становится составной частью налогообложения с учётом 5 процентов рентабельности. Тем самым предприятия попадают под двойное налогообложение, хотя статьей 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» установлено, что один и тот же объект может облагаться налогом одного вида только один раз за определенный период налогообложения.

Названные правовые нормы, по мнению заявителей, входят в противоречие между собой, трактуются неединообразно, не имеют определённости, что на практике приводит к двойному налогообложению. В то же время подпунктом е) пункта 2 статьи 70 Конституции Приднестровской Молдавской Республики предписано, что Верховный Совет посредством принятия законодательных актов осуществляет законодательное регулирование вопросов, требующих единообразного решения и применения на территории Приднестровской Молдавской Республики.

Граждане Данилина М.Ф. и Журя В.И. считают, что отсутствие единообразного применения и определённости оспариваемой нормы приводит к нарушению их конституционного права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом, экономической деятельности, а также права владеть, пользоваться и распоряжаться собственностью.

Заявители просили признать не соответствующим Конституции Приднестровской Молдавской Республики, её статье 70, пункт 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» во взаимосвязи с пунктом 8 статьи 5 данного Закона и статьей 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике».

Конституционный суд в своем решении отметил, что статьей 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» установлены общие требования к обращению; в соответствии с подпунктом з) части второй данной нормы в обращении должна быть изложена позиция заявителя по поставленному им вопросу и её правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Разрешая вопрос о принятии обращения к рассмотрению,  исходя из требований части второй статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Суд определяет, имеется ли в действительности у заявителей неопределённость в вопросе о соответствии оспариваемой нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики либо такая неопределённость является мнимой, а ссылки на указанные в обращении статьи Конституции Приднестровской Молдавской Республики - необоснованными или произвольными.

Пункт 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» устанавливает порядок определения налогооблагаемой базы в случае, если доходы от продаж продукции, товаров, работ, услуг предприятий не покрывают себестоимость реализованной продукции, а пункт 8 статьи 5 этого же Закона регламентирует вопрос определения налогооблагаемого дохода для предприятий розничной и оптовой торговли, заготовительных и других организаций, реализующих приобретенные товары. Статья 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» определяет объекты налогообложения.

Оспаривая конституционность пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций», заявители просят проверить его соответствие подпункту е) пункта 2 статьи 70 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Между тем эта норма Основного Закона государства, приведённая заявителями в обоснование своей правовой позиции, закрепляет полномочия Верховного Совета посредством принятия законодательных актов осуществлять законодательное регулирование вопросов, требующих единообразного решения и применения на территории Приднестровской Молдавской Республики и никоим образом не связана с обеспечением конституционных прав и свобод граждан.

Суд пришел к выводу, что ссылка граждан Данилиной М.Ф. и Жури В.И. на указанную конституционную норму не может быть признана основанием для обращения в Конституционный суд в соответствии с частью второй статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», поскольку является необоснованной, а неопределённость следует считать мнимой, в связи с чем жалоба заявителей не является допустимой.

Как следует из материалов жалобы, ссылаясь на подпункт е) пункта 2 статьи 70 Конституции, граждане Данилина М.Ф. и Журя В.И. нарушение конституционных прав и свобод усматривают в том, что ввиду отсутствия, по их мнению, определённости и единообразного применения пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» нарушается их конституционное право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещённой законом, экономической деятельности, в том числе право владеть, пользоваться и распоряжаться собственностью, то есть фактически оспаривают соответствие названной правовой нормы требованиям статей 36, 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Однако, отметил Суд, ранее с аналогичными обращениями о проверке соответствия названной нормы Закона данным статьям Конституции гражданка Данилина М.Ф. уже обращалась в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики. По результатам рассмотрения её обращения по этому вопросу органом конституционного контроля принято решение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы (Определение Конституционного суда от 29 октября 2013 года № 11-О/13) ввиду несоответствия критерию допустимости, а также ввиду того, что по предмету жалобы ранее Судом было вынесено постановление, сохраняющее свою силу. В удовлетворении аналогичного повторного обращения этого же заявителя о проверке конституционности пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» Определением Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 26 декабря 2013 года № 12-О/13 также было отказано, поскольку разрешение поставленных в жалобе вопросов неподведомственно Конституционному суду. В данном решении Конституционный суд вывел правовую позицию о том, что проверка конституционности оспариваемой нормы означала бы оценку ее финансово-экономической обоснованности, а не разрешение вопросов права. Названные судебные решения вступили в силу с момента их провозглашения и сохраняют свою силу.

В соответствии с подпунктом б) части первой статьи 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики Суд принял решение отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Данилиной М. Ф. и Жури В. И. о проверке конституционности пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» во взаимосвязи с пунктом 8 статьи 5 этого же Закона и статьей 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» как не отвечающей критерию допустимости [19].

В соответствии со статьями 102, 103 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики Конституционный суд по жалобам граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, нормативного акта, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон, нормативный акт. Из этого следует, что проверка конституционности закона, нормативного акта по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод не может быть осуществлена, если закон, нормативный акт не применены в конкретном деле или надлежащим образом не установлено, что они подлежат применению. Обращаясь в Конституционный суд с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод, гражданин должен предоставить копию официального документа, подтверждающего применение или возможность применения оспариваемого закона, нормативного акта в его деле.

Так, Гражданка Крук С.А. обратилась в Конституционный суд с индивидуальной жалобой на нарушение конституционного права собственности, возникшее в результате применения в ее деле положений статьи 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

Как следует из жалобы и представленных документов, решением суда города Рыбницы и Рыбницкого района от 14 апреля 2011 года были удовлетворены исковые требования Иванова С.А. к Крук С.А. о признании недействительными договора купли-продажи квартиры и свидетельства о государственной регистрации права собственности на квартиру. В удовлетворении встречных исковых требований Крук С.А. о признании ее добросовестным покупателем спорной квартиры судом было отказано.

Как полагает заявитель, при принятии решения суд руководствовался положениями статьи 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи с подпунктом е) пункта 1 статьи 204 данного Кодекса. Применение судом оспариваемой   нормы   привело   к лишению ее права собственности на добросовестно приобретенное имущество. По мнению гражданки Крук С.А., статья 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики не соответствует Конституции Приднестровской Молдавской Республики, ее статье 37, гарантирующей каждому право собственности, а также ее статьям 1, 2, 4, 16, 17, 18, 45 и 46.

В подтверждение применения в ее деле статьи 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики гражданка Крук С.А. приложила к жалобе копию решения суда города Рыбницы и Рыбницкого района от 14 апреля 2011 года. Между тем, отметил Суд, из данного документа не следует, что оспариваемая норма была применена в деле заявителя. Принимая решение по делу, суд руководствовался нормами материального и процессуального права, которые в жалобе не оспариваются. Оспариваемая статья 182 Гражданского кодекса определяет деление недействительных сделок на оспоримые и ничтожные (пункт 1), а также круг лиц, имеющих право предъявлять требования по поводу таких сделок (пункт 2). Ссылка на оспариваемую норму в судебном решении обусловлена обоснованием компетенции суда по собственной инициативе применять последствия ничтожной сделки, даже если истец ограничился требованием о признании сделки недействительной.

При вынесении решения суд пришел к выводу, что договор купли-продажи спорной квартиры является ничтожной сделкой, поскольку заключен на основании доверенности, прекратившей свое действие. Собственник спорной квартиры Иванов А.Г. доверенностью от 7 августа 2009 года уполномочил Крук А.М. (сына заявителя) продать принадлежащую ему квартиру. Иванов А.Г. умер 10 октября 2009 года, о чем Крук А.М. стало известно. Несмотря на это Крук А.М., действуя от имени умершего Иванова А.Г., 20 ноября 2009 года продал квартиру своей матери (то есть заявителю).

Удовлетворяя исковые требования Иванова С.А. (сына умершего) и отказывая заявителю в удовлетворении встречных исковых требований о признании ее добросовестным покупателем, суд основывался на положении подпункта е) пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с этой нормой действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность. Суд, установив, что Крук А.М. было достоверно известно о смерти доверителя, признал заключенный им договор купли-продажи спорной квартиры ничтожной сделкой исходя из положения подпункта е) пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

Конституционный суд пришел к выводу, что оспариваемая норма не была применена в деле заявителя, ввиду чего ее жалоба не соответствует критерию допустимости.

Рассматривая вопрос о принятии жалобы к рассмотрению, Суд пришел также к выводу, что гражданка Крук С.А. оспаривает не столько конституционность статьи 182 Гражданского кодекса, сколько решение суда города Рыбницы и Рыбницкого района. Заявитель не согласна с решением суда как в части удовлетворения исковых требований Иванова С.А., так и в части отказа в удовлетворении её встречного искового заявления о признании её добросовестным приобретателем имущества. Нарушение же своих конституционных прав гражданка Крук С.А. связывает с тем, что считает себя добросовестным приобретателем квартиры в соответствии с частью первой статьи 319 Гражданского кодекса. Фактически, заметил Суд, заявитель ставит перед Конституционным судом вопрос о правильности применения судом норм гражданского законодательства, поскольку продолжает считать себя добросовестным приобретателем имущества. Однако проверка законности и обоснованности судебных решений является компетенцией вышестоящих судебных инстанций.

В своем решении Суд указал, что согласно части третьей статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Из этого Конституционный суд вывел правовую позицию, из которой следует, что проверка законности и обоснованности принятых по гражданским делам судебных решений, установление фактических обстоятельств конкретного дела, свидетельствующих о нарушении прав и законных интересов заявителя вследствие вынесения судебного акта, не входит в компетенцию Конституционного суда. Следовательно, сделал вывод Суд, жалоба гражданки Крук С.А. неподведомственна Конституционному суду Приднестровской Молдавской Республики.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что жалоба гражданки Крук С.А. не может быть принята к рассмотрению, поскольку не отвечает критерию допустимости и подведомственности. Руководствуясь подпунктами а) и б) части первой статьи 50, статьями 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Крук С. А. о проверке конституционности статьи 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики как не отвечающей критерию допустимости и подведомственности [20].

В соответствии со статьями 9, 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд устанавливает соответствие закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, только положениям Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а не другим законам и иным нормативным актам. Разрешение коллизии норм права относится к полномочиям судов общей юрисдикции и Арбитражного суда Приднестровской Молдавской Республики.

Так, Конституционный суд рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 18 июня 2014 года № 116-ЗД-V «О внесении дополнения в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О подоходном налоге с физических лиц» и статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 12 января 2015 года № З-ЗИ-V «О внесении изменения в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О подоходном налоге с физических лиц» по жалобам граждан Беляевой В.В. и Шпорт А.П.

По мнению заявителей, оспариваемые нормы Законов, вступивших в силу в 2014 и 2015 годах, не соответствуют Конституции, поскольку распространяют условия налогообложения индивидуальных предпринимателей, ухудшающие их положение, на правоотношения, возникшие с 1 января 2012 года. Оспариваемые нормы изменили правовой режим, действовавший до их принятия, придали обратную силу законоположениям, увеличивающим налоговое бремя и возлагающим на налогоплательщиков новые, ранее не установленные обязанности. Ухудшение своего положения как налогоплательщиков заявители усматривают в установленной для них обязанности платить подоходный налог вопреки положениям Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об индивидуальном предпринимательском патенте» (пункты 1, 2 статьи 11).

В процессе рассмотрения дела Конституционный суд пришел к выводу, что поставленный в жалобах заявителей вопрос по смыслу Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционному суду неподведомственен, а сами жалобы не могут быть признаны допустимыми. Согласно правовой позиции Суда, разрешение вопроса о том, ухудшают ли оспариваемые Законы положение отдельных налогоплательщиков, требует проверки соответствующих характеристик результатов их экономической деятельности, что не относится к компетенции Конституционного суда, который решает исключительно вопросы права и при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов (пункт 5 статьи 87 Конституции, часть вторая и часть третья статья 9 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

Оспариваемые Законы изменили условия налогообложения индивидуальных предпринимателей. В отличие от Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об индивидуальном предпринимательском патенте», освобождающего индивидуальных предпринимателей от обязанности представлять в налоговый орган соответствующую налоговую декларацию в части доходов от деятельности, осуществляемой в рамках названного Закона, оспариваемые заявителями Законы о внесении дополнения и изменения в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О подоходном налоге с физических лиц» обязывают граждан в определенном случае предоставить в налоговую инспекцию по месту жительства налоговую декларацию о полученных доходах за соответствующий налоговый период и произвести уплату подоходного налога с суммы, превышающей установленный предел, и распространяют свое действие на правоотношения, возникшие с 1 января 2012 года.

Суд отметил, что заявители, если они полагают, что изменившееся налоговое законодательство создает менее благоприятные условия по сравнению с ранее действовавшими, вправе защитить свои права налогоплательщиков в Арбитражном суде Приднестровской Молдавской Республики, к компетенции которого относится и выбор подлежащих применению норм с учетом, в частности, положения Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республики» о том, что все неустранимые противоречия актов налогового законодательства Приднестровской Молдавской Республики решаются в пользу налогоплательщика (часть шестая статьи 1-2) и сформулированного в Конституции Приднестровской Молдавской Республики запрета ухудшать положение налогоплательщика путем придания закону обратной силы (часть первая пункта 2 статьи 98). Решение Арбитражного суда может быть обжаловано в кассационном и надзорном порядке в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом Приднестровской Молдавской Республики.

Суд пришел к выводу, что конституционные права заявителей, нарушенные неправильным, по их мнению, применением закона, подлежат восстановлению Арбитражным судом, а потому поставленный в их жалобах вопрос по смыслу статей 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционному суду неподведомствен, а сами жалобы не могут быть признаны допустимыми.

Поскольку жалобы не соответствуют критериям допустимости и подведомственности, то, согласно подпунктам а) и б)  статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и в соответствии со статьей 75 названного Закона, Конституционный суд прекратил производство по делу [21].

Решение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, как правило, содержит не одну, а несколько правовых позиций процессуального характера. В то же время в решении Конституционного суда может содержаться одна «главная», ведущая правовая позиция.

В соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд рассматривает жалобы граждан на нарушение прав и свобод человека и гражданина.

Правом на обращение в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод, в соответствии с частью первой статьи 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются в результате применения закона, нормативного акта.

Согласно подпункту а) статьи 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» жалоба на нарушение законом, нормативным актом конституционных прав и свобод человека и гражданина допустима, если закон, нормативный акт затрагивает конституционные права и свободы граждан.

В Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обратился гражданин Штембуляк А.В.  Заявитель связывает нарушение своих прав с применением судебными органами в его конкретных делах пунктов 28, 29, 30, 31 и подпункта в) пункта 93 Положения «О порядке прохождения службы в учреждениях и подразделениях уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики», утвержденного Приказом Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики от 14 апреля 2017 года № 90 (далее – Положение). Указанными нормами предусмотрены условия и порядок приема на службу по контракту, форма и сроки заключения контракта, основания увольнения со службы в учреждениях и подразделениях уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики.

Позиция заявителя заключается в том, что неоднократно примененные в его делах оспариваемые нормы Положения не соответствуют Конституции Приднестровской Молдавской Республики, нарушают его права и свободы как человека и гражданина.

Разрешая вопрос о допустимости настоящего обращения, Суд отметил, что ранее Штембуляк А.В. уже обращался в Конституционный суд с аналогичной жалобой, в которой также ставил вопрос о соответствии пунктов 28, 29, подпункта в) пункта 93 Положения «О порядке прохождения службы в учреждениях и подразделениях уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики», утвержденного Приказом Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики от 14 апреля 2017 года № 90, статьям 2, 16, 29, 35, 46, 53, 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Конституционным судом было вынесено Определение от 3 апреля 2018 года № 03-О/18 об отказе в принятии жалобы к рассмотрению как не отвечающей критериям допустимости и ввиду неподведомственности.

Статья 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» устанавливает общие требования к обращению. Так, согласно подпункту з) части второй названной нормы в обращении должна быть указана позиция заявителя по поставленному им вопросу и ее правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Однако, обратил внимание Суд, позиция заявителя о нарушении его конституционных прав, закрепленных в статьях 2, 16, 18, 35, 46, 55, 76 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, в жалобе ничем не аргументирована, а ссылки на эти нормы являются произвольными.

Так, в обоснование своей правовой позиции заявитель сослался на то, что оспариваемые им нормы противоречат статье 2 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Между тем, отметил Суд, правовые установления данной нормы Основного Закона закрепляют высшую силу и прямое действие Конституции, а также предусматривают обязанность всех субъектов правоотношений по соблюдению Конституции и законов Приднестровской Молдавской Республики. Приведенные в жалобе ссылки на статьи 35, 55 и 76 Конституции не связаны с противоречием оспариваемых норм названным нормам. Суд пришел к выводу, что при таких обстоятельствах жалоба гражданина Штембуляка А.В. не может рассматриваться как соответствующая критериям допустимости, установленным Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Гражданин Штембуляк А.В. приводит в жалобе доводы о противоречии оспариваемых  пунктов Положения нормам, закрепленным в статьях 6, 11, пункте 1 статьи 59 Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики, пункту 3 статьи 9, пунктам 2, 6 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О системе государственной службы Приднестровской Молдавской Республики», статьям 7 – 13, 28, 29, 32 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики». Суд пришел к выводу, что заявитель, по сути, ставит перед Конституционным судом вопрос о проверке соответствия норм подзаконного нормативного акта нормам приведенных выше законодательных актов. Согласно правовой позиции Суда, такая проверка не входит в полномочия Конституционного суда, а относится к компетенции судов общей юрисдикции. Суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Штембуляка А.В. не подведомственна Конституционному суду.

Заявитель считает, что органы государственной власти и судебные органы, применив к нему оспариваемые нормы, проигнорировали пункт 3 статьи 9, пункты 2 и 6 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О системе государственной службы Приднестровской Молдавской Республики». Однако, отметил Суд, оценка действий правоприменительных органов по выбору норм права, подлежащих применению в конкретном деле, не относится к полномочиям Конституционного суда, определенным статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В связи с этим жалоба заявителя в этой части является не подведомственной Конституционному суду.

В жалобе заявителем приведены судебные акты судов общей юрисдикции, в которых были применены оспариваемые нормы. Заявитель считает, что все судебные акты противоречат статьям 2, 16, 18, 35, 46, 55 и 76 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Согласно правовой позиции Суда, Конституционный суд в соответствии с подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» рассматривает жалобы граждан на нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникшее в результате применения закона, нормативного акта. Рассмотрение вопроса о конституционности решений судебных органов не относится к полномочиям Конституционного суда. Следовательно, сделал вывод Суд, жалоба гражданина Штембуляка А.В. не подведомственна Конституционному суду Приднестровской Молдавской Республики.

Суд также указал, что к полномочиям Конституционного суда не относится и решение вопросов о внесении целесообразных, с точки зрения заявителя, изменений и дополнений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», так как это является прерогативой законодателя.

На основании изложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Штембуляка А.В. следует отказать, так как она не соответствует критериям допустимости и подведомственности.

В соответствии с подпунктами а), б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если разрешение вопроса, поставленного в обращении, не подведомственно Конституционному суду, а также если обращение, в соответствии с требованиями настоящего Конституционного закона, не является допустимым.

На основании изложенного, руководствуясь подпунктом з) статьи 44, подпунктами а), б) статьи 50, статьями 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Штембуляка А. В. о проверке конституционности оспариваемых норм как не отвечающей критериям допустимости и ввиду неподведомственности [22].

2. Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики принимает дело к рассмотрению, если из материалов жалобы, доклада судьи, предварительно изучавшего дело, следует, что оспариваемый закон действительно нуждается в проверке на соответствие Конституции Приднестровской Молдавской Республики, и на стадии рассмотрения приходит к выводу о наличии неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции  оспариваемый закон, нормативный акт или их отдельные нормы. Если Конституционный суд не выявляет обстоятельств, в связи с которыми оспариваемый акт необходимо проверять на конституционность (не находит положений, противоречащих Конституции), он отказывает в принятии обращения к рассмотрению в судебном процессе. Таким образом, основанием допустимости служит наличие неопределенности в вопросе соответствия Конституции оспариваемого акта.

В статье 50  Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики не содержится специального указания на такое основание к отказу в принятии обращения, как отсутствие неопределенности в вопросе о соответствии обжалуемого акта Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Конституционный суд при решении вопроса о принятии какого-либо дела к рассмотрению должен проверить с учетом требований Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, имеется ли в действительности неопределенность оспариваемого нормативного акта либо она является мнимой, а ссылки на соответствующие статьи Конституции Приднестровской Молдавской Республики — необоснованными и произвольными.

Конституционный закон о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики различает понятия «повод» и «основания» рассмотрения дела и регламентирует как поводы, так и основания применительно к различным категориям дел. Поводом к рассмотрению дела в Конституционном суде является поступившее к нему обращение в форме запроса, ходатайства или жалобы, как гласит часть первая статьи 43 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики. Причем обращение должно отвечать установленным в названом законе требованиям. Основанием к рассмотрению дела в Конституционном суде является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции закон, иной правовой акт (часть вторая статьи 43). Поэтому, разрешая вопрос о принятии обращения к рассмотрению, Конституционный суд определяет, имеется ли неопределенность в вопросе о соответствии Конституции Приднестровской Молдавской Республики оспариваемых заявителем норм, либо такая неопределенность является мнимой. Установив отсутствие неопределенности, а значит, и основания к рассмотрению дела, Конституционный суд отказывает в принятии жалобы к рассмотрению.

Так, Гражданин Вислогузов В.В. обратился в Конституционный суд с жалобой, в которой оспаривал конституционность статей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне». Согласно жалобе, следственные органы Министерства государственной безопасности возбудили в отношении Вислогузова В.В. уголовное дело по обвинению в разглашении государственной тайны, которое в ходе расследования было засекречено. Обвинительное заключение по делу утвердил Прокурор Приднестровской Молдавской Республики, однако его копия под предлогом защиты государственной тайны Вислогузову В.В. вручена не была. Заявитель обратился в Верховный суд Приднестровской Молдавской Республики с ходатайством об устранении нарушения права на судебную защиту и вручении ему копии обвинительного заключения в соответствии с требованиями статьи 192 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. Определением судьи Верховного суда от 29 июня 2011 года, которое является окончательным и обжалованию не подлежит, заявителю было отказано в удовлетворении ходатайства со ссылками на статьи 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне».

Заявитель считает, что положения статей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» и их применение прокурором и судом незаконны и нарушают конституционные права и свободы человека и гражданина, гарантированные статьей 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. По его мнению, нарушение конституционных прав состоит в том, что невручение копии обвинительного заключения лишает обвиняемого возможности подготовки к судебному заседанию и реализации своих прав на защиту.

Гражданин Вислогузов В.В. просил признать статьи 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» и их применение в уголовном судопроизводстве в части неисполнения обязанности, предусмотренной статьей 192 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики, не соответствующими статье 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В своем решении Суд указал, что правом на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина в соответствии со статьей 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» обладают граждане, чьи права и свободы нарушены законом или нормативным актом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле. При этом в соответствии с частью второй указанной статьи к жалобе прилагается копия официального документа, подтверждающего применение или возможность применения обжалуемого закона в конкретном деле.

Гражданин Вислогузов В.В. в подтверждение применения в его деле оспариваемых норм сослался на Определение судьи Верховного суда от 29 июня 2011 года, однако копию этого документа к жалобе не приложил. Суд отметил, что из предоставленных заявителем документов не следует, что оспариваемые нормы были применены в его деле. Суд пришел к выводу, что в данной части жалоба Вислогузова В.В. не соответствует критерию допустимости.

В своей жалобе Вислогузов В.В. указывает, что в результате применения статей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» было нарушено его право на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Суд подчеркнул, что в соответствии со статьями 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» гражданин вправе обратиться в Конституционный суд с жалобой на нарушение его конституционных прав и свобод законом, нормативным актом, если оспариваемым законом, примененным или подлежащим применению в деле заявителя, затрагиваются его конституционные права и свободы.

В решении указано, что оспариваемые заявителем нормы Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» регламентируют сведения, которые могут быть отнесены к государственной тайне (статья 4), принципы их засекречивания (статья 5), а также органы защиты государственной тайны (статья 19). По своему смыслу и содержанию данные нормы носят общий характер, так как определяют основы правового регулирования отношений в сфере обеспечения государственной тайны. Они не содержат запрета на вручение копии обвинительного заключения обвиняемому в случае, если оно содержит сведения, составляющие государственную тайну, и сами по себе не могут препятствовать реализации права на судебную защиту. Суд пришел к выводу, что  оспариваемые нормы не затрагивают права и свободы заявителя, и его жалоба не может быть признана допустимой.

Основанием к рассмотрению дела в Конституционном суде является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции закон, иной правовой акт. Поэтому, разрешая вопрос о принятии обращения к рассмотрению, Конституционный суд определяет, имеется ли неопределенность в вопросе о соответствии Конституции оспариваемых заявителем норм, либо такая неопределенность является мнимой. Учитывая, что положения статьей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» ни сами по себе, ни в системе действующего правового регулирования не устанавливают запрета на вручение копии обвинительного заключения обвиняемому и не затрагивают право лица на судебную защиту, Суд сделал вывод, что неопределенность в вопросе о соответствии оспариваемых норм статье 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики отсутствует.

Суд отметил, что неопределенность в данном вопросе отсутствует и у самого заявителя. Оценивая положения оспариваемых норм, он делает вывод, что «перечисленными статьями Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» и другими статьями названного Закона не предусмотрены основания, исключающие обязанность вручить заявителю копию обвинительного заключения, и отсутствуют нормы, ограничивающие права и свободы человека и гражданина».

Суд пришел к выводу, что по смыслу статей 43, 102 и подпункта а) статьи 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» жалоба гражданина Вислогузова В.В. в данной части также не отвечает критерию допустимости.

Анализируя другие доводы жалобы, Конституционный суд констатировал, что аргументы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с содержанием оспариваемых законоположений, а с выбором правоприменительными органами норм права, подлежащих применению в его деле. По мнению заявителя, в законодательстве имеются иные способы защиты государственной тайны в уголовном судопроизводстве, которые носят уголовно-процессуальный характер и являются соизмеримыми как со значимостью охраняемой тайны, так и с правами и обязанностями участников уголовного процесса. Так, заявитель считает, что в его деле органами прокуратуры и судом должна была быть применена часть третья статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики, предусматривающая возможность засекретить определенные сведения в тексте обвинительного заключения. Суд пришел к выводу, что вопрос, поставленный заявителем, по существу сводится к проверке правильности выбора норм права, подлежащих применению в конкретном деле с учетом фактических обстоятельств.

Согласно выраженной правовой позиции Конституционного суд, оценка конституционности действий правоприменительных органов по выбору норм права, подлежащих применению в конкретном деле, не относится к полномочиям Конституционного суда, как они определены в статье 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Вислогузова В.В. не может быть принята к рассмотрению Судом, поскольку не отвечает критериям допустимости и подведомственности.

Руководствуясь статьей 43, подпунктами а) и б) части первой статьи 50, 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вислогузова В. В. о проверке конституционности статей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне» [23].

В Конституционный суд обратилось Некоммерческое  партнерство  «Информационно-правовой центр  «Априори»  (далее - НП «Априори») с жалобой о проверке конституционности частей первой, второй, третьей пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 19 марта 2018 года № 74-З-VI «О некоммерческих организациях» в части, устанавливающей специальное понятие «политической деятельности» для некоммерческих организаций и порядок ее определения.

Оспариваемые положения пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О некоммерческих организациях» устанавливают: запрет для некоммерческой организации, получающей денежные средства и иное имущество от иностранных источников, участвовать, в том числе в интересах иностранных источников, в политической деятельности, осуществляемой на территории Приднестровской Молдавской Республики (часть первая); перечень сфер, деятельность в которых означает участие некоммерческой организации, получающей денежные средства и иное имущество от иностранных источников, в политической деятельности (часть вторая);  перечень форм, в которых осуществляется такая политическая деятельность (часть третья).

Заявитель считает, что оспариваемые законоположения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не соответствуют Конституции, ее статьям 17 (часть первая), 27, 29, 32, 33, а  также статьям 1, 47, 71 (пункт 5).

В жалобе НП «Априори» оспаривается конституционность положений пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О некоммерческих организациях» только по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой. При этом конституционность буквального смысла этих законоположений заявителем не оспаривается.

Уточняя свои требования, заявитель определил в качестве основания для обращения в Конституционный суд неопределенность в том, соответствуют ли Конституции положения пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О некоммерческих организациях» в той части, в которой они по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, допускают определение деятельности некоммерческой организации как «политической», а также в той ее части, в какой они допускают различное отношение к некоммерческим организациям, находящимся в равных условиях.

Оценив доводы жалобы, Конституционный суд не обнаружил неопределенности в вопросе о том, соответствуют ли Конституции оспариваемые нормы по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, в части, указанной заявителем.

Как следует из положений пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О некоммерческих организациях», политической деятельностью – независимо от целей и задач, указанных в учредительных документах некоммерческой организации - является участие (в том числе путем финансирования) в организации и проведении на территории Приднестровской Молдавской Республики политических акций в конкретных сферах в целях оказания влияния на деятельность органов государственной власти, органов местного самоуправления, их должностных лиц, в том числе направленных на принятие, изменение, отмену законов или иных нормативных правовых актов, а также формирования общественного мнения в указанных целях.

Заявитель утверждает о наличии неопределенности в вопросе о конституционности оспариваемых положений в той части, в которой они по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, допускают определение деятельности некоммерческой организации как «политической». Иными словами, сделал вывод Суд, заявитель полагает, что деятельность некоммерческой организации не может определяться как «политическая», и тем самым фактически отрицает саму возможность участия некоммерческой организации в политической деятельности.

По смыслу оспариваемых законоположений, отметил Суд, некоммерческие организации, которые не получают денежные средства и иное имущество от иностранных источников, вправе участвовать в политической деятельности на территории Приднестровской Молдавской Республики. Такая деятельность может осуществляться ими посредством организации и проведения политических акций в сферах государственного строительства, защиты суверенитета и основ конституционного строя, обеспечения территориальной целостности, законности, правопорядка, государственной и общественной безопасности, обороны страны, внешней политики.

Конституционный суд считает, что возможность участия некоммерческой организации в политической деятельности основана на положениях Конституции о праве граждан объединяться в профессиональные союзы, политические партии и другие объединения, участвовать в массовых движениях, не запрещенных законом (статья 33), о демократическом многообразии политических институтов и мнений в Приднестровской Молдавской Республики (часть первая статьи 8), о праве граждан на объединение (статья 33), на участие в управлении делами государства и общества (статья 31), на свободу мысли, слова и убеждений (статья 27). На основании вышеизложенного Конституционный суд не усмотрел неопределенности в вопросе о допустимости определения деятельности некоммерческой организации как «политической», когда она осуществляется в сферах и формах, установленных оспариваемыми законоположениями.

В жалобе утверждается также о наличии неопределенности в вопросе о соответствии Конституции оспариваемых норм в той части, в которой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают различное отношение к некоммерческим организациям, находящимся в равных условиях.

Конституционный суд отметил, что равенство условий деятельности всех некоммерческих организаций он усматривает прежде всего в том, что они не имеют в качестве основной своей цели извлечение прибыли и не распределяют ее между своими участниками (пункт 1 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О некоммерческих организациях»).

Вместе с тем, отмечено в решении, некоммерческие организации безотносительно к их формам (разновидностям), получающие денежные средства и иное имущество от иностранных источников, образуют особую группу некоммерческих организаций и находятся в иных условиях, чем некоммерческие организации, которые таких средств не получают. Это обусловлено тем, что такие некоммерческие организации реально вовлечены в систему правоотношений, связанных с получением денежных средств и иного имущества от иностранных государств, их государственных органов, международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства либо уполномоченных ими лиц и (или) от юридических лиц, зарегистрированных на территории Приднестровской Молдавской Республики, получающих денежные средства и иное имущество от указанных источников.

Существенные объемы денежных средств и иного имущества, получаемые из иностранных источников, с учетом доходов, получаемых в рамках других поступлений, позволяют этой особой группе некоммерческих организаций более эффективно осуществлять свою уставную деятельность. Поэтому Суд пришел к выводу, что очевидное различие условий деятельности некоммерческих организаций, в зависимости от источников получения ими денежных средств и иного имущества, вопреки утверждению заявителя, не обнаруживает неопределенности в понимании.

Суд отметил, что само по себе установление различного правового статуса для субъектов права, которые находятся не в равных условиях, не является дискриминационным. Конституционный принцип «все равны перед законом» означает, что при равных условиях субъекты права должны находиться в равном положении. В случае, если условия, в которых находятся субъекты права, не являются равными, законодатель вправе установить для них различный правовой статус. Основным условием установления таких различий является их объективная оправданность, обоснованность и соответствие конституционно значимым целям и требованиям.

Суд пришел к выводу, что поскольку неопределенность в вопросе о соответствии оспариваемых норм Конституции в части, указанной заявителем, отсутствует, то отсутствует и основание для рассмотрения дела. В соответствии с подпунктом б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд, установив, что обращение не является допустимым, принял решение об отказе в принятии его к рассмотрению [24].

В Конституционный суд с индивидуальной жалобой на нарушение конституционного права собственности, возникшее в результате применения пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики, обратилась гражданка Замлынски О.И. Оспариваемые положения были применены судом общей юрисдикции при рассмотрении гражданского дела по иску Иосенкина Я.М. к Замлынски О.И. и другим соответчикам о признании договора купли-продажи жилой квартиры недействительной (ничтожной) сделкой. Решением Тираспольского городского суда от 9 октября 2014 года, оставленным без изменения кассационной   инстанцией, договор   купли-продажи    квартиры,  заключенный   между гражданками Становой О.И. и Замлынски О.И., признан недействительным. Действуя на основании положений, содержащихся в пунктах 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики, суд применил двустороннюю реституцию, обязав стороны возвратить друг другу все полученное ими по сделке.

По мнению заявителя, общие положения о последствиях недействительности сделки в части, устанавливающей обязанность каждой из сторон возвратить все полученное по сделке, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики, не позволяют добросовестным приобретателям защитить свои имущественные права. В этом Замлынски О.И. усматривает нарушение прав, гарантированных статьями 4, 37 (части первая, вторая, третья), 42 (часть первая) Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Суд отметил, что в соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, подпунктом в) части первой статьи 9, статьями 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» гражданин вправе обратиться в Конституционный суд с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом, нормативным актом, и такая жалоба признается допустимой, если оспариваемым законом, нормативным актом, примененным в деле заявителя, затрагиваются его конституционные права и свободы. При этом к жалобе заявителем прилагается копия официального документа, подтверждающего применение обжалуемого закона, нормативного акта.

Суд установил, что к жалобе заявителя приложены копии решений судов общей юрисдикции первой и второй инстанций по гражданскому делу по иску Иосенкина Я.М. к Замлынски О.И. и другим соответчикам о признании договора купли-продажи жилой квартиры недействительной (ничтожной) сделкой, которые являются официальными документами и подтверждают применение пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики при разрешении дела.

Разрешая вопрос о принятии обращения к рассмотрению, Конституционный суд с учетом требований части второй статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» определяет, имеются ли основания к рассмотрению дела в виде неопределенности в вопросе о том, соответствуют ли Конституции, оспариваемые заявителем положения нормативного акта. Оценивая доводы жалобы гражданки Замлынски О.И., Конституционный суд пришел к выводу об отсутствии такой неопределенности по поставленному заявителем вопросу.

Основанием для обращения в Конституционный суд, по мнению заявителя, является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли пункты 1, 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики статьям 4, 37 (части первая, вторая, третья), 42 (часть первая) Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Между тем Конституционный суд ранее уже сформировал правовую позицию по данному вопросу, выраженную в Определении от 10 ноября 2016 года № 25–О/16 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бурлаки А.И. о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики». В данном решении Суд указал, что оспариваемые заявителем нормы пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики, определяющие общие положения о последствиях недействительности сделки и закрепляющие двустороннюю реституцию в качестве общего последствия недействительности сделки, сами по себе направлены на защиту имущественных интересов участников гражданского оборота и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права и свободы. Формируя свою правовую позицию, Конституционный суд основывался на том, что Гражданский кодекс не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права. Граждане и юридические лица в силу статьи 9 Гражданского кодекса по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Лицо, полагающее, что его вещные права нарушены, имеет возможность обратиться в суд как с иском о признании соответствующей сделки недействительной (статьи 182-197), так и с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статьи 318-319).

Суд пришел к выводу, что отсутствие в данном вопросе неопределенности как основания к рассмотрению дела исключает возможность дальнейшего судебного производства по жалобе заявителя. Данный вывод Суда основан на правовой норме, отраженной в подпункте б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», которой предписано, что, если в соответствии с требованиями данного Конституционного закона обращение не является допустимым, Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии    обращения к рассмотрению.

Суд также отметил, что поводом к рассмотрению дела в Конституционном суде является обращение в форме жалобы, отвечающее требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». К содержанию обращения, в соответствии со статьей 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», предъявляются специальные требования. Так, согласно норме права, содержащейся в части первой статьи 44 названного Конституционного закона, обращение направляется в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики в письменной форме и подписывается уполномоченным лицом (уполномоченными лицами).

Суд подчеркнул, что из положений пункта 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, подпункта в) части первой статьи 9 и части первой статьи 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» следует, что лицом, уполномоченным подписать жалобу в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, является исключительно гражданин, чьи права и свободы непосредственно нарушаются законом, нормативным актом. Данная правовая позиция Конституционного суда сформулирована в Определениях от 19 января 2006 года № 02-О/06, от 9 июня 2016 года № 09-О/16, от 15 мая 2018 года № 05-О/18.

Жалоба гражданки Замлынски О.И. в Конституционный суд о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики подписана Челядником В.В., являющимся, согласно приложенной к материалам дела копии доверенности, представителем заявителя.

 В соответствии с частью второй статьи 60 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» представителями стороны могут быть адвокаты или лица, полномочия которых подтверждаются соответствующими документами. Между тем, указал Суд, содержание приложенной к жалобе копии доверенности не свидетельствует о том, что заявитель наделил своего представителя полномочием подписания обращения в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики.

Суд пришел к выводу, что подписавший жалобу гражданин Челядник В.В. не может быть признан надлежащим заявителем, поэтому данная жалоба по смыслу, содержащемуся в положениях вышеназванной нормы Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», также не соответствует критерию допустимости.

 Суд отметил также, что в соответствии с подпунктом з) части второй статьи 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» в обращении должна быть указана позиция заявителя по поставленному им вопросу и ее правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Из отраженной в жалобе позиции гражданки Замлынски О.И. следует, что ею оспаривается не столько конституционность пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса, сколько Решение Тираспольского городского суда от 9 октября 2014 года по иску Иосенкина Я.М. к Замлынски О.И. и другим соответчикам о признании договора купли-продажи жилой квартиры недействительной (ничтожной) сделкой. Нарушение своих конституционных прав, а именно права на частную собственность (части первая и вторая статьи 37 Конституции) и права на жилище (часть первая статьи 42 Конституции), гражданка Замлынски О.И. связывает с тем, что считает себя добросовестным приобретателем квартиры, однако суд применил пункты 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики без учета положений пункта 1 статьи 319 данного Кодекса. Конституционный суд пришел к выводу, что гражданка Замлынски О.И. фактически ставит перед ним вопрос о проверке законности и обоснованности состоявшегося решения суда общей юрисдикции относительно применения норм гражданского законодательства при рассмотрении ее дела, что относится к исключительной компетенции судов общей юрисдикции и Конституционному суду в силу статьи 87 (пункт 3) Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» неподведомственно.

На основании изложенного, руководствуясь подпунктами а), б) статьи 50, статьями 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Замлынски О. И. о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики как не отвечающей критериям допустимости и ввиду неподведомственности [25].

Гражданин Лунгу И.В. обратился в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод, возникшее в результате вынесения судебных решений по материалам его обращений в правоохранительные и судебные органы Приднестровской Молдавской Республики.

Как следует из жалобы и приложенных к ней документов, 26 января 2020 года Лунгу И.В. обратился в Слободзейский районный отдел внутренних дел с заявлением о привлечении к ответственности Доброжана Ю.А., который в ночь на 26 января 2020 года путем взлома входной двери незаконно проник в жилище, принадлежащее заявителю, откуда похитил куртку хозяина стоимостью 800 рублей.

Постановлением инспектора дознания от 9 августа 2020 года в возбуждении уголовного дела в отношении Доброжана Ю.А. отказано за отсутствием состава   преступления.  Орган  дознания пришел к выводу о наличии в действиях Доброжана Ю.А.

признаков административного правонарушения, предусмотренного статьей 7.26 Кодекса Приднестровской Молдавской Республики об административных правонарушениях, а именно мелкое хищение чужого имущества при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных статьями 154, 155, 156 Уголовного кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

Названное решение гражданин Лунгу И.В. обжаловал прокурору города Слободзеи и Слободзейского района, однако прокурором постановление дознавателя признано законным и обоснованным. В последующем заявитель в порядке статьи 195 Уголовно- процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики обжаловал решения, принятые дознавателем и прокурором, в Слободзейском районном суде. Постановлением этого суда от 25 сентября 2020 года его жалоба оставлена без удовлетворения, а определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики от 20 октября 2020 года данное постановление признано законным и обоснованным.

В своей жалобе в Конституционный суд гражданин Лунгу И.В. утверждает, что указанные судебные решения нарушают гарантированные Конституцией его права на неприкосновенность жилища, на возмещение материального и морального вреда,  на судебную защиту своих интересов, а поэтому просит Конституционный суд отменить постановление Слободзейского районного суда от 25 сентября 2020 года, а также определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 20 октября 2020 года, материалы дела направить в Слободзейский районный суд для установления виновности или невиновности Доброжан Ю.А., признать заявителя потерпевшим, установить факт причинения ему материального и морального вреда.

 Конституционный суд, изучив представленные заявителем материалы, не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению.

Суд в своем решении указал, что законодателем определены не только полномочия Конституционного суда при рассмотрении обращений граждан, но и сформулированы требования и условия, при которых жалоба гражданина признается допустимой и может быть предметом рассмотрения в Конституционном суде. В соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, подпунктом в) части первой статьи 9, статьями 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» гражданин вправе обратиться в Конституционный суд с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом, нормативным актом, и такая жалоба признается допустимой, если оспариваемым законом, нормативным актом, примененным в деле заявителя, затрагиваются его конституционные права и свободы. При этом к жалобе заявителя прилагается копия официального документа, подтверждающего применение обжалуемого закона, нормативного акта при разрешении конкретного дела.

Оценивая соответствие обращения гражданина Лунгу И.В. приведенным выше требованиям Конституционного закона, Суд отметил, что фактически заявителем не оспаривается какой-либо закон, нормативный акт, примененный в его конкретном деле. Нарушение конституционных прав на неприкосновенность жилища, на судебную защиту своих интересов заявитель связывает лишь с результатами рассмотрения и принятыми решениями Слободзейского районного суда от 25 сентября 2020 года и Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 20 октября 2020 года. Выражая свое несогласие с названными судебными решениями, в жалобе, адресованной Конституционному суду, Лунгу И.В. просит их отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение. По сути, считает Суд, перед органом конституционного контроля поставлен вопрос о проверке законности и обоснованности судебных решений, состоявшихся по делу заявителя. Однако разрешение этих вопросов не входит в компетенцию Конституционного суда, как она определена в Конституции Приднестровской Молдавской Республики (статья 87) и в Конституционном законе Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» (статья 9).

В соответствии с частью первой статьи 43 Конституционного закона  Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», отметил Суд, поводом к рассмотрению дела в Конституционном суде является обращение в форме запроса, ходатайства или жалобы, отвечающее требованиям данного Конституционного закона. Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй данной статьи, является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Приднестровской Молдавской Республики закон или иной нормативный акт.

Кроме того, отметил Суд, общие требования к обращению сформулированы в статье 44 названного Конституционного закона, в подпункте е) части третьей которой закреплено требование о том, что в обращении должно быть указано точное название, номер, дата принятия, источник опубликования и иные данные о подлежащем проверке акте, а в соответствии с подпунктом з) этой же части статьи в обращении заявителем должна быть изложена правовая позиция по поставленному вопросу и дано правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Суд пришел к выводу, что этим требованиям Конституционного закона обращение Лунгу И.В. не соответствует, поскольку он не оспаривает конкретный правовой акт, примененный в его деле, соответственно, не приводит его данные, отсутствует ссылка на наличие какой-либо неопределенности, и в этой связи отсутствует правовая позиция и правовое обоснование заявителя.

На основании изложенного,  руководствуясь статьей 43, подпунктами е), з) части третьей статьи 44, подпунктом а) статьи 50, 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лунгу И.В. на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [26].

Рассматривая конкретное дело, Конституционный суд зачастую формулирует позиции, по своему объекту выходящие за рамки рассматриваемого казуса, поскольку проводит глубокий анализ конституционных положений и соотносимых с ними положений иных нормативно правовых актов.

Некоторые определения с позитивным содержанием, подтверждающие на основе ранее принятых решений конституционность или неконституционность оспоренных законоположений, по своему объему, развернутости аргументации и правовых позиций весьма напоминают постановления. Достаточно обратиться, например, к Определению от 27 февраля 2020 года № 08-О/20.

Конституционный суд рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности подпункта б) пункта 1 Решения Совета народных депутатов Дубоссарского района и города Дубоссары от 27 сентября 2012 года «О налоге на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории Дубоссарского района и города Дубоссары» по жалобе гражданина Дынула С.М.

В соответствии с оспариваемой нормой налог на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории Дубоссарского района и города Дубоссары обязаны уплачивать физические лица, являющиеся индивидуальными предпринимателями, зарегистрированными в установленном порядке на территории Дубоссарского района и города Дубоссары и осуществляющими предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

По мнению заявителя, оспариваемая норма необоснованно и незаконно расширяет круг плательщиков местного налога на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района), установленный Законом Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». Подпункт б) части второй подпункта и) пункта 1 статьи 16 названного Закона устанавливает, что налог на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района) уплачивают именно физические лица, а не физические лица, являющиеся индивидуальными предпринимателями, зарегистрированными в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

Из жалобы и представленных документов следует, что заявитель зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя без образования юридического лица на территории Дубоссарского района и города Дубоссары, где и осуществляет предпринимательскую деятельность.

Считая Решение Совета народных депутатов Дубоссарского района и города Дубоссары от 27 сентября 2012 года незаконным, Дынул С.М. обратился в Арбитражный суд Приднестровской Молдавской Республики с заявлением о признании этого подзаконного нормативного правового акта недействующим.

Решением от 1 июля 2019 года Арбитражный суд отказал Дынулу С.М. в удовлетворении заявленного требования. Арбитражный суд признал норму, конституционность которой оспаривает заявитель, соответствующей Закону Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» и Гражданскому кодексу Приднестровской Молдавской Республики.

Решением от 12 августа 2019 года Арбитражный суд удовлетворил требования налоговой инспекции по городу Дубоссары и Дубоссарскому району к индивидуальному предпринимателю без образования юридического лица Дынулу С.М. о взыскании задолженности по налогу на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района) за 2018 год.

Гражданин Дынул С.М. утверждает, что оспариваемая норма противоречит статье 17 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, в соответствии с которой все имеют одинаковые права и свободы и равны перед законом без различия пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, убеждений, личного и общественного положения. Нарушение конституционного принципа равенства заявитель усматривает в том, что обязанность уплачивать конкретный местный налог зависит от места регистрации индивидуального предпринимателя без образования юридического лица. В жалобе указывается, что для индивидуального предпринимателя, зарегистрированного и осуществляющего предпринимательскую деятельность на территории города Тирасполя, налог на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города не установлен. В то же время индивидуальный предприниматель без образования юридического лица, зарегистрированный на территории Дубоссарского района и города Дубоссары, обязан уплачивать этот налог в силу оспариваемой нормы.

Кроме того, по мнению заявителя, оспариваемая норма нарушает конституционное право собственности, гарантированное статьей 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку явилась основанием для взыскания с него задолженности по налогам в сумме 217,5 рублей, что лишило его возможности распорядиться этим имуществом по своему усмотрению.

На основании изложенного заявитель просил признать подпункт б) пункта 1 Решения Совета народных депутатов Дубоссарского района и города Дубоссары от 27 сентября 2012 года «О налоге на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории Дубоссарского района и города Дубоссары» не соответствующим статьям 17, 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В своем решении Суд подчеркнул, что в соответствии со статьей 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции закон, иной нормативный акт. Отсутствие такой неопределенности является основанием для прекращения производства по делу.

Рассмотрев требования и доводы гражданина Дынула С.М., Конституционный суд пришел  к выводу о необходимости прекращения производства по делу ввиду отсутствия неопределенности в вопросе о конституционности оспариваемой нормы.

Несоответствие оспариваемой нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а именно ее статьям 17, 37, 52, заявитель обосновывает следующим образом.

Законы Приднестровской Молдавской Республики не содержат норм, обязывающих индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица уплачивать местный налог на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района). В соответствии со статьей 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» плательщиками этого налога являются только юридические и физические лица (пункт 1); городские (районные) Советы народных депутатов наделены правом определять лишь порядок взимания и расходования налога, размеры ставок, срок внесения платежей в бюджет, а также категории налогоплательщиков, имеющих право на льготы (пункт 2). При этом местные Советы не наделены правом изменять круг субъектов налогового обязательства, установленный законом.

Таким образом, отмечено в решении, гражданин Дынул С.М. исходит из того, что физические лица, осуществляющие индивидуальную предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, образуют самостоятельную категорию налогоплательщиков наряду с другими категориями субъектов налогообложения - юридическими и физическими лицами. Поэтому, по мнению заявителя, в результате принятия оспариваемой нормы был произвольно изменен плательщик налога, установленный Законом Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике», что не соответствует полномочиям местных Советов народных депутатов.

Из изложенного Суд пришел выводу, что заявитель фактически ставит под сомнение законность оспариваемой нормы, а не ее конституционность. Однако проверка законности нормативных подзаконных правовых актов не входит в компетенцию Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.

Индивидуальный предприниматель без образования юридического лица, если он полагает, что нормативный подзаконный акт налогового законодательства не соответствует закону, имеющему большую юридическую силу, вправе защитить свои права налогоплательщика в Арбитражном суде Приднестровской Молдавской Республики. Именно так и поступил гражданин Дынул С.М., обратившись в Арбитражный суд с заявлением о признании оспариваемой нормы недействующей. Однако Арбитражный суд решением от 1 июля 2019 года отказал Дынулу С.М. в удовлетворении заявленного требования.

В своей жалобе в Конституционный суд заявитель приводит те же доводы о несоответствии оспариваемой нормы Законам Приднестровской Молдавской Республики, которые получили оценку Арбитражного суда в решении от 1 июля 2019 года. Иными словами, Дынул С.М., будучи несогласным с решением Арбитражного суда, намерен добиться его пересмотра в процедуре конституционного судопроизводства. Однако, отметил Суд, в компетенцию Конституционного суда не входит оценка законности и обоснованности решений судов общей и арбитражной юрисдикции.

Арбитражный суд, рассмотрев в надлежащей процедуре заявление индивидуального предпринимателя без образования юридического лица Дынула С.М., признал оспариваемую норму соответствующей Закону Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» и Гражданскому кодексу Приднестровской Молдавской Республики. В решении от 1 июля 2019 года Арбитражный суд пришел к выводу, что физические лица, осуществляющие индивидуальную предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, составляют категорию субъектов налогового права, которая охватывается понятием «физическое лицо». Из судебного решения следует, что оспариваемая норма не устанавливает нового плательщика налога на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района), а лишь устанавливает размер и порядок уплаты указанного налога для отдельной категории физических лиц, осуществляющих индивидуальную предпринимательскую деятельность. Поэтому принятие оспариваемой нормы соответствует полномочиям Совета народных депутатов Дубоссарского района и города Дубоссары. Таким образом, отметил Суд, соответствие оспариваемой нормы действующему законодательству установлено судебным актом в надлежащей процедуре.

Налог на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории города (района) установлен законодательным органом в форме закона, закрепляющего все существенные элементы налогового обязательства и налогоплательщиков. Следовательно, сделал вывод Суд, этот налог следует считать установленным законом в смысле статьи 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, обязывающей каждого платить налоги и местные сборы, установленные законом. Данная правовая позиция относительно понятия «установление налогов и сборов», изложенная в Определении Конституционного суда от 28 октября 2014 года № 10-О/14, имеет общее значение и касается всех налогов, в том числе местных. Определение смысла понятия «установление налогов и сборов» распространяется на установление налогов и сборов органами местного самоуправления.    

При изложенных обстоятельствах Конституционный суд не усмотрел неопределенности в вопросе о соответствии оспариваемой нормы статье 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Нарушение конституционного принципа равенства в результате применения оспариваемой нормы заявитель усматривал в том, что обязанность уплачивать конкретный местный налог зависит от места регистрации индивидуального предпринимателя без образования юридического лица на территории Приднестровской Молдавской Республики.

Принцип равного налогового бремени вытекает из положений статей 4, 17, 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. По мнению Конституционного суда, в сфере налоговых отношений этот принцип означает, что не допускается установление дополнительных, а также повышенных по ставкам налогов в зависимости от формы собственности, организационно-правовой формы предпринимательской деятельности и иных, носящих дискриминационный характер, оснований. Отсюда следует, что местные Советы народных депутатов не вправе устанавливать дополнительные налоги и сборы, не предусмотренные Законами Приднестровской Молдавской Республики. Представительные органы местного самоуправления вправе лишь решать вопрос, вводить или не вводить те местные налоги, которые перечислены в статье 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». При этом исчерпывающий перечень местных налогов порождает только право, но не обязанность установить налог.

Оспариваемая норма не устанавливает дополнительных или повышенных по ставкам налогов в зависимости от оснований, носящих дискриминационный характер. Соответствие этой нормы Законам Приднестровской Молдавской Республики, в том числе по ее содержанию и компетенции принявшего ее представительного органа местного самоуправления, установлено в судебном порядке. Следовательно, пришел к выводу Суд, неопределенность в вопросе о соответствии оспариваемой нормы статье 17 Конституции Приднестровской Молдавской Республики отсутствует.

В своем решении Суд подчеркнул, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет особый, а именно публично-правовой, а не частноправовой характер, что обусловлено публично-правовой природой государства и государственной власти, по смыслу статей 1, 2 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в бюджет, и обязан регулярно уплачивать эту сумму, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Взыскание налога не может расцениваться как произвольное лишение собственника его имущества, - оно представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности. Следовательно, считает Суд, взыскание с Дынула С.М. задолженности по налогам в сумме 217,5 рублей на основании оспариваемой нормы представляет собой законное изъятие части его имущества, что не противоречит статье 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Конституционный суд указал, что правовая позиция Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики относительно публично-правового характера конституционной обязанности платить законно установленные налоги и сборы, выраженная в Постановлении от 14 февраля 2006 года № 02-П/06, сохраняет свою силу. Поэтому неопределенность в вопросе о соответствии оспариваемой нормы статье 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики отсутствует.

Суд, сославшись на подпункты а), б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», в соответствии со статьей 75 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» прекратил производство по делу № 175-425/19 ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [27].

Гражданка Золотко В.П. от своего имени, в интересах дочери – Бобок С.А., обратилась в Конституционный суд с жалобой, в которой оспаривает конституционность пункта 1-1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О платежах за загрязнение окружающей природной среды и пользование природными ресурсами», согласно которому установлен размер платежей за размещение твердых бытовых отходов для граждан, являющихся собственниками индивидуальных жилых домов, не вступивших в договорные отношения со специализированными хозяйствующими субъектами на оказание услуг по вывозу мусора.

Заявитель в жалобе ссылается на то, что ее дочь со своей семьей длительное время находится за пределами республики и не проживает в своем домовладении, расположенном в городе Бендеры по улице Котовского. В связи с отсутствием Бобок С.А.  договорные отношения со специализированным предприятием на вывоз твердых бытовых отходов не заключались, поскольку домовладением никто не пользовался, соответственно, твердые отходы не размещались. Поэтому, по мнению Золотко В.П., не должны были начисляться и платежи за их размещение. Однако на основании оспариваемой нормы налоговой инспекцией по городу Бендеры дочери было выставлено требование об уплате задолженности по платежам за размещение твердых бытовых отходов, а впоследствии к ней был предъявлен иск о взыскании недоимки по этим платежам.

Заявитель полагает, что пункт 1-1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О платежах за загрязнение окружающей природной среды и пользование природными ресурсами» противоречит статье 2 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, закрепляющей обязанность органов государственной власти, должностных лиц соблюдать Конституцию и законы Приднестровской Молдавской Республики. Кроме того, он противоречит статьям 16, 17 Основного Закона государства, которые устанавливают, что права и свободы человека являются высшей ценностью общества и государства, а их защита - обязанностью государства, и закрепляют равенство всех перед законом. По мнению Золотко В.П., оспариваемая норма устанавливает неравенство граждан в зависимости от имущественного положения, так как уплата налога поставлена в зависимость от заключения договора на вывоз мусора.

Рассматривая вопрос о принятии жалобы к рассмотрению Суд подчеркнул, что поводом к рассмотрению дела в Конституционном суде является обращение в форме жалобы, отвечающей требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» (часть первая статьи 43). К содержанию обращения предъявляются специальные требования, одним из которых является требование о том, что обращение направляется в Конституционный суд в письменной форме и подписывается уполномоченным лицом (уполномоченными лицами) (часть первая статьи 44 Конституционного закона). Это, отметил Суд, обычное требование к любому официальному документу, позволяющее определить, является ли подавшее лицо (орган) надлежащим заявителем по делу. Органы и лица, имеющие право обращаться в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с запросом, ходатайством или жалобой, перечислены в статье 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а также в статьях 90, 94, 98, 102, 107, 111, 113 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Из положений пункта 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, подпункта в) части первой статьи 9 и части первой статьи 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» следует, что лицом, уполномоченным подписать обращение в Конституционный суд, является гражданин, чьи права и свободы непосредственно нарушаются законом, нормативным актом. При этом часть вторая статьи 60 названного Конституционного закона допускает участие в конституционном судопроизводстве представителей стороны, которыми могут быть адвокаты или лица, полномочия которых подтверждаются соответствующими документами. Относительно полномочий этого круга участников судопроизводства Конституционный суд в ранее принятом решении сформулировал правовую позицию, согласно которой основополагающим критерием оценки прав представителя стороны в процессе является объем полномочий, которыми наделяет его заинтересованное лицо. Если стороной полномочия на ведение дела в конституционном судебном процессе переданы в полном объеме, то представитель автоматически из факультативных участников процесса переходит в группу обязательных. Здесь представитель заменяет сторону. Он имеет право подписать от имени стороны обращение, знакомиться с материалами дела, излагать свою позицию по делу, задавать вопросы другим участникам процесса, заявлять ходатайства, в том числе об отводе судьи. Представитель стороны может представлять на обращение письменные отзывы, подлежащие приобщению к материалам дела, знакомиться с отзывами другой стороны. Он, как и сторона, обязан явиться по вызову Конституционного суда, дать объяснения и ответить на вопросы (Определение Конституционного суда от 19 января 2006 года № 02 – О/06).

Таким образом, представитель стороны в конституционном процессе связан как объемом документально оформленных полномочий, которыми наделяет его доверитель, так и обязанностью выступать от имени той стороны, чьи интересы он защищает при оформлении обращения и его подписании. Между тем, отметил Суд, Золотко В.П. обратилась в Конституционный суд с жалобой от своего имени, а не от имени дочери. Во всяком случае, из содержания жалобы не следует, что она исходит от Бобок С.А., а сама Золотко В.П. выступает лишь представителем заявителя и действует в её интересах на основании нотариально удостоверенной доверенности. Суд пришел к выводу, что при таких обстоятельствах отсутствуют основания для признания Золотко В.П. надлежащим заявителем по настоящему делу, а поэтому в этой части жалоба по смыслу Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не соответствует критерию допустимости.

В своем решении Суд отметил, что правом на обращение в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина, согласно статье 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», обладают граждане, чьи права и свободы непосредственно нарушаются законом или нормативным актом, примененным в конкретном деле. При этом в соответствии с частью второй указанной статьи к жалобе должна прилагаться копия официального документа, подтверждающего применение обжалуемого закона, нормативного акта при разрешении конкретного дела.

Кроме того, в законодательстве сформулированы условия, которым должна удовлетворять жалоба и в соответствии с которыми она считается допустимой для рассмотрения Конституционным судом. Так, согласно статье 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», жалоба на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина допустима, если: а) закон затрагивает конституционные права и свободы граждан; б) закон применен в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или в ином органе, применяющем закон.

Как следует из обращения и приложенных к нему материалов, в качестве документов, подтверждающих применение в конкретном деле  оспариваемой нормы, указаны требование налоговой инспекции по городу Бендеры от 6 сентября 2019 года, в котором Бобок С.А. предложено уплатить налоговые платежи за размещение твердых бытовых отходов, а также письмо МУП КоммуналДорСервис города Бендеры от 23 сентября 2021 года, в котором Бобок С.А. дается разъяснение относительно положений закона, регламентирующего взимание платежей за размещение отходов.

Согласно правовой позиции Конституционного суда, под конкретным делом в смысле статьи 87 (пункт 3) Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статей 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» понимается то дело, в котором судом или иным правоприменительным органом в установленной юрисдикционной или иной процедуре разрешается затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе норм соответствующего закона, нормативного акта, устанавливаются и (или) исследуются фактические обстоятельства (Определение от 10 сентября 2020 года № 09-О/20).

Однако, отметил Суд, из копии подписанного начальником налоговой инспекции по городу Бендеры требования № 04-18/1089 от 6 сентября 2019 года не следует, что при его вынесении должностное лицо руководствовалось пунктом 1-1 статьи 11 оспариваемого закона. Более того, из содержания названного документа видно, что Бобок С.А. предложено в добровольном порядке погасить образовавшуюся задолженность, также разъяснено, что в случае ее неуплаты материалы будут переданы в городской суд для разрешения вопроса о взыскании долга по существу. Таким образом, акцентировал Суд, данный документ не содержит в себе признаков правоприменительного решения, принятого на основании оспариваемой нормы, носящего властный (обязывающий или разрешительный) характер. Не является таковым и письмо МУП КоммуналДорСервис города Бендеры от 23 сентября 2021 года, поскольку и этот документ носит информационный, разъяснительный характер, не содержит в себе какого–либо властного правоприменительного решения. Других документов, подтверждающих применение оспариваемой нормы в конкретном деле заявителя, Суду не предоставлено. В силу этого Суд пришел к выводу, что жалоба Золотко В.П. не может рассматриваться как соответствующая критерию допустимости, отраженному в подпункте б) статьи 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

На основании изложенного, руководствуясь статьей 43, статьей 44, подпунктом б) статьи 50,  102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Золотко В.П. о проверке конституционности пункта 1-1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О платежах за загрязнение окружающей природной среды и пользование природными ресурсами» как не отвечающей критериям допустимости в соответствии с требованиями Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [28].

3. Несоответствие обращения критериям допустимости как основание для отказа в принятии обращения часто встречается в определениях Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.

Один из критериев допустимости конституционной жалобы является требование о применении обжалуемого закона, нормативного акта. Оспариваемый закон, нормативный акт должен быть применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон или нормативный акт. При этом не имеет значения, каково содержание решений, принятых по делу судом, и рассмотрено ли оно всеми судебными инстанциями. Более того, правоприменение не обязательно должно быть связано с судебным порядком рассмотрения дела. Законодатель не связывает возможность конституционной оценки закона, нормативно акта с обязательным его применением в суде, поэтому критерий допустимости конституционной жалобы в этой части связан с применением или реальной возможностью применения закона, нормативного акта любым правоприменительным органом.

По смыслу пункта 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а также статей 102 и 103 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» конкретным делом является то дело, в котором судом или иным правоприменительным органом в установленной юрисдикционной и иной процедуре разрешается затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе норм соответствующего закона, устанавливаются и (или) исследуются фактические обстоятельства. Из взаимосвязанных положений Конституции и Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд вывел правовую позицию, согласно которой проверка конституционности закона, нормативного акта по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан не может быть осуществлена, если закон не применен в конкретном деле или если надлежащим образом не установлено, что он подлежит применению [9].

Федерация    профсоюзов     Приднестровья     обратилась    в Конституционный суд  с жалобой о проверке конституционности пунктов 1 и 3 статьи 55 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2008 год» и Приложений №№ 1-17 к Закону Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия».

Заявитель считает, что пункты 1 и 3 статьи 55 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2008 год» противоречат части третьей статьи 35 Конституции Приднестровской Молдавской Республики в части установления вознаграждения за труд не ниже установленного законом минимального размера оплаты труда.

Так, пунктом 1 статьи 55 названного Закона устанавливается размер минимальной оплаты труда в соответствии с законодательством Приднестровской Молдавской Республики о минимальном размере оплаты труда в Приднестровской Молдавской Республике за исключением заработной платы, уровень которой регулируется Законом Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия».

Пунктом 3 статьи 55 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2008 год» установлен понижающий коэффициент 0,64 для исчисления оплаты труда работникам бюджетной сферы в соответствии с Законом Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия» и актами законодательства, регулирующими оплату труда работников организаций, убытки которых образуются в результате заданных государством условий хозяйствования и покрываются за счет бюджетов различных уровней, и иных организаций, частично финансируемых из бюджета.

В Приложениях №№ 1-17, являющихся неотъемлемой частью Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия», в различных таблицах установлены должностные оклады в РУ МЗП. Как указывается в жалобе, с учетом надбавок, премий размер оплаты труда работников бюджетной сферы явно не будет соответствовать установленному Законом размеру минимальной оплаты труда.

Заявитель считает, что оспариваемые нормы устанавливают неправомерное ограничение прав наемных работников на конституционное право оплаты их труда в соответствии с частью третьей статьи 35 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Заявитель просил рассмотреть вопрос о конституционности пунктов 1 и 3 статьи 55 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2008 год» и Приложений  №№ 1-17 к Закону Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия» и признать указанные нормы не соответствующими части третьей статьи 35 Конституции Приднестровской Молдавской Республики в части вознаграждения каждого работника за труд в размере не ниже установленного Законом минимального размера оплаты труда.

Рассматривая вопрос о принятии обращения к рассмотрению, Суд отметил следующее. Часть первая статьи 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» закрепляет, что правом на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики  с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, нормативным актом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, и объединения граждан, а также иные органы и лица. В соответствии с названной нормой жалоба исходит от надлежащего субъекта, поскольку объединения граждан являются субъектами, наделенными правом на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с жалобой на нарушение прав и свобод человека и гражданина.

Правом на обращение с жалобой в Конституционный cуд обладают граждане, их законные представители, лица, уполномоченные гражданами представлять их интересы в конституционном судопроизводстве, объединения граждан, включая и общественные организации. От имени объединений граждан обратиться с жалобой могут как специально уполномоченные на это представители, так и представители по должности (подпункт в) части второй статьи 44; статья 59; часть вторая статьи 60 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

Объединения граждан вправе обратиться с жалобой на нарушение индивидуальных и коллективных прав граждан, поскольку цель объединения состоит в коллективном осуществлении какого-либо конституционного права или его защите. Федерация профсоюзов Приднестровья обращается в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционного права граждан на вознаграждение за труд оспариваемыми актами. По своему статусу Федерация профсоюзов Приднестровья является общественной организацией, объединяющей граждан Приднестровья, связанных общими интересами по роду деятельности как в производственной, так и в непроизводственной сферах, для защиты трудовых и социально-экономических прав и интересов своих членов.

Объединение вправе обратиться с конституционной жалобой в защиту интересов граждан, для реализации прав которых оно создано, как по просьбе гражданина, так и без специальной просьбы. Это вытекает из Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», поскольку объединения граждан указаны в качестве самостоятельного субъекта обращения в Конституционный cуд.    

Суд подчеркнул, что в соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд рассматривает жалобы граждан на нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникших в результате применения закона, нормативного акта.  В соответствии с правовой позицией Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, изложенной в ряде решений (Определения № 03-О/06 от 11 мая 2006 года,  № 04-О/06 от 1 июня 2006 года,  № 05-О/06 от 15 июня 2006 года, № 06-О/06 от 15 июня 2006 года, № 07-О/06 от 22 июня 2006 года,  № 08-О/06 от 22 июня 2006 года, № 04-О/07 от 15 февраля 2007 года, № 8-О/07 от 12 апреля 2007 года, № 10-О/07 от 3 мая 2007 года, № 15-О/07 от 8 ноября 2007 года, № 17-О/07 от 6 декабря 2007 года, № 18-О/07 от 6 декабря 2007 года), правом на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина согласно статье 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом или нормативным актом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле. При этом в соответствии с частью второй указанной статьи к жалобе должна прилагаться копия официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения обжалуемого закона при разрешении конкретного дела. Кроме того, согласно статье 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» жалоба на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина допустима, если: а) закон затрагивает конституционные права и свободы граждан; б) закон применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или в ином органе, применяющем закон.

Суд  указал, что заявителем к жалобе не приложена копия официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения обжалуемого закона при разрешении конкретного дела. К обращению приложены ответы соответствующих должностных лиц: на жалобу на размер оплаты труда; на обращение по вопросу нарушения требований трудового законодательства; на обращение по вопросу внесения изменений в закон; на жалобу о нарушении права на достойную заработную плату. Эти материалы не подтверждают применение к гражданам оспариваемых норм в конкретном деле.

Суд подчеркнул, что в соответствии с подпунктом б) статьи 103, а также частью первой статьи 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» жалоба на неконституционность закона возможна только тогда, когда встает вопрос о применении данного закона к конкретному случаю. Это процессуально-правовое условие допустимости жалобы, демонстрирующее, что она является институтом конкретного нормоконтроля. Конкретная жалоба может быть подана гражданином только в связи с рассмотрением его дела в суде или ином органе. Лица, перечисленные в части первой статьи 102 названого Закона, не могут возбудить в Конституционном cуде производство в порядке абстрактного нормоконтроля, т.е. вне связи с конкретным правоприменительным процессом. Таким образом, Конституционный суд пришел к выводу, что  жалоба не может рассматриваться как отвечающая критерию допустимости, предусмотренному статьей 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

В соответствии с подпунктом б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если обращение, в соответствии с требованиями данного Конституционного закона, не является допустимым.

На основании вышеизложенного Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики отказал в принятии к рассмотрению жалобы Федерации профсоюзов Приднестровья, так как она не соответствует критерию допустимости [29].                  

Граждане Буянская Л.М., Иванченко В.И., Лахов В.С., Савицкий В.И., Курачев Ф.В., Тома А.П. обратились в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с коллективной жалобой, предметом которой является проверка конституционности пунктов 2 и 3 Постановления Правительства Приднестровской Молдавской   Республики   от   10  апреля  2012 года № 31   «Об   упорядочении   экспорта ряда полезных ископаемых». Заявители являются участниками общества с ограниченной ответственностью «Известняк», занимающегося добычей и переработкой полезных ископаемых на территории Парканского месторождения песка и гравия. Являясь субъектом внешнеэкономической деятельности, предприятие добытый песок и гравий частично экспортирует.

10 апреля 2012 года Правительством Приднестровской Молдавской Республики принято Постановление № 31 «Об упорядочении экспорта ряда полезных ископаемых», в котором определено что субъектом внешнеэкономической деятельности по экспорту полезных ископаемых, уполномоченным Правительством Приднестровской Молдавской Республики, является ОАО «Тирнистром», которому разрешается экспорт полезных ископаемых с территории Приднестровской Молдавской Республики (пункт 2). Пунктом 3 этого же Постановления запрещено физическим и юридическим лицам, за исключением ОАО «Тирнистром», обладающего 100% пакетом акций, принадлежащих государству, осуществлять экспорт полезных ископаемых, указанных в Приложении к  Постановлению.

Полагая, что оспариваемые нормы ограничили их право на осуществление внешнеэкономической деятельности, заявители обратились в Арбитражный суд с заявлением о признании полностью недействующими с момента принятия пунктов 2 и 3 Постановления № 31 «Об упорядочении экспорта ряда полезных ископаемых», ссылаясь на статью 4 и пункт 3 статьи 98 Конституции Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи со статьями 2, 5, 7 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 22 июля 1999 года «О внешнеэкономической деятельности», которыми определены основные принципы внешнеэкономической деятельности.

Решением Арбитражного суда от 24 октября 2012 года, оставленным без изменения кассационной инстанцией, в удовлетворении исковых требований было отказано.

Жалоба содержала просьбу рассмотреть вопрос о соответствии оспариваемых норм статьям 4, 18, 36, 37 и пункту 3 статьи 98 Конституции Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи со статьями 2, 5 и 7 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 22 июля 1999 года «О внешнеэкономической деятельности» и признать их не соответствующими Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Рассматривая вопрос о принятии обращения к рассмотрению, Суд указал на то, что в соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд рассматривает жалобы граждан на нарушения прав и свобод человека и гражданина, возникшие в результате применения закона, нормативного акта. Правом на обращение в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина согласно статье 102 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом или нормативным актом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле. При этом, отметил Суд,  в соответствии с частью второй указанной статьи к жалобе должна прилагаться копия официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения обжалуемого закона при разрешении конкретного дела. Кроме того, в законодательстве сформулированы условия, которым должна удовлетворять жалоба, и в соответствии с которыми она должна считаться допустимой для рассмотрения Конституционным судом. Согласно статье 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», жалоба на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина допустима, если: а) закон затрагивает конституционные права и свободы граждан; б) закон применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или в ином органе, применяющем закон.

Суд отметил, что заявителями к жалобе не была приложена копия официального документа, свидетельствующего о применении к ним оспариваемых норм. К обращению были приложены копии текста оспариваемого Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики, Решения Арбитражного суда Приднестровской Молдавской Республики и Постановления кассационной инстанции Арбитражного суда, которые не подтверждают применение к заявителям оспариваемых норм.

Суд пришел к выводу, что данная жалоба не соответствует критерию допустимости, предусмотренному статьей 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и на основании подпункта б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» отказал заявителям в принятии жалобы к рассмотрению [30].

Конституционный суд по запросу Президента Приднестровской Молдавской Республики рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности отдельных правовых актов, принятых Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики до рассмотрения и принятия решения в отношении законопроектов, внесенных Президентом Приднестровской Молдавской Республики в режиме законодательной необходимости.

По мнению заявителя, оспариваемые правовые акты были приняты Верховным Советом  с нарушением требований  пункта 2  статьи 72 Конституции  Приднестровской  Молдавской Республики. В соответствии с данной нормой Президент вправе ввести режим законодательной необходимости при рассмотрении наиболее важных законодательных актов, требующих рассмотрения и принятия их Верховным Советом в кратчайшие сроки. При введении такого режима Верховный Совет обязан приостановить рассмотрение иных законопроектов, кроме законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости. Законопроект, внесенный Президентом в режиме законодательной необходимости, должен быть рассмотрен и принят либо отклонен в установленном порядке на заседаниях сессии Верховного Совета в согласованные с Президентом сроки.

Исследовав доводы сторон, предоставленные документы, Конституционным судом в ходе судебного заседания по настоящему делу были выявлены основания к отказу в принятии обращения Президента к рассмотрению. Согласно правовой позиции высказанной Конституционным судом, проверка конституционности перечисленных в запросе правовых актов по порядку их принятия, одновременно означала бы и проверку конституционности нормы, которая устанавливает этот порядок. Между тем в запросе заявителя данная норма не оспаривается.

Суд отметил, что в соответствии с частью второй пункта 1 статьи 69 Конституции Приднестровской Молдавской Республики порядок образования и деятельность Верховного Совета определяются Регламентом Верховного Совета. В данном законодательном акте объединены и систематизированы нормы и правила, устанавливающие и конкретизирующие на базе Конституции правовой статус парламента, порядок его организации и формы деятельности. Конституционные нормы о статусе Верховного Совета и порядке его деятельности обусловливают необходимость нормативно-правового закрепления в Регламенте Верховного Совета соответствующих процедур принятия им решений, в том числе процедуры рассмотрения и принятия либо отклонения законопроектов. Согласно правой позиции Конституционного суда, наличие таких процедур является существенным процессуальным элементом надлежащего, основанного на требованиях Конституции порядка принятия законов, и гарантирует соответствие принятого решения реальному волеизъявлению депутатов (Постановление Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 8 июня 2010 года № 02-П/10).

Как следует из пункта 1 статьи 33 Регламента Верховного Совета, законопроекты рассматриваются в пленарных заседаниях сессии Верховного Совета. Этому предшествует подготовка пленарного заседания, которая включает формирование повестки дня предстоящего пленарного заседания (статья 34 Регламента Верховного Совета). Сформированная и утвержденная большинством голосов депутатов повестка дня пленарного заседания предопределяет последовательность рассмотрения включенных в нее вопросов.

В решении отмечено, что очередность рассмотрения различных законопроектов в пленарном заседании также предопределена статьей 34 Регламента Верховного Совета. Данная норма устанавливает, что законопроекты, внесенные Президентом в режиме законодательной необходимости, включаются в повестку дня после проектов конституционных законов. Далее в повестку дня включаются законы, отклоненные Президентом и направленные в Верховный Совет на повторное рассмотрение, а затем иные законопроекты.

Таким образом, статья 34 Регламента Верховного Совета закрепляет порядок рассмотрения законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, отличный от того, который установлен пунктом 2 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Вместе с тем, отметил Суд, формирование повестки дня пленарного заседания и рассмотрение законопроектов в деятельности Верховного Совета осуществляется именно в соответствии с положениями статьи 34 Регламента Верховного Совета, которые не предусматривают приостановление рассмотрения иных законопроектов, как и первоочередность рассмотрения законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости. В том числе, в описанном порядке были рассмотрены и приняты правовые акты, конституционность которых оспаривается в запросе главы государства.

Конституционный суд обратил внимание на то, что проверка конституционности оспариваемых правовых актов по порядку их принятия фактически означала бы проверку конституционности статьи 34 Регламента Верховного Совета, в то время как данная норма заявителем по настоящему делу не оспаривается.

Таким образом, Суд пришел к выводу, что запрос Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности правовых актов, перечисленных в запросе, по порядку принятия с точки зрения их соответствия требованиям статьи 72 (пункт 2) Конституции, по смыслу подпункта б) части первой статьи 50, статьи 75, части третьей статьи 80 и статьи 85 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не может быть признан допустимым, а производство по делу подлежит прекращению [31].

4. Как следует из положений статьи 91 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, проверка закона, нормативного акта в порядке конституционного судопроизводства допускается, если заявителем оспаривается действующий нормативный акт. Однако, по смыслу статей 102, 103 и подпункта г) статьи 50 названного Конституционного закона, в целях защиты конституционных прав и свобод граждан возможна проверка конституционности закона, отмененного или утратившего силу, но при наличии двух обязательных условий - если оспариваемым актом, примененным в конкретном деле, нарушены конституционные права гражданина и, если производство по жалобе гражданина начато до момента утраты силы или отмены оспариваемого им закона.

В соответствии с подпунктом г) статьи 50 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, Конституционный суд

принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если акт конституционность которого оспаривается, был отменен или утратил силу, за исключением случав, когда действием этого акта были нарушены конституционные права и свободы граждан.

Так, в Конституционный суд поступил запрос Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности некоторых положений статьи 39 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 27 декабря 2013 года № 287-З-V «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов». Пункт 1 статьи 39 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 27 декабря 2013 года «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов» устанавливает конкретные размеры расчетного уровня минимальной заработной платы (РУ МЗП)  для различных видов правоотношений в 2014-2016 годах. Для каждого отдельного вида правоотношений, в том числе для исчисления  налогов, установлен индивидуальный размер РУ МЗП в денежном выражении. В запросе Президента оспаривалась конституционность положений   подпунктов  г),  д),  и),  л)  пункта   1   статьи   39    Закона   Приднестровской Молдавской Республики от 27 декабря 2013 года «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов», устанавливающих РУ МЗП для исчисления ряда налогов. Это подоходный налог, налог по землям сельскохозяйственного назначения, плата за предпринимательский патент, единый социальный налог, фиксированный сельскохозяйственный налог, земельный налог по землям несельскохозяйственного назначения, прочие налоговые платежи.

Поскольку Закон Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов» был официально опубликован 27 декабря 2013 года, то есть менее чем за три месяца до начала нового финансового года, заявитель просил признать оспариваемые положения не соответствующими пункту 2 статьи 98 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как он не соответствует критерию допустимости.

Одним из обстоятельств, исключающим принятие запроса к рассмотрению, явилось утрата оспариваемыми положениями статьи 39 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов» юридической силы.

Суд отметил, что оспариваемые положения устанавливают размеры РУ МЗП для исчисления ряда налогов на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов. В части размеров РУ МЗП, установленных для исчисления налогов на 2014 год, действие Закона установлено до 31 декабря 2014 года (статья 46). Таким образом, до обращения заявителя в Конституционный суд с запросом оспариваемые положения статьи 39 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов» утратили юридическую силу.

В соответствии с действующей редакцией статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» полная или частичная отмена акта, конституционность которого оспаривается, к началу либо в период рассмотрения дела не является основанием для прекращения производства по делу. Однако приведенная норма не исключает прекращения производства по делу  вследствие утраты правовым актом юридической силы по иным основаниям.

Пункт 1 статьи 34 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства» определяет случаи утраты юридической силы правовыми актами органов государственной власти и управления. Отмена правового акта является лишь одним из предусмотренного законом перечня случаев утраты юридической силы акта (подпункт б) пункта 1). Другим случаем утраты правовым актом юридической силы является истечение срока его действия, если правовой акт издан на определенный срок (подпункт а) пункта 1).

Поскольку оспариваемые нормы утратили юридическую силу 31 декабря 2014 года не в результате их отмены, а вследствие истечения срока их действия, указано в решении, статья 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не препятствует прекращению производства по делу и, следовательно, отказу в принятии обращения к рассмотрению.

Кроме того, отметил Суд, действующая редакция названной нормы исключает возможность прекращения производства по делу лишь в случае утраты силы акта путем его отмены к началу либо в период рассмотрения дела. В данном случае речь идет о временном отрезке от начала производства в Конституционном суде и до момента вынесения судебного решения по делу. Следовательно, пришел к выводу Суд, утрата актом юридической силы до обращения заявителя в Конституционный суд с запросом не препятствует прекращению производства по делу. Поскольку запрос Президента в Конституционный суд датирован 8 января 2015 года, то есть после утраты оспариваемыми положениями юридической силы, препятствий к отказу в принятии запроса к рассмотрению не усматривается.

Суд также отметил, что в соответствии со статьей 91 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» запрос в Конституционный суд о проверке конституционности правового акта органа государственной власти либо его отдельных положений допустим, если, в том числе, заявитель считает их не подлежащими действию из-за неконституционности. Как следует из запроса Президента, целью его обращения в Конституционный суд является признание оспариваемых положений не соответствующими Конституции, то есть не подлежащими действию из-за неконституционности, и исключение этих положений из системы правового регулирования. Однако, отметил Суд, оспариваемые положения в любом случае не подлежат действию ввиду утраты юридической силы 31 декабря 2014 года и, следовательно, исключены из системы правового регулирования. Отсюда следует, что запрос Президента не соответствует критерию допустимости, установленному статьей 91 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как он не соответствует критерию допустимости [32].

В другом запросе Президента Приднестровской Молдавской Республики в Конституционный суд оспаривалась конституционность Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год».

Как следует из запроса, 16 апреля 2012 года Правительством Приднестровской Молдавской Республики в Верховный  Совет  Приднестровской  Молдавской  Республики

был внесен законопроект «О Республиканском бюджете на 2013 год». В процессе рассмотрения законопроекта Верховным Советом были приняты поправки, которые существенно изменили его концепцию. В этой связи, посчитав невозможным принятие закона в предлагаемой Верховным Советом редакции, в соответствии с нормами Регламента Верховного Совета, на стадии рассмотрения законопроекта в режиме третьего чтения Правительством (как инициатором законодательной инициативы) было принято решение о его отзыве.

Данное решение было выражено автором законодательной инициативы на пленарном заседании 25 декабря 2012 года до окончательного принятия Верховным Советом проекта в качестве закона. Подтверждением принятому решению служит Распоряжение Правительства от 25 декабря 2012 года № 836р «Об отзыве проекта закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год».

Однако 25 декабря 2012 года, уже после отзыва законопроекта субъектом права законодательной инициативы, Верховным Советом Закон Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» был принят (Постановление Верховного Совета № 1613). Таким образом, рассмотрение проекта закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» и голосование по существу после его отзыва Правительством производилось Верховным Советом, по мнению заявителя, в нарушение положения статьи 76 Регламента Верховного Совета, а также положения части третьей пункта 1 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

По мнению заявителя, отзыв законодательной инициативы автором влечет прекращение ее дальнейшего рассмотрения и обсуждения, а также исключает возможность принятия Верховным Советом в качестве закона и направления принятого законодательного акта Президенту Приднестровской Молдавской Республики для подписания и обнародования. Иное означало бы нарушение требований Регламента Верховного Совета, а также требования части третьей пункта 1 статьи 72 Конституции, согласно которым субъекты права законодательной инициативы участвуют в законотворческом процессе в Верховном Совете на всех его стадиях на равных основаниях и не могут быть в этом ограничены, если иное прямо не предусмотрено Конституцией Приднестровской Молдавской Республики.

В силу изложенного, руководствуясь частью первой пункта 6 статьи 71 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, Президент Приднестровской Молдавской Республики находит принятый Закон Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» не имеющим силы и не подлежащим применению. Заявитель считает, что несоблюдение вытекающих из Конституции процедурных правил, имеющих существенное значение и влияющих на принятие решения, позволяет констатировать противоречие этого решения Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Президент Приднестровской Молдавской Республики просил Конституционный суд проверить Закон Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» на соответствие части первой пункта 6 статьи 71 и части третьей пункта 1 статьи 72 Конституции во взаимосвязи со статьей 76 Регламента Верховного Совета.  

В своем отказном определении Суд отметил, что в соответствии с действующей редакцией статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» полная либо частичная отмена акта, конституционность которого оспаривается, к началу либо в период рассмотрения дела не является основанием для прекращения производства по делу. Таким образом, названная норма исключает возможность прекращения производства по делу или отказа в принятии к рассмотрению лишь в случае утраты силы акта путем его отмены к началу либо в период рассмотрения дела. В данном случае речь идет о временном отрезке от начала производства в Конституционном суде и до момента вынесения судебного решения по делу. Однако, подчеркнул Суд, такая проверка невозможна, если оспариваемые нормы отменены или утратили силу по иным основаниям до начала производства в Конституционном суде. В этом случае Конституционный суд отказывает в принятии обращения к рассмотрению. Конституционный суд, тем самым, подтвердил свою правовую позицию, выраженную в Определение от 3 марта 2015 года № 02 – О/15.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики» действие правовых актов начинается с момента их вступления в силу и прекращается в момент утраты ими юридической силы. Пункт 1 статьи 34 названного Закона определяет случаи утраты юридической силы правовыми актами органов государственной власти и управления. Одним из таких случаев является истечение срока его действия, если правовой акт издан на определенный срок (подпункт а) пункта 1 статьи 34).

Закон о республиканском бюджете на 2013 финансовый год вступил в силу с 1 января 2013 года (статья 79 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год»). Финансовый год на территории Приднестровской Молдавской Республики установлен в 12 месяцев – с 1 января по 31 декабря (часть тридцать третья статьи 8 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О бюджетной системе в Приднестровской Молдавской Республике»). Таким образом, отметил Суд, до обращения заявителя 24 февраля 2015 года в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с запросом, положения оспариваемого Закона утратили юридическую силу.

Суд пришел к выводу, что поскольку Закон Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» утратил юридическую силу до обращения Президента Приднестровской Молдавской Республики в Конституционный суд, его запрос на основании части второй статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не может быть признан допустимым и, следовательно, не может быть принят к рассмотрению.

Суд отметил, что в соответствии со статьей 91 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» запрос в Конституционный суд о проверке конституционности правового акта органа государственной власти либо его отдельных положений допустим, если, в том числе, заявитель считает их не подлежащими действию из-за неконституционности.

Как следует из запроса Президента, целью его обращения в Конституционный суд является признание оспариваемого Закона не соответствующим Конституции Приднестровской Молдавской Республики, то есть не имеющим силы и не подлежащим применению. Согласно части третьей статьи 85 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу. Это означает, отметил Суд, что с момента начала действия решения Конституционного суда данный акт или его положения не должны исполняться, применяться или реализовываться иным способом. Этот акт или положение не может служить также основой для принятия других правовых актов. Однако положения Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год» в любом случае не подлежат применению после 31 декабря 2013 года ввиду утраты юридической силы и исключения из системы правового регулирования. Следовательно, пришел к выводу Суд, запрос Президента не соответствует критерию допустимости, установленному статьей 91 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как он не соответствует критерию допустимости. Руководствуясь подпунктом б) части первой статьи 50, статьями 78, 85, 91 и 92 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд

отказал в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2013 год», поскольку он не отвечает требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», в соответствии с которыми обращение может быть признано допустимым [33].

Конституционный суд рассмотрел в открытом судебном заседании вопрос о принятии к рассмотрению запроса Прокурора Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 4 марта 2022 года № 76 «О временном механизме принятия и финансировании бюджетных обязательств».

Пункт 3 оспариваемого Постановления устанавливает пределы принятия и (или) исполнения обязательств по целевым бюджетным фондам, планы расходов по которым предусмотрены Законом Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год». Пределы исполнения обязательств установлены по целевым бюджетным фондам в общей сумме и в отдельности по Дорожному фонду, Республиканскому экологическому фонду, Фондам капитальных вложений, развития мелиоративного комплекса, поддержки молодежи, развития предпринимательства, поддержки сельского хозяйства.

Пункт 1 оспариваемого Постановления содержит указание главным распорядителям бюджетных средств   не осуществлять до особого распоряжения принятие обязательств по перечисленным целевым бюджетным фондам за пределами сумм, установленных в пункте 3. Кроме того, в соответствии с пунктом 1 Постановления главные распорядители бюджетных средств не осуществляют (до особого распоряжения) принятие обязательств по Фонду поддержки территорий городов и районов Приднестровской Молдавской Республики за исключением конкретных перечисленных мероприятий в пределах установленных сумм.

Аналогичные условия принятия и исполнения обязательств установлены по реализации других отдельных направлений, мероприятий и государственных программ, планы расходов по которым предусмотрены Законом Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год».

В соответствии с пунктом 2 оспариваемого Постановления финансирование из средств республиканского бюджета расходов на возврат кредитов (займов) по внутреннему государственному долгу, за оговоренным исключением, приостанавливается до особого распоряжения.

В запросе утверждается, что оспариваемым Постановлением во изменение норм Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год» фактически приостановлено действие утвержденных данным Законом направлений финансирования по целевым бюджетным фондам, расходов на возврат кредитов (займов) по внутреннему государственному долгу и иным направлениям.

По мнению заявителя, Правительство Приднестровской Молдавской Республики, приняв оспариваемое Постановление, нивелировало положение части второй пункта 1 статьи 96 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, согласно которому право распоряжения государственными финансами принадлежит исключительно соответствующим органам исполнительной власти и только в соответствии с законодательным актом, принятым Верховным Советом. Принятие оспариваемого акта не соответствует принципу разделения властей и противоречит пункту 2 статьи 96 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, в соответствии с которым никакие государственные средства не могут быть израсходованы и никакие денежные обязательства не могут быть приняты иначе, как в порядке и пределах, установленных законом.

На основании изложенного заявитель просил проверить соответствие норм Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 4 марта 2022 года № 76 «О временном механизме принятия и финансирования бюджетных обязательств» статьям 6, 55 (часть первая пункта 2), 96 (часть вторая пункта 1 и пункт 2) Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Суд отметил, что менее чем за пять месяцев с момента принятия оспариваемого Постановления в него было внесено 18 изменений и дополнений (от 14, 23, 28, 30 марта; от 5, 11, 22, 26 апреля; от 4, 10, 13, 16, 17, 26 мая; от 1, 8, 10, 15 июня 2022 года).

После обращения Прокурора в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 4 марта 2022 года № 76 «О временном механизме принятия и финансирования бюджетных обязательств» оно было отменено (Постановление от 2 августа 2022 года № 284).

В связи с отменой оспариваемого акта Председатель Правительства обратился в Конституционный суд с ходатайством об отказе в принятии к рассмотрению запроса Прокурора по основанию, предусмотренному подпунктом г) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

В соответствии с подпунктом г) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» в случае, если акт, конституционность которого оспаривается, был отменен или утратил силу, Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению.

При изложенных обстоятельствах Конституционный суд расценил отмену оспариваемого Постановления от 4 марта 2022 года № 76 как признание Правительством его несовершенства, а также обоснованности аргументов запроса Прокурора, основанных на нормах Конституции Приднестровской Молдавской Республики и правовых позициях органа конституционного контроля, сформированных в Постановлении от 20 ноября 2007 года № 10-П/07.

Принимая решение об отказе в принятии запроса к рассмотрению, Суд вместе с тем посчитал целесообразным дать оценку доводу заявителя о том, что оспариваемое Постановление фактически приостановило действие утвержденных Законом Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год» направлений финансирования по целевым бюджетным фондам, расходов на возврат кредитов (займов) по внутреннему государственному долгу и иным направлениям.

По мнению Конституционного суда, оспариваемым Постановлением приостановлено не только действие направлений финансирования, утвержденных Законом Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год», но и прежде всего - действие самих норм данного Закона, утвердивших финансирование указанных направлений.

Наиболее частыми причинами приостановления действия законов являются их необеспеченность соответствующими финансовыми средствами, отсутствие надлежащих механизмов реализации, необходимость решения задач по сбалансированию бюджета. Конституционно-правовая сущность приостановления действия закона заключается в прекращении выполнения государством какой-либо части взятых на себя обязательств. Исходя из этого, приостановление на неопределенный срок финансирования из средств республиканского бюджета, в соответствии с оспариваемым Постановлением, означает прекращение выполнения государством определенной части принятых на себя обязательств.      

Приднестровская Молдавской Республика как правовое и социальное государство не может произвольно отказываться от выполнения принятых на себя обязательств. Поэтому изменение (в том числе посредством временного регулирования) ранее установленных в законе о бюджете правил должно осуществляться именно законодателем, который призван обеспечивать стабильность правового регулирования, предсказуемость законодательной политики государства в социальной сфере.

Приостановление действия закона представляет собой правовой механизм, используемый в определенных целях именно законодательным органом. Закон регулирует важнейшие общественные отношения. Его отличают такие свойства, как высшая сила, общеобязательность, особый порядок принятия. Эти и другие свойства закона определяют его особое место в системе нормативных правовых актов. Высокое регулятивное значение законов подчеркивается положениями статей 65 (пункт 3), 76-6 (пункт 3) Конституции Приднестровской Молдавской Республики, из которых следует, что указы и распоряжения Президента, а также постановления и распоряжения Правительства не должны противоречить законам Приднестровской Молдавской Республики, которые имеют над ними высшую силу.

К особенностям законов и их отличию от других форм нормативных актов относится их устойчивость, стабильность и относительная неизменность. Эти свойства, однако, не исключают возможности изменения закона. В случаях, когда обнаруживается острая потребность приведения законодательного регулирования в соответствие с существующей реальностью, в законы могут вноситься изменения и дополнения.

По общему правилу, нормативный правовой акт может быть признан утратившим силу, дополнен или изменен более поздним актом равной или более высокой юридической силы. Данное правило, по мнению Конституционного суда, распространяется также и на порядок приостановления действия нормативного правового акта.

Особенности приостановления действия закона вытекают из самой правовой природы данной формы правового акта. Закон может быть приостановлен исключительно Верховным Советом как единственным законодательным органом в особой процедуре, которая предусмотрена для принятия самого закона, его изменения или дополнения. Приостановление действия закона возможно лишь с учетом конституционных положений о приоритете законодателя в данной сфере. Поэтому действие закона может быть приостановлено лишь равным ему по юридической силе законом, но никак не подзаконным актом.

Между тем, отметил Суд, оспариваемое Постановление Правительства, которым приостановлено на неопределенный период действие норм Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год», является подзаконным актом. Пункт 1 статьи 76-6 Конституции Приднестровской Молдавской Республики устанавливает подзаконный характер постановлений и распоряжений Правительства, которые издаются на основании и во исполнение Конституции Приднестровской Молдавской Республики, законов, указов Президента. Из этого следует обязанность Правительства соблюдать границы компетенции, установленной Конституцией и законами, следовать принципу разделений властей.     

Оспариваемое Постановление приостановило действие норм Закона Приднестровской Молдавской Республики «О республиканском бюджете на 2022 год». Поскольку данный Закон создает необходимые финансовые условия для реализации норм, закрепленных в других законах, изданных до его принятия и предусматривающих финансовые обязательства государства, приостановление действия его норм влечет за собой фактическое приостановление действия и других законов.

Таким образом, отметил Суд, оспариваемый подзаконный акт фактически приостановил действие ряда законов, предусматривающих финансовые обязательства государства, что является самостоятельным и достаточным основанием для его отмены, состоявшейся 2 августа 2022 года.

На основании изложенного, руководствуясь подпунктом г) статьи 50, Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению запроса Прокурора Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 4 марта 2022 года № 76 «О временном механизме принятия и финансирования бюджетных обязательств» ввиду несоответствия требованию Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики [34].

5. Формируя процессуальную правовую позицию, Конституционный суд толкует не только нормы Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Она вырабатывается и посредством легального толкования статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, закрепляющей общие положения о конституционном судопроизводстве и устанавливающей компетенцию Конституционного суда.

В практике Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики есть примеры аргументирования им процессуальной правовой позиции не только нормами Конституционного закона о Конституционном суде, но и положениями Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Так, Правительство Приднестровской Молдавской Республики обратилось в Конституционный суд с запросом, в котором просит дать заключение о соответствии Конституции Приднестровской Молдавской Республики Закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О таможенном тарифе» и Закона Приднестровской Молдавской Республики   «О внесении изменений и дополнений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О бухгалтерском учете и финансовой отчетности» в части соблюдения порядка их внесения, рассмотрения и принятия.

Как следует из запроса, оспариваемые законодательные акты были приняты Верховным Советом с нарушениями процедур  внесения, рассмотрения и принятия, установленных Законом Приднестровской Молдавской Республики «О Регламенте Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики», который в соответствии с пунктом 1 статьи 69 Конституции Приднестровской Молдавской Республики определяет деятельность Верховного Совета. Упомянутые акты были внесены на рассмотрение в Верховный Совет без необходимого финансово-экономического обоснования и прогноза социально-экономических последствий его принятия. Ко второму чтению был внесен ряд поправок, изменяющих первоначальную концепцию закона. Отсутствие спрогнозированного социально-экономического результата и неопределенность в вопросе предстоящих финансовых затрат в течение бюджетного года, а также отрицательное заключение Правительства не были приняты во внимание Верховным Советом.

Заявитель просил Суд дать заключение о соответствии оспариваемых норм требованиям части второй пункта 1 статьи 69 Конституции Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи с пунктом 6 статьи 71 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, пункту 4 статьи 97 Конституции Приднестровской Молдавской Республики в части соблюдения порядка их внесения, рассмотрения и принятия.

Конституционный суд, изучив представленные заявителем материалы, не нашел оснований для принятия запроса Правительства к рассмотрению.

Как следует из запроса и приложенных к нему материалов, оспариваемые Законы были приняты Верховным Советом и направлены для подписания Президенту Приднестровской Молдавской Республики, который оставил их без рассмотрения. На момент обращения заявителя в Конституционный суд оспариваемые Законы главой государства не подписаны и не обнародованы официально, не вступили в силу, что исключает возможность их проверки на соответствие Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Возможность оспорить конституционность не вступивших в силу законов заявитель обосновывает ссылкой на подпункт г) пункта 2 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с данной нормой Конституционный суд в части осуществления конституционного контроля дает заключения в случаях, оговоренных Конституцией. По мнению заявителя, признание законопроекта не имеющим силы и не подлежащим применению ввиду нарушения процедуры внесения, рассмотрения и принятия осуществляется решением Конституционного суда в виде заключения. Однако по мнению Суда, такое понимание, не основанное на законе, означало бы возможность предварительного нормоконтроля, что не входит в компетенцию Конституционного суда. Дела о соответствии правовых актов органов государственной власти Конституции по запросам уполномоченных субъектов могут быть рассмотрены только в порядке главы 10 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Именно в указанном порядке устанавливается нарушение процедуры внесения, рассмотрения и принятия законопроекта (подпункт в) части первой статьи 92 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»). Итоговое решение по делу о соответствии правовых актов органов государственной власти Конституции именуется постановлением, а не заключением, о даче которого просит заявитель. В случае признания нормативного акта либо его отдельных положений неконституционными они утрачивают силу и не подлежат применению, на что указывается в резолютивной части постановления. В отличие от постановления, решение Конституционного суда в виде заключения не влечет указанных последствий. Из изложенного Конституционный суд вывел правовую позицию, согласно которой он неправомочен давать заключения о соответствии Конституции законов, не подписанных главой государства, не обнародованных официально и, следовательно, не вступивших в законную силу и не подлежащих применению.

Суд отметил, что в соответствии с Конституцией Конституционный суд разрешает дела о конституционности законов (в том числе конституционных), а также правовых актов, принимаемых Верховным Советом  (подпункт а) пункта 1 статьи 87). Нарушение процедуры внесения, рассмотрения и принятия законопроекта делает его не имеющим силы и не подлежащим применению. Вопрос об этом решается в судебном порядке (пункт 6 статьи 71).

Конституционный закон Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» (подпункт 1) подпункта а) части первой статьи 9) воспроизводит и конкретизирует это полномочие Конституционного суда.

Так, проверка конституционности правовых актов органов государственной власти осуществляется в том числе по порядку их подписания, принятия, опубликования или введения в действие (подпункт в) части первой статья  92).

Оспаривая  конституционность правовых актов органов государственной власти, заявитель, как правило, добивается признания их не подлежащими действию из-за неконституционности (статья 91).

По итогам рассмотрения дела о проверке конституционности нормативного акта органа государственной власти Конституционный суд может принять решение о признании его не соответствующим Конституции (статья 93). Нарушение установленной Конституцией процедуры рассмотрения, принятия или вступления в силу правовых актов является основанием для признания их неконституционными полностью либо в их отдельных частях (подпункт б) статьи 11).

Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу (статья 85), что исключает возможность их применения.

Суд отметил, что оспариваемые в запросе Законы, принятые Верховным Советом, не подписанные и не обнародованные официально главой государства, не имеют юридической силы и не подлежат применению. Поскольку в соответствии с конституционным установлением неопубликованные законы не применяются (статья 71 пункта 4), вопрос о признании их не имеющими силы и не подлежащими применению ввиду нарушения процедуры внесения, рассмотрения и принятия в судебном порядке не решается.

Вывод о том, указал Суд, что законы, не вступившие в силу, не могут быть предметом рассмотрения Конституционного суда, не противоречит правовой позиции Конституционного суда, высказанной в Постановлении от 25 мая 2010 года № 01-П/10.

В названном Постановлении Конституционный суд дал толкование используемого в части первой пункта 1 статьи 65 Конституции Приднестровской Молдавской Республики (ныне пункт 1 статьи 73) понятия «принятый законодательный акт». Как следует из толкования Конституционного суда, понятием «принятый законодательный акт» охватываются конституционные законы и законы, принятые Верховным Советом в конституционно установленных процедурах рассмотрения. Речь идет о порядке рассмотрения и принятия в заседаниях Верховного Совета законов (в том числе кодексов, законов о внесении изменений и дополнений в действующие законы), изменений в Конституцию и принятия конституционных законов, а также о порядке повторного рассмотрения и одобрения законов, ранее отклоненных Президентом Приднестровской Молдавской Республики. В данном случае понятие «принятый законодательный акт» используется для обозначения завершения стадии законодательного процесса, предшествующей направлению принятого закона Президенту Приднестровской Молдавской Республики для подписания и обнародования.

В то же время, отметил Суд, в подпункте а) пункта 1 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, на который ссылается заявитель, речь идет о законах и правовых актах, принимаемых Верховным Советом, как о виде правовых актов органов государственной власти, дела о конституционности которых разрешает Конституционный суд. Тем самым Конституция Приднестровской Молдавской Республики, определяя компетенцию Конституционного суда, отграничивает законы и постановления, принимаемые Верховным Советом, от правовых актов Президента и Правительства Приднестровской Молдавской Республики, министерств, ведомств и иных органов государственной власти, местного самоуправления.

Следует подчеркнуть, что толкование понятия «принятый законодательный акт» Конституционным судом дано только в рамках рассмотренного запроса, что оговорено в пункте 3 мотивировочной части Постановления от 25 мая 2010 года  № 01-П/10. Поэтому данное толкование не может служить основанием для осуществления Конституционным судом предварительного нормоконтроля в отношении законодательных актов, принятых Верховным Советом, но не подписанных и не обнародованных официально главой государства. В противном случае возможность оспорить конституционность принятых Верховным Советом законов неизбежно повлечет нарушение безусловных конституционных требований о сроках их подписания главой государства.

Суд отметил, что Законы Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О таможенном тарифе» и «О внесении изменений и дополнений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О бухгалтерском учете и финансовой отчетности» на момент обращения Правительства в Конституционный суд с настоящим запросом главой государства не подписаны и не обнародованы официально. В сложившейся ситуации в соответствии с безусловными требованиями пункта 2 статьи 73 Конституции Приднестровской Молдавской Республики Президент обязан подписать и обнародовать названные Законы.

Конституционный суд подтвердил ранее высказанную правовую позицию, в соответствии с которой глава государства в течение 14-дневного срока обязан подписать либо отклонить принятый Верховным Советом закон, а решение об отклонении закона, заявленное по истечении указанного срока, не имеет значения вето и не порождает предусмотренные Конституцией юридические последствия (Постановление от 25 мая 2010 года № 01-П/10).

Лишь после подписания и обнародования оспариваемых Законов Конституционный суд вправе рассмотреть запрос о проверке их конституционности по любому из оснований, предусмотренных статьей 92 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», в том числе по порядку принятия. Указание на необходимость подписания и обнародования оспариваемых   Законов не может расцениваться как подтверждение их соответствия или несоответствия Конституции, в том числе в части соблюдения процедуры внесения, рассмотрения и принятия.

Поскольку оспариваемые Законы не вступили в силу и возможность их проверки на соответствие Конституции исключается, Суд пришел к выводу, что запрос не отвечает требованию допустимости, предусмотренному статьей 91 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и на основании подпункта б) части первой статьи 50 указанного Закона принял решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению [35].

Процесс разрешения дела в Конституционном суде начинается с подборки и анализа правовых норм Конституции и иных нормативных правовых актов по конкретному делу, из взаимосвязанных положений которых рождается правовая позиция. Выработка же правовой позиции предшествует по времени как окончательному выводу Суда по делу, так и процессу закрепления его в документальной форме – в виде постановления либо определения Конституционного суда. Кроме того, Суд при принятии очередного решения руководствуется не ранее принятым постановлением или определением, а правовой позицией по тому или иному вопросу [10]. Такая формулировка содержится практически во всех последующих актах Конституционного суда, связанных по смыслу с вынесенным ранее решением по определенному делу.

Так, Конституционный суд рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» по жалобе граждан Шаповалова О.Д. и Гаджулы Д.А.

Из жалобы и представленных документов Суд установил, что Шаповалов О.Д. и Гаджула Д.А. зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица и имеют патенты на занятие предпринимательской деятельностью по перевозке пассажиров автомобильным транспортом с числом посадочных мест не более пяти. Решением Арбитражного суда Приднестровской Молдавской Республики от 21 октября 2015 года по заявлению Налоговой инспекции по городу Дубоссары и Дубоссарскому району с Шаповалова О.Д. взысканы недоимка по сбору за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными и легковыми такси за март 2015 года в сумме 201 рубль, пеня за просрочку платежа в размере 0,82 копейки и финансовая санкция в сумме 201 рубль. Аналогичное решение вынесено Арбитражным судом Приднестровской Молдавской Республики и в отношении Гаджулы Д.А.

В обоснование решений Арбитражный суд сослался на подпункт е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». В соответствии с указанной нормой система местных налогов включает сбор за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными и легковыми такси. Сбор вносят юридические и физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа маршрутными и легковыми такси, в следующем порядке: 1) с 1 (одного) маршрутного такси - по фиксированной ставке, не превышающей 70 РУ МЗП в месяц; 2) с 1 (одного) легкового такси – по фиксированной ставке, не превышающей 20 РУ МЗП в месяц.

Законом Приднестровской Молдавской Республики от 6 июня 2016 года № 149-З-VI «О дополнительных мерах, направленных на стабилизацию экономики Приднестровской Молдавской Республики» в оспариваемую норму внесено изменение, согласно которому со дня вступления в силу указанного Закона и до 31 декабря 2017 года с одного легкового такси за стоянку, парковку и использование пунктов остановки установлена фиксированная ставка в размере, не превышающем 10 РУ МЗП в месяц.

По мнению граждан Шаповалова О.Д. и Гаджулы Д.А., положения подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» нарушают конституционное право собственности, закрепленное статьей 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, и противоречат статьям 17, 99 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Заявители просят Конституционный суд проверить конституционность оспариваемой нормы.

Исследовав материалы дела и доводы сторон, Конституционный суд пришел к выводу, что жалоба граждан Шаповалова О.Д. и Гаджулы Д.А. не соответствует требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», ввиду чего производство по делу подлежит прекращению.

В своем решении Суд указал, что в соответствии с Конституцией каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом, экономической деятельности (статья 36). Каждый обязан платить налоги и местные сборы, установленные законом (статья 52). Никто не может быть принужден к выплате налогов и других обязательных платежей, установленных не по закону, или расчет и взимание которых осуществляются не по закону либо в ином порядке, чем это предусмотрено законом (часть вторая пункта 2 статьи 98). Верховный Совет посредством принятия законодательных актов устанавливает республиканские налоги и сборы, перечень местных налогов и сборов, порядок их взимания и введения (подпункт а) пункта 2 статьи 70).

Суд отметил, что, анализируя положения статей 52 и 98 (часть вторая пункта 2) Конституции Приднестровской Молдавской Республики, Конституционный суд в Определении от 28 октября 2014 года № 10-О/14 пришел к выводу, что налоги и платежи следует считать «установленными законом», если они установлены законодательным органом, в надлежащей форме, в предусмотренном законом порядке и введены в действие в соответствии с действующим законодательством. Налоги и сборы, взимаемые не на основании закона, не могут считаться «законно установленными». При этом налог или сбор лишь тогда может считаться установленным законом, когда все существенные элементы налогового обязательства зафиксированы именно законом. Если существенные элементы налога не определены именно законом, такой налог нельзя признать установленным в конституционно-правовом смысле.

По мнению Суда, сбор за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными такси, установленный оспариваемой нормой, соответствует перечисленным признакам, а поэтому его следует считать «установленным законом». Названный сбор установлен Верховным Советом как единственным законодательным органом государственной власти Приднестровской Молдавской Республики посредством принятия законодательного акта в предусмотренном законом порядке и введен в действие в соответствии с действующим законодательством.

Оспариваемая норма Закона содержит необходимые существенные элементы налогового обязательства, отвечающие требованиям пункта 1 статьи 9 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». Так, плательщиками сбора определены юридические и физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа маршрутными и легковыми такси; сбор вносится за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными и легковыми такси; сбор вносится по фиксированной ставке, не превышающей установленного размера расчетного уровня минимальной заработной платы в месяц, дифференцировано с маршрутного и легкового такси; сбор включен в систему местных налогов.  

Таким образом, отметил Суд, поскольку сбор за стоянку, парковку и использование пунктов остановки маршрутными и легковыми такси установлен законом, он подлежит безусловной уплате в соответствии со статьей 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

По утверждению заявителей, оспариваемая норма не соответствует статье 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В соответствии с данной конституционной нормой государство гарантирует каждому право собственности (часть первая). Собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом (часть вторая). Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как по решению суда (часть третья). Осуществление права собственности не должно наносить вреда окружающей среде, историко-культурным ценностям, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц, государства (часть четвертая).

Вместе с тем Конституционный суд считает, что право собственности и свобода предпринимательской и иной, не запрещенной законом, экономической деятельности, не будучи абсолютными, могут быть ограничены законом. В силу статьи 18 Конституции Приднестровской Молдавской Республики ограничение прав и свобод человека и гражданина допускается в случаях, предусмотренных законом, в интересах государственной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц.

Суд подчеркнул, что в рамках конституционного обязательства по уплате налогов и местных сборов на налогоплательщика возложена публично-правовая обязанность платить законно установленные налоги и сборы. Эта обязанность имеет особый, а именно публично-правовой, а не частно-правовой характер, что обусловлено публично-правовой природой государства и государственной власти. Публично-правовой характер обязанности платить налоги и сборы исследован в ряде решений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, в том числе в Постановлении от 14 февраля 2006 года № 02-П/06 по делу о проверке конституционности части первой пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» по жалобе гражданина Жуева В.Г.

В названном решении Суд высказал свою правовую позицию, указав, что налог является необходимым условием существования государства, ввиду чего обязанность платить налоги распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства. В обязанности платить установленные законом налоги и сборы воплощен публичный интерес всех членов общества. Поэтому государство вправе и обязано принимать меры по регулированию налоговых правоотношений в целях защиты прав и законных интересов не только налогоплательщиков, но и других членов общества. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Взыскание налога не может расцениваться как произвольное лишение собственника его имущества, - оно представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности.

При этом налогоплательщику во всяком случае гарантируется вытекающее из статьи 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики право на обжалование в суд незаконных решений и действий (бездействия) налоговых органов и их должностных лиц.

Таким образом, Суд пришел к выводу, что сбор, установленный оспариваемой нормой, представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности и, следовательно, не затрагивает право собственности заявителей, гарантированное статьей 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.   

Суд отметил, что в целях обеспечения регулирования налогообложения, в соответствии с Конституцией принцип равенства требует учета фактической способности к уплате налога, исходя из правовых принципов справедливости и соразмерности. Принцип равенства в социальном государстве в отношении обязанности платить законно установленные налоги и сборы предполагает, что равенство должно достигаться посредством справедливого перераспределения доходов и дифференциации налогов и сборов.

На законы о налогах и сборах в полной мере распространяется положение статьи 18 Конституции Приднестровской Молдавской Республики о том, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены законом в той мере, в какой это соответствует определенным конституционно значимым целям.

Принцип равного налогового бремени, отметил Суд, вытекает из статей 4, 17 и 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В сфере налоговых отношений он означает, что не допускается установление дополнительных, а также повышенных по ставкам налогов в зависимости от формы собственности, организационно-правовой формы предпринимательской деятельности, местонахождения налогоплательщика и иных, носящих дискриминационный характер, оснований.

В налогообложении равенство понимается, прежде всего, как равномерность, нейтральность и справедливость налогообложения. Это означает, подчеркнул Суд, что одинаковые экономические результаты деятельности налогоплательщиков должны влечь одинаковое налоговое бремя, и что принцип равенства налогового бремени нарушается в тех случаях, когда определенная категория налогоплательщиков попадает в иные, по сравнению с другими налогоплательщиками, условия, хотя между ними нет существенных различий.

Заявители усматривают нарушение принципа равенства всех перед законом в том, что сбор, установленный оспариваемой нормой, распространяется только на физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа, но не распространяется на иных физических лиц, управляющих транспортными средствами. По мнению Конституционного суда, данное обстоятельство не является нарушением принципа равенства всех перед законом, который гарантирует одинаковые права и обязанности для субъектов, относящихся к одной категории, и не исключает возможность установления различных условий для других категорий субъектов (в данном случае для юридических и физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа, с одной стороны, и иных физических лиц - с другой стороны). Такие различия, однако, не могут быть произвольными, они должны основываться на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов.

Гражданин, начиная предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров, то есть получая в дополнение к общему для всех граждан статусу новые возможности, позволяющие заниматься деятельностью, направленной на получение прибыли, принимает на себя связанные с нею риски и возможные ограничения и должен нести дополнительные обременения. Поэтому, считает Суд, оспариваемая норма, распространяясь в равной мере на всех юридических и физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность по перевозке пассажиров и багажа независимо от организационно-правовой формы, как на особую категорию субъектов уплаты сбора, с этой точки зрения не противоречит принципу равенства перед законом, установленному статьей 17 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Таким образом, Суд пришел к выводу, что оспариваемое законодательное регулирование не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителей, перечисленные в жалобе, а сама жалоба не может быть признана допустимой. Кроме того, поскольку сбор, установленный оспариваемой нормой, включен в систему местных налогов, данное законодательное регулирование не противоречит статье 99 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, в соответствии с которой налоговая система государства нацелена на благо и пользу населения, удовлетворение финансовых потребностей государства, на справедливое распределение доходов и национального богатства, стимулирование национального производства.

На основании подпункта б) статьи 50 и статьи 75 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд прекратил производство по делу о проверке конституционности подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» по жалобе граждан Шаповалова О.Д. и Гаджулы Д.А. ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [36].

В своей жалобе в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики гражданин Волохов В.Н. оспорил конституционность пункта 1 статьи 287 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. Согласно обжалуемой норме гражданин вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) должностных лиц в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод, за исключением случаев, когда законодательными актами установлены иные сроки обращения.

Как следует из жалобы и приложенных к ней материалов, решением Тираспольского городского суда от 5 октября 2018 года, оставленным без изменения определением кассационной инстанции, Волохову В.Н. отказано в удовлетворении заявления о признании ненормативного правового акта - Указания начальника Управления по делам миграции Министерства внутренних дел от 19 июля 2006 года №  17 – недействительным в связи с пропуском заявителем предусмотренного пунктом 1 статьи 287 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики трехмесячного срока для обращения в суд за защитой своих прав.

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение противоречит статьям 16, 46, 81 (пункт 3) Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку позволяет судам не принимать во внимание доводы заявителя относительно сроков обращения с заявлением в суд, не разрешать дела по заявленным требованиям, тем самым не защищать нарушенные права граждан в судебном порядке. Поэтому гражданин Волохов В.Н. просил Конституционный суд признать оспариваемую норму не соответствующей названным статьям Основного Закона государства.

Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, изучив представленные заявителем материалы, не нашел оснований для принятия его жалобы к рассмотрению по следующим основаниям.

В соответствии с подпунктом з) части второй статьи 44 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» в обращении заявителем должна быть изложена позиция по поставленному вопросу и её правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции. Настаивая на противоречии оспариваемого законоположения статье 16 Конституции, гражданин Волохов В.Н. не привел правовых доводов относительно того, в чем конкретно он усматривает посягательство на закрепленные в названной статье Конституции положения о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью общества и государства, защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства, а основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Суд пришел к выводу, что в этой части жалоба заявителя не соответствует названным требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Ссылаясь в жалобе на то, что оспариваемая норма ущемляет право на судебную защиту (статья 46 Конституции), гражданин Волохов В.Н. связывает это с тем, что суды не рассматривают по существу заявленные требования, не защищают права и свободы граждан, не принимают во внимание доводы заявителя о сроках обращения с заявлением в суд.

В своем решении Суд отметил, что закрепление законодателем в пункте 1 статьи 287 Гражданского процессуального  кодекса пресекательного срока (три месяца) для обращения в суд за защитой прав и свобод, а также порядка исчисления этого срока по делам, связанным с оспариванием ненормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) должностных лиц, является прерогативой Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики в силу статей 67, 70 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Из права на судебную защиту, как оно сформулировано в статье 46 Конституции, не вытекает возможность выбора заинтересованным лицом по своему усмотрению конкретных форм и способов, в том числе порядка, сроков реализации такого права, которые с соблюдением требований Конституции устанавливаются законом.

К числу таковых относится и Гражданский процессуальный кодекс Приднестровской Молдавской Республики, определяющий, в частности, трехмесячный срок для обращения в суд с заявлениями об оспаривании ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) должностных лиц, который исчисляется со дня, когда заявителю стало известно о нарушении его прав и свобод.

Установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями об оспаривании ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) должностных лиц обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку несоблюдение установленного срока, согласно статье 125 и пункту 3 статьи 287 Гражданского процессуального кодекса, не является основанием для отказа в принятии заявлений об оспаривании ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан. Вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению. Более того, оспариваемое законоположение, находясь в системной взаимосвязи с другими нормами, не позволяет суду при разрешении вопроса о причинах пропуска процессуального срока игнорировать или произвольно отклонять заявления и ходатайства по этому поводу, не приводя фактических и правовых мотивов отказа в удовлетворении заявленных требований гражданину. В любом случае в установленном порядке вынесенное судебное решение может быть обжаловано и в кассационную инстанцию.

При таких обстоятельствах Суд пришел к выводу, что нет оснований полагать, что оспариваемый пункт статьи 287 Гражданского процессуального кодекса нарушает конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.

Проверка же правильности исчисления судом установленного пунктом 1 статьи 287 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики срока в конкретном деле, как и в целом законности вынесенного судебного решения, на что фактически направлена жалоба, к компетенции Конституционного суда, как она установлена статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статьей 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», не относится.

Суд также указал, что не может быть принят во внимание и другой довод заявителя о противоречии оспариваемого законоположения пункту 3 статьи 81 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку Конституционный суд ранее высказал правовую позицию, что проверка правовых актов на предмет их соответствия нормам, расположенным вне раздела II Конституции, не может быть осуществлена, поскольку граждане могут обращаться в Конституционный суд только с жалобами на нарушения прав и свобод человека и гражданина, предусмотренных конкретными статьями Конституции (Определения от 9 апреля 2019 года № 03-О/19, от 17 сентября 2019 года № 07-О/19).

Таким образом, Суд признал, что жалоба гражданина Волохова В.Н. не соответствует критерию допустимости, закрепленному в подпункте а) статьи 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

В соответствии с подпунктами а), б) статьи 50 названного Конституционного закона Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Волохова В. Н. на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина в результате применения оспариваемой нормы как не отвечающей критериям допустимости и подведомственности [37].

Гражданка Поцела В.Н. обратилась в Конституционный суд с индивидуальной жалобой, в которой оспаривала конституционность статей 836, 837, 838 и 840 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики. Из жалобы и представленных документов следует, что названные нормы применены в решении Бендерского городского суда от 2 апреля 2008 года при рассмотрении гражданского дела по иску к заявительнице. Данным решением с гражданки Поцела В.Н. взыскан долг и задолженность по процентам. Как утверждает заявительница, в результате применения оспариваемых норм нарушено установление статьи 17 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, которое заявительница понимает как принцип равноправия сторон.

Нарушение своих конституционных прав и свобод гражданка Поцела В.Н. усматривает в том, что решение Бендерского городского суда от 2 апреля 2008 года основано на оспариваемых нормах Гражданского  кодекса, а не на нормах, которые, по ее мнению, подлежали применению в деле.

По мнению заявительницы, при рассмотрении ее дела суду надлежало руководствоваться статьями 153 и 334 (пункты 1 и 2) Гражданского кодекса, частью третьей статьи 53 Гражданско-процессуального кодекса, а также подпунктом а) пункта 7 статьи 1, пунктом 1 статьи 2, пунктом 6 статьи 6 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О валютном регулировании и валютном контроле».

В своем отказном решении Суд указал, что в соответствии со статями 102, 103 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принимает к рассмотрению жалобы граждан на нарушение законом, нормативным актом их конституционных прав и свобод лишь при условии, что оспариваемые законы, нормативные акты применены или подлежат применению в деле заявителя и затрагивают конституционные права и свободы граждан.

В жалобе гражданки Поцела В.Н. указано, что в результате применения судом оспариваемых норм нарушен принцип равноправия сторон, гарантированный статьей 17 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Между тем, отметил Суд,  в статье 17 Конституции не определяется принцип равноправия сторон в процессе. Равноправие сторон в процессе представляет собой один из основных принципов правосудия, который закреплен в статье 85 (пункт 2), а не в статье 17 Конституции, которую заявительница указывает в обоснование своей правовой позиции.

Статья 17 Конституции гарантирует равенство граждан перед законом без различия пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, убеждений, личного и общественного положения. Статьи 836, 837, 838 и 840 Гражданского кодекса определяют понятие и форму договора займа, порядок получения процентов на сумму займа, а также последствия нарушения заемщиком договора займа. По своему содержанию оспариваемые нормы не носят дискриминационного характера, не нарушают права и свободы заявительницы, поскольку сами по себе не могут препятствовать принципу равноправия граждан перед законом. Из изложенного Суд пришел к выводу, что основания для принятия Конституционным судом к рассмотрению жалобы гражданки Поцела В.Н., вытекающие из статей 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», отсутствуют.

В решении также отмечено, что, по утверждению заявительницы, суд при рассмотрении дела должен был применить не оспариваемые статьи Гражданского кодекса, а иные нормы законодательства Приднестровской Молдавской Республики. Таким образом, гражданка Поцела В.Н. оспаривает не содержание статей 836, 837, 838 и 840 Гражданского кодекса, а решение суда, на которых оно основано. Это означает, что заявительница, обращаясь в Конституционный суд с жалобой, по существу переносит в плоскость конституционного судопроизводства решение вопроса о том, нормой какого закона следует руководствоваться суду при разрешении конкретного гражданско-правового спора. Между тем, указано в правовой позиции Суда, выбор норм, подлежащих применению в конкретном деле, является прерогативой суда общей юрисдикции. Возложение этой обязанности на Конституционный суд означало бы использование конституционного судопроизводства вместо производства по гражданским делам, осуществляемого судами общей юрисдикции, и противоречило бы статьям 80, 86, 89 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Настаивая на неконституционности оспариваемых норм, заявительница фактически исходит из того, что решение Конституционного суда могло бы способствовать пересмотру ее гражданско-правового спора в суде общей юрисдикции. Однако проверка по жалобам граждан законности и обоснованности решений судебных органов, в том числе правильности выбора ими подлежащего применению закона, относится к компетенции вышестоящих инстанций судов общей юрисдикции.

На основании изложенного Суд пришел к выводу, что жалоба гражданки Поцела В.Н. не может быть принята Конституционным судом к рассмотрению, поскольку не отвечает вытекающим из Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» критериям допустимости и подведомственности.

Руководствуясь подпунктами а) и б) части первой статьи 50, статьями 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Поцела В. Н. о проверке конституционности оспариваемых норм Гражданского кодекса как не соответствующей критериям допустимости и подведомственности [38].

Конституционный суд в открытом судебном заседании рассмотрел вопрос о принятии к рассмотрению жалобы гражданина Приходченко Д.В. о проверке конституционности частей первой и второй статьи 168 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики («Помещение в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы»).

Как следует из жалобы и представленных материалов, в ходе предварительного расследования по уголовному делу в отношении Приходченко Д.В., подозреваемого в совершении хулиганства, следователь назначил ему амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу. Экспертная комиссия врачей-психиатров пришла к выводу, что ввиду неясной клинической ситуации психического состояния здоровья Приходченко Д.В. вынести решение в амбулаторных условиях не представляется возможным, и рекомендовала провести ему стационарную судебно-психиатрическую экспертизу.

По ходатайству следователя, основанному на этой рекомендации, судья Тираспольского городского суда принял решение о помещении Приходченко Д.В. в психиатрический   стационар   для производства в отношении его стационарной судебно-

психиатрической экспертизы. Данное решение суд принял на основании статьи 168 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

По мнению заявителя, положения частей первой и второй статьи 168  Уголовно-процессуального кодекса противоречат статье 20 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку позволили принудительно, безосновательно и незаконно направить его на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу и лишить его свободы на время ее проведения.

Конституционный суд, изучив доводы жалобы и представленные Приходченко Д. В. материалы, не нашел оснований для принятия ее к рассмотрению.

Статья 168 Уголовно-процессуального кодекса устанавливает, что, если при производстве судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы возникает необходимость в стационарном наблюдении, следователь помещает обвиняемого или подозреваемого в соответствующее медицинское учреждение, о чем указывается в постановлении о назначении экспертизы (часть первая). Помещение в лечебно-психиатрическое учреждение обвиняемого или подозреваемого, не содержащегося под стражей, производится по определению суда (часть вторая).

Из содержания оспариваемой нормы следует, что только суд вправе принимать решения о помещении подозреваемого или обвиняемого, не находящегося под стражей, в психиатрический стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы. Следовательно, подчеркнул Суд, оспариваемая норма направлена на обеспечение прав подозреваемых и обвиняемых, служит гарантией от произвольного помещения указанных лиц в психиатрический стационар и не предусматривает возможность проведения экспертизы без наличия на то оснований, закрепленных в законе.

Суд пришел к выводу, что оспариваемые заявителем нормы не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права и  свободы, а поэтому его жалоба не отвечает критерию допустимости обращений в Конституционный суд, предусмотренному статьей 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», и не может быть принята к рассмотрению.

Проверка же того, указал Суд, имелись ли основания для помещения Приходченко Д.В. в стационар с целью производства судебно-психиатрической экспертизы, относится к компетенции вышестоящих судебных органов общей юрисдикции, что подтверждается приложенными к жалобе материалами. Как следует из определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики, решение о помещении Приходченко Д.В. в психиатрический стационар признано обоснованным с учетом рекомендации амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы и того обстоятельства, что заявитель до 2010 года состоял на учете у врача-психиатра.

Из жалобы гражданина Приходченко Д.В. следует, что он фактически оспаривает не конституционность статьи 168 Уголовно-процессуального кодекса, а законность действий органов дознания, предварительного следствия и судебных органов при расследовании уголовного дела. В жалобе заявителя утверждается, что органы дознания и предварительного следствия, судья Тираспольского городского суда и Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики неправильно истолковали положения статей 168, 107 (часть вторая), 298 (часть первая) Уголовно-процессуального кодекса. Сами же оспариваемые нормы, по мнению заявителя, из-за ошибочности текста не могут применяться на практике.

Однако, отметил Суд, проверка законности решений органов дознания, предварительного следствия, а также судебных органов не входит в компетенцию Конституционного суда, как она определена статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статьей 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Исходя из изложенного, согласно подпунктам а) и б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд принял решение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Приходченко Д.В. о проверке конституционности частей первой и второй статьи 168 Уголовно-процессуального кодекса как не отвечающей критерию допустимости и подведомственности [39].

Конституционный суд по жалобе гражданина  Пороника Д.В. рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности пунктов 63, 87 Положения «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним», утвержденного Приказом Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 12 января 2015 года № 10 «Об утверждении единого образца свидетельства о регистрации транспортного средства (пластикового) и образца временного свидетельства, а также Положения «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним».

Заявитель считает, что оспариваемые им нормы противоречат статье 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, гарантирующей каждому право собственности (владение, пользование и распоряжение принадлежащим собственнику имуществом по своему усмотрению), а также статье 54 Конституции, устанавливающей возможность ограничения отдельных конституционных прав и свобод человека и гражданина в условиях чрезвычайного или военного положения. По мнению заявителя, пункты 63, 87 Положения «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним» ограничивают право собственности, поскольку лишают собственника возможности в обычных условиях пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению принадлежащим ему на праве собственности транспортным средством.

Согласно пункту 63 вышеназванного Положения, снятие с регистрационного учета транспортных средств осуществляется в случаях изменения собственника (владельца), изменения его места жительства или места нахождения, если новое место регистрации обслуживается другим МРЭО ГАИ, либо в связи с вывозом транспортного средства за пределы Приднестровской Молдавской Республики на постоянное место жительства, а также при возникновении иных оснований для изменения места регистрации транспортных средств, а также в случаях, предусмотренных Положением «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним».

Пунктом 87 вышеназванного Положения предусмотрено, что в случае, когда собственник (владелец) транспортного средства выехал на постоянное место жительства за пределы Приднестровской Молдавской Республики, а принадлежащее ему транспортное средство с регистрационного учета в МРЭО ГАИ не снял, регистрация данного транспортного средства аннулируется на основании официальной справки, выданной Управлением миграционной службы Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики, в которой указываются сведения о том, что данный гражданин выехал на постоянное место жительства за пределы Приднестровской Молдавской Республики. Государственные регистрационные знаки и свидетельство о регистрации при этом изымаются и передаются в МРЭО ГАИ.

Из жалобы гражданина Пороника Д.В. и истребованных документов Суд установил, что в связи с выпиской заявителя с территории Приднестровской Молдавской Республики была аннулирована регистрация принадлежащего ему автомобиля «Тойота».

В восстановлении регистрации автомобиля заявителю было отказано МРЭО ГАИ города Рыбницы со ссылкой, в том числе на оспариваемые нормы. Полагая действия государственного органа незаконными, Пороник Д.В. обжаловал их в суде города Рыбницы и Рыбницкого района. Пороник Д.В. просил суд признать действия работников МРЭО ГАИ города Рыбницы по аннулированию учета автомобиля незаконными и обязать их восстановить учет автомобиля.

Решением от 9 марта 2016 года названный суд отказал в удовлетворении заявления Пороника Д.В. за необоснованностью требований. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики отменила решение суда города Рыбницы и Рыбницкого района от 9 марта 2016 года и направила дело на новое рассмотрение. Таким образом, к моменту рассмотрения обращения заявителя в Конституционном суде рассмотрение дела заявителя в судах общей юрисдикции не было завершено. Данное обстоятельство, по мнению Конституционного суда, является основанием для прекращения производства по делу.

Как следует из Определения кассационной инстанции от 12 мая 2016 года, при новом рассмотрении дела суду города Рыбницы и Рыбницкого района надлежит установить ряд фактических обстоятельств. Конституционный суд посчитал, что установление этих обстоятельств имеет важное значение для решения вопроса о соответствии жалобы гражданина Пороника Д.В. критериям допустимости, установленным Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Так, в Определении указано, что в соответствии с установленным порядком при прекращении (аннулировании) учета транспортного средства свидетельство о регистрации и государственные регистрационные знаки сдаются в МРЭО ГАИ. Между тем, согласно исследованной судом общей юрисдикции копии регистрационной карточки автомобиля, зарегистрированного на имя Пороника Д.В., отметки о снятии автомобиля с учета отсутствуют.

Согласно Определению кассационной инстанции, при новом рассмотрении дела суду города Рыбницы и Рыбницкого района надлежит установить, «каким ненормативным правовым актом, действиями какого должностного лица и когда произведено аннулирование регистрации автомобиля, принадлежащего Пороник Д.В.».

На основании изложенного Конституционный суд пришел к выводу, что поскольку перечисленные фактические обстоятельства, имеющие важное значение для подтверждения применения в деле заявителя оспариваемых норм, судом общей юрисдикции не установлены, жалоба гражданина Пороника Д.В. не может рассматриваться как соответствующая критериям допустимости. Согласно правовой позиции Суда, сам Конституционный суд при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов (статья 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

Кроме того, жалоба гражданина, по мнению Конституционного суда, не может быть принята к рассмотрению, если производство по делу в суде общей юрисдикции не завершено. Если основания к отказу в принятии обращения к рассмотрению выявлены в ходе заседания, производство по такому делу подлежит прекращению. В противном случае рассмотрение жалобы Конституционным судом предрешало бы выводы суда общей юрисдикции. Однако Конституция Приднестровской Молдавской Республики не допускает подмену судопроизводства по гражданским, административным или уголовным делам конституционным судопроизводством (статьи 80, 87, 89).

Таким образом, в силу требований статей 102 и 103 в их взаимосвязи с частью третьей статьи 9, подпунктом б) статьи 50 и статьей 75 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Пороника Д.В. с учетом указанных обстоятельств не является допустимой, и следовательно, начатое Конституционным судом производство подлежит прекращению [40].

6. Свои полномочия Конституционный суд реализует, принимая решения различного вида, определенные Конституционным законом «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» (статья 78). Это постановления, заключения, определения и организационные решения.

Определения Конституционный закон относит к иным, не итоговым решениям Конституционного суда, принимаемым в ходе осуществления конституционного судопроизводства. Они касаются преимущественно процессуальных вопросов, например, об отказе в принятии обращения к рассмотрению ввиду неподведомственности Конституционному суду поставленных в обращении вопросов или несоответствия требованиям Закона о допустимости обращений; о соединении в одном производстве дел, касающихся одного и того же предмета; о приобщении документов к материалам дела; о прекращении производства по делу и т.д.

Практика Конституционного суда привела к выделению среди определений такой их разновидности, которая получила неофициальное наименование «определения с положительным содержанием». Их особенность заключается в том, что в них при отказе в принятии обращения к рассмотрению или при прекращении производства по делу излагаются, подтверждаются, при необходимости конкретизируются, развиваются правовые позиции, сформулированные в ранее принятых постановлениях и определениях по тому же вопросу, который ставится в обращении, или на основе интерпретации Конституции указывается на очевидную конституционность оспоренного правоположения, на отсутствие неопределенности в этом вопросе. То есть в таких определениях содержатся правовые позиции не только процессуального, но и материально-правового характера. При этом в таких определениях по сути находит разрешение поставленная в обращении конституционно-правовая проблема, хотя оно и не рассматривается в процедуре публичного слушания по делу.

То, что принятие определений с положительным содержанием прямо не предусмотрено Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и сложилось на практике - факт очевидный. В то же время в Конституционном законе о Конституционном суде содержатся определенные правовые основания для принятия таких решений. Суть в том, что у определений немало общих свойств с постановлениями, на них распространяется целый ряд единых для всех решений требований. Как и постановления определения, во-первых, принимаются в заседании Конституционного суда (статья 78), причем определения с положительным содержанием принимаются Конституционным судом в заседании не позднее 14 календарных дней с момента завершения предварительного изучения обращения судьей (судьями) Конституционного суда (часть первая статьи 49); во-вторых, принимаются в ходе осуществления конституционного судопроизводства (часть пятая статьи 78) [11].

Преобладают же среди определений с позитивным содержанием такие, которые основываются на ранее принятых решениях Конституционного суда, сформулированных в них правовых позициях. Эти решения уже устранили неопределенность в вопросе о конституционности тех или иных законоположений, и нет оснований рассматривать в публичном заседании новые обращения по тому же предмету, т.е. о конституционности таких же или аналогичных законоположений, что предусмотрено статьей 43 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Конституционный суд, отказывая формально в принятии обращения к рассмотрению в публичном заседании, тем не менее, решает конституционно-правовую проблему по существу с вытекающими последствиями. Конституционный закон «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» содержит определенные правовые основания для принятия таких решений. Как указывалось выше, у определений немало общих свойств с постановлениями, на них распространяется целый ряд единых для всех решений требований.

Как и постановления, определения, во-первых, принимаются в заседании Конституционного суда (часть первая статьи 78 Конституционного закона), в том числе и определения с положительным содержанием (часть первая статьи 49 Конституционного закона). Во-вторых, принимаются в ходе осуществления конституционного судопроизводства (часть пятая статьи 78 Конституционного закона). В-третьих, на них распространяется общий для всех решений порядок принятия (часть первая, вторая и пятая статьи 79 Конституционного закона). В-четвертых, они должны основываться на материалах, исследованных Конституционным судом (части первая статьи 80 Конституционного закона). В-пятых, при их принятии оценивается как буквальный смысл рассматриваемого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых актов (часть вторая статьи 80 Конституционного закона). В-шестых, определения с положительным содержанием всегда излагаются в виде отдельного документа, поэтому на них распространяются требования Конституционного закона к содержанию решений Конституционного суда, в частности подпунктов з) и и) части первой статьи 81, согласно которым должны быть указаны нормы Конституции, которыми руководствовался Конституционный суд при принятии решения, доводы в пользу его принятия, а при необходимости также доводы, опровергающие утверждения сторон. В-седьмых, определение, как и постановление, окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами (части первая и вторая статьи 85 Конституционного закона). В-восьмых, неисполнение, ненадлежащее исполнение либо воспрепятствование исполнению определения, как и иного решения Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики, влечет ответственность, установленную действующим законодательством Приднестровской Молдавской Республики [12].

Определения с положительным содержанием, изложенные в них правовые позиции являются важным средством обеспечения исполнения постановлений Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики [13].

Сам Конституционный суд так интерпретировал конституционно-правовые основания принятия рассматриваемой разновидности определений:

по смыслу статьи 87  (подпункты  а), б) пункта 1 и пункт 3) Конституции и конкретизирующих ее положений подпункта а) части первой статьи 9, статей 12 и 43, подпункта в) статьи 50, частей второй и третьей статьи 85, статьи 91, подпункта б) части первой и частей второй статьи 93 Конституционного закона о Конституционном суде, орган Конституционного контроля Конституционный суд, придя к выводу о том, что в обращении оспариваются такие же нормативные положения, какие ранее были признаны им не соответствующими Конституции, своим решением в форме определения подтверждает, что эти положения также являются не соответствующими Конституции и как таковые не могут иметь юридической силы;

по смыслу указанных положений Конституции и Конституционного закона о Конституционном суде во взаимосвязи с подпунктом а) части первой его статьи 93 Конституционный суд, придя к выводу о том, что в обращении оспариваются такие же нормативные положения, которые ранее были признаны им соответствующими Конституции, своим решением в форме определения подтверждает, что эти положения также являются соответствующими Конституции, а потому дальнейшее производство по запросу прекращает.

Такая интерпретация может быть воспринята как фактическое приравнивание указанных определений к постановлениям, тем более, когда правовым основанием принятия определений называются, в частности, статьи 9 и 97 Конституционного закона о Конституционном суде. Однако смысл указанных ссылок не в установлении знака полного равенства между постановлениями и определениями. Этими ссылками подчеркивается, что названные определения принимаются, когда поставленная в обращении конституционно-правовая проблема уже получила разрешение в ранее принятых Конституционным судом итоговых решениях, когда оспариваются такие же нормативные положения, которые постановлениями признаны неконституционными и утратили силу или признаны конституционными. Другими словами, такими определениями Конституционный суд подтверждает свои итоговые решения, распространение содержащихся в них правовых позиций и выводов на законоположения, аналогичные рассмотренным в этих решениях [14].

В соответствии с подпунктом в) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд отказывает в принятии обращения к рассмотрению, если по предмету обращения ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.

Так, Конституционный суд рассмотрел в открытом судебном заседании дело по запросу Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности отдельных положений ряда Указов Президента Приднестровской Молдавской Республики, реорганизующих систему государственного управления в городах и на территориях районов Приднестровской Молдавской Республики. Верховный Совет просил проверить оспариваемые положения Указов Президента, реорганизующих систему государственного управления в городах и на территориях районов Приднестровской Молдавской Республики, на предмет их соответствия статьям 2, 6, 7, 14, 35, 37, 55, 72, 77, 78, 79 и 96 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Основным правовым актом, реорганизующим систему государственного управления в городах и на территориях районов Республики, являлся Указ Президента от 18 ноября 2008 года № 742 «О реорганизации системы государственного управления в городах и на территориях районов Приднестровской Молдавской Республики». Данным Указом в  селах (поселках) Приднестровской Молдавской Республики введен институт представителей глав государственных администраций городов и районов, определены правовой статус, основные принципы организации деятельности, а также полномочия представителя. Иные Указы Президента, положения которых оспаривает заявитель, утверждают структуры и штатные расписания государственных администраций городов и районов, в состав которых включены в качестве структурных подразделений аппараты представителей глав государственных администраций городов и районов на территориях сел (поселков).

В запросе заявителя оспаривается введение института представителей глав государственных администраций городов и районов и связанные с этим положения Указов Президента, регламентирующие вопросы экономического, финансового, трудового, организационно-технического и иного характера.

Прежде всего, заявитель расценивал введение института представителей глав государственных администраций городов и районов как фактическое создание исполнительных органов власти на уровне сел (поселков), не являющихся самостоятельными административно-территориальными единицами Республики, и в этом усматривал его неконституционность.

Суд отметил, что основанием к рассмотрению дела в Конституционном суде является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции закон, иной правовой  акт (часть вторая статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»). Между тем вопрос о возможности создания на уровне сел (поселков) территориальных органов исполнительной власти получил разрешение в Постановлении Конституционного суда от 27 марта 2007 года № 03-П/07 по делу о толковании части второй пункта 2 статьи 77 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В соответствии с правовой позицией Конституционного суда, выраженной в данном Постановлении и уточненной в Определении от 19 июня 2008 года № 04-О/08 о разъяснении данного Постановления, возможность создания на уровне сел (поселков) территориальных органов исполнительной власти Конституцией не предусматривается. На уровне села (поселка) организованы только представительные органы государственной власти и органы местного самоуправления, наделенные различной компетенцией. Поэтому на уровне села (поселка) следует говорить только о разграничении функций, полномочий и компетенций между представительными органами государственной власти и органами местного самоуправления с установлением ответственности и схемы их взаимодействия друг с другом. Высшим должностным лицом административно-территориального образования – села (поселка) - является глава администрации села (поселка), который символизирует собой местную власть и руководит администрацией, осуществляя возложенные на него законом полномочия по осуществлению местного самоуправления в селе (поселке). Он не входит в систему органов исполнительной власти, возглавляемую Президентом Приднестровской Молдавской Республики. Данная правовая позиция была подтверждена и в других решениях Конституционного суда (Постановление от 24 февраля 2009 года № 03–П/09, Определение от 16 марта 2010 года № 06–О/10).

По мнению Суда, с момента провозглашения Постановления Конституционного суда о толковании части второй пункта 2 статьи 77 Конституции Приднестровской Молдавской Республики неопределенность в вопросе о возможности создания на уровне сел (поселков) территориальных органов исполнительной власти считается преодоленной. Как видно, отметил Суд, неопределенность в данном вопросе отсутствует и у сторон, которые аргументируют свои доводы не только ссылками на нормы Конституции, но и на приведенную выше правовую позицию Конституционного суда.

Конституционный суд пришел к выводу, что отсутствие неопределенности в этом вопросе препятствует дальнейшему рассмотрению запроса Верховного Совета в данной части, так как отсутствует основание к рассмотрению дела. Согласно требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» запрос Верховного Совета в указанной части не соответствует критерию допустимости.

В запросе заявителя оспаривалась также конституционность Указа Президента Приднестровской Молдавской Республики от 30 октября 2008 года № 700 «О главах государственных администраций». Как утверждается в запросе, в результате издания данного Указа фактически произошло переподчинение территорий городов местного значения – Каменки, Слободзеи, Григориополя и города-спутника Днестровска государственным администрациям соответствующих районов и города Тирасполя. По мнению заявителя, на уровне указанных населенных пунктов формирование органов местного самоуправления и администраций возможно только посредством проведения выборов.

Конституционный суд указал в своем решении, что ранее в Определении от 16 марта 2010 года № 06–О/10 сформулировал правовую позицию, в соответствии с которой глава администрации города местного значения, не являющегося самостоятельной административно-территориальной единицей, не может назначаться на должность и освобождаться от должности Президентом Приднестровской Молдавской Республики. При рассмотрении настоящего дела Конституционный суд подтвердил данную правовую позицию, которая основывается на следующих положениях Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В единую систему исполнительных органов государственной власти Приднестровской Молдавской Республики входят государственные администрации городов и районов, являющихся административно-территориальными единицами Республики (пункт 1 статьи 78 Конституции). Главы этих администраций назначаются на должность и освобождаются от должности Президентом Приднестровской Молдавской Республики (пункт 2 статьи 78 Конституции). Административно-территориальное деление государства установлено самой Конституцией, в которой содержится перечень административно-территориальных единиц, непосредственно входящих в его состав (часть первая статьи 14). Границы и территория Приднестровской Молдавской Республики определяются законом (часть вторая статьи 14).

Таким законом является Закон Приднестровской Молдавской Республики «Об административно-территориальном устройстве Приднестровской Молдавской Республики». В соответствии с названным Законом административно-территориальная единица – это часть территории Приднестровской Молдавской Республики в фиксированных границах с одним или несколькими населенными пунктами, признанная в установленном действующим законодательством порядке самостоятельной единицей административно-территориального устройства Республики (часть первая пункта 2 статьи 2). Территория Приднестровской Молдавской Республики непосредственно подразделяется на районы и города, являющиеся самостоятельными административно-территориальными единицами Республики, которые составляют высший уровень в системе административно-территориального устройства. Перечень таких самостоятельных административно-территориальных единиц закрепляется в Конституции Приднестровской Молдавской Республики (пункт 2 статьи 5, пункт 1 статьи 22 Закона). Город местного значения и город-спутник входят соответственно в состав района и города, являющихся самостоятельными административно-территориальными единицами (подпункты в), г) пункта 2 статьи 10 Закона).

Суд отметил, что города местного значения Каменка, Слободзея, Григориополь, а также город-спутник Днестровск не включены в перечень статьи 14 Конституции и не признаны в установленном действующим законодательством порядке самостоятельными административно-территориальными единицами. Следовательно, администрации этих населенных пунктов не входят в единую систему исполнительных органов государственной власти, а их главы не могут назначаться на должность и освобождаться от должности Президентом Приднестровской Молдавской Республики в соответствии с пунктом 2 статьи 78 Конституции. В данных населенных пунктах организуются только представительные органы государственной власти и органы местного самоуправления, избираемые населением соответствующего территориального образования.

Суд пришел к выводу, что поскольку неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Указ Президента Приднестровской Молдавской Республики от 30 октября 2008 года № 700 «О главах государственных администраций» отсутствует, для разрешения данного вопроса также не требуется принятия предусмотренного статьей 78 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» итогового решения в виде постановления.

Руководствуясь подпунктом б) части первой статьи 50, статьей 75, Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд прекратил производство по делу № 101-248/09 о проверке конституционности отдельных положений Указов Президента Приднестровской Молдавской Республики, реорганизующих систему государственного управления в городах и на территориях районов Приднестровской Молдавской Республики, ввиду несоответствия критерию допустимости [41].

Гражданка Шестопалова Е.Г. обратилась в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод, возникшее в результате применения в ее деле положений подпункта а) пункта 3 статьи 391 и пункта 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

Разрешая вопрос о допустимости обращения, Конституционный суд отметил, что ранее в своих решениях высказал свою правовую позицию относительно положений, предусмотренных подпунктом а) пункта 3 статьи 391, пунктом 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики в части, касающейся их соотношения с установленными конституционными правами и свободами граждан (Определения Конституционного суда от 17 марта 2015 года № 05-О/15, от 8 сентября 2016 года № 17-О/16).

Суть этой правовой позиции заключается в том, что гарантированное Конституцией Приднестровской Молдавской Республики право на судебную защиту подразумевает создание государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела именно в суде первой инстанции, где подлежат разрешению все существенные для определения прав и обязанностей сторон вопросы. Ошибки, допущенные судом первой инстанции, должны исправляться судом второй инстанции в процедурах, наиболее приближенных к производству в суде первой инстанции. Производство по пересмотру вступивших в законную силу судебных постановлений как дополнительный способ обеспечения правосудия предполагает возможность его использования только в случае, если заинтересованным лицом были исчерпаны все способы обжалования судебного постановления до его вступления в законную силу.

Предварительное рассмотрение судьей надзорной жалобы (представления) для решения вопроса о наличии оснований для истребования дела и его передачи для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции способствует быстрому и правильному рассмотрению судами надзорных жалоб (представлений), исправлению судебных ошибок, пресечению новых судебных ошибок, формированию единообразной практики применения норм, регулирующих производство в суде надзорной инстанции. Кроме того, судья, осуществляя данную подготовительную стадию, пресекает намерения некоторых участников процесса по неоднократному обжалованию и пересмотру решений в целях затягивания исполнения решений и снижения их стабильности ввиду несогласия участников процесса с выводами суда.

Сам институт пересмотра судебных постановлений по гражданским делам в порядке надзора основан на положениях Конституции Приднестровской Молдавской Республики, а именно статьи 46 во взаимосвязи со статьями 10 (часть вторая), 45, 47, и предполагает общепринятую в правовом государстве возможность в случаях допущенных фундаментальных ошибок пересматривать вступившие в законную силу судебные акты.

Глава 45 Гражданского процессуального кодекса, регулирующая производство в суде надзорной инстанции, предусматривает в статьях 390-392 предварительное рассмотрение надзорных жалоб (представлений) судьей. На этом этапе надзорного производства, представляющем собой процедуру допуска (фильтрации) надзорных жалоб (представлений), решается вопрос о передаче дела в суд надзорной инстанции для рассмотрения по существу.

По результатам изучения надзорных жалобы, представления в соответствии с пунктом 3 статьи 391 Гражданского процессуального кодекса судья имеет право вынести определение о передаче надзорной жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании надзорной инстанции (подпункт б)) либо об отказе в такой передаче, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора (подпункт а)).

При этом, принимая решение о наличии или отсутствии оснований для возбуждения надзорного производства, судья не рассматривает дело по существу, не постановляет какое-либо решение, а лишь осуществляет подготовительную стадию надзорного процесса, что, в свою очередь, не освобождает его от тщательного анализа всех имеющихся материалов дела, доводов заявителя, изложенных в жалобе, в целях соблюдения задач гражданского судопроизводства и соблюдения ряда процессуальных принципов.

Таким образом, отметил Суд, производство в суде надзорной инстанции является исключительной стадией гражданского процесса, сформированной на основе принципа законности, обусловливающего необходимость аннулирования таких актов правосудия, которые хотя и вступили в силу, но существенно противоречат закону, а также принципа правовой определенности, ограничивающего возможность пересмотра вступившего в законную силу решения суда для предотвращения злоупотребления правом лицами, участвующими в деле.

В Определении от 17 марта 2015 года № 05-О/15 Конституционный суд сформулировал вывод о том, что пункт 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики не затрагивает конституционное право граждан на судебную защиту. Аналогичным образом Суд оценил и положения, предусмотренные подпунктом а) пункта 3 статьи 391 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики, указав в Определении от 8 сентября 2016 года  № 17-О/16, что данная норма  не может рассматриваться как нарушающая право граждан на судебную защиту, поскольку она выступает как дополнительная гарантия реализации конституционного права на судебную защиту, когда исчерпаны все средства защиты в судах общей юрисдикции первой и второй инстанций, направлена на восстановление нарушенных прав граждан и не затрагивает конституционные права и свободы граждан.

Таким образом, по предмету обращения гражданки Шестопаловой Е.Г. о проверке конституционности подпункта а) пункта 3 статьи 391 и пункта 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Конституционным судом ранее было вынесено решение, сохраняющее свою силу, что в соответствии с подпунктом в) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» явилось основанием принятия Конституционным судом решения об отказе в принятии обращения к рассмотрению [42].

В некоторых определениях об отказе в принятии к рассмотрению по причине уже имеющегося по предмету обращения ранее вынесенного решения, сохраняющего свою силу, формируются правовые позиции материального свойства. При этом упомянутые определения зачастую не только и не столько повторяют содержащиеся в иных решениях Конституционного суда выводы и аргументацию, но и содержат новые.

Так, в Конституционный суд с индивидуальной жалобой на нарушение конституционных прав человека и гражданина обратился гражданин Черчел А.А. В жалобе заявителем оспаривалась конституционность примененных в его деле положений статей 357 и 455 (подпункт 1) части первой) Таможенного кодекса Приднестровской Молдавской Республики, которыми предусмотрена возможность конфискации товаров и транспортных средств по решению таможенных органов.

Разрешая вопрос о принятии жалобы гражданина к рассмотрению, Конституционный суд исходил из того, что конфискация как вид взыскания за нарушение таможенных правил состоит в принудительном безвозмездном обращении в собственность государства имущества, явившегося орудием или средством совершения, а также непосредственным объектом правонарушения (часть первая статьи 329 Таможенного кодекса Приднестровской Молдавской Республики).

В своем решении Суд указал на то, что вопрос о конституционности положений закона, предоставляющего таможенным органам Приднестровской Молдавской Республики и их должностным лицам право применять при рассмотрении дел о нарушении таможенных правил в качестве административного наказания конфискацию товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения, ранее был уже разрешен Конституционным судом в Постановлении от 14 марта 2006 года № 05-П/06  по делу о проверке конституционности статей 448, 449, части первой статьи 353 Таможенного кодекса Приднестровской Молдавской Республики по жалобе гражданина Карамана В.П.

Конституционный суд в названном постановлении признал не соответствующими Конституции, её статье 37 (часть третья), положения части первой статьи 353, положения статей 448, 449 Таможенного кодекса в части, предоставляющей право таможенным органам Приднестровской Молдавской Республики и их должностным лицам применять при рассмотрении дел о нарушении таможенных правил в качестве административного наказания конфискацию товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения.

В соответствии с правовой позицией, высказанной Конституционным судом в Постановлении от 14 марта 2006 года, конституционные положения о судебных гарантиях права собственности признают недопустимой конфискацию по решению административного органа в упрощенной процедуре, не предусматривающей рассмотрение дела судом. Именно судебная процедура позволяет в случае конфискации имущества в максимальной степени гарантировать соблюдение основных прав граждан и юридических лиц, обеспечить при рассмотрении дела состязательность и равноправие сторон, которые составляют основу правосудия (пункт 2 статьи 85 Конституции). Только в процедуре административного судопроизводства, осуществляемого судебной властью, возможно всесторонне исследовать материалы дела, установить состав правонарушения и назначить справедливое и соразмерное тяжести правонарушения взыскание. Поэтому Конституционный суд пришел к однозначному выводу о том, что конфискация имущества может назначаться только по решению суда.

Суд указал на то, что положения части первой статьи 353 Таможенного кодекса, наделяющие должностных лиц таможенных органов правом налагать административные взыскания в виде конфискации товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения, по существу являются такими же, как положения статьи 357 Таможенного кодекса в части наложения административных взысканий в виде конфискации. Следовательно, сделал вывод Суд,  действие Постановления Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 14 марта 2006 года № 05-П/06 по жалобе гражданина Карамана В.П. распространяется и на оспариваемые нормы.

Согласно частям второй и третьей статьи 106 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» в случае, если Конституционный суд признал закон (либо его часть), постановление, а также иной правовой акт, принятый Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики, правовой акт Президента Приднестровской Молдавской Республики, министерства, ведомства и иных органов государственной власти, органов местного самоуправления, примененный в конкретном деле, не соответствующим Конституции, данное дело подлежит пересмотру компетентными органами в случаях и порядке, установленных действующим законодательством Приднестровской Молдавской Республики.

Пересмотру подлежат решения судов и иных органов, основанные на правовом акте, признанном неконституционным, не вступившие в законную силу, либо вступившие в законную силу, но не исполненные либо частично исполненные.

Кроме того, указано в решении, в соответствии с частью третьей статьи 85 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» решения судов и иных органов, основанных на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленном законе порядке.

Исходя из изложенного, руководствуясь подпунктом в) части первой статьи 50, частями первой и седьмой статьи 78, статьями 84, 85, 106 (часть вторая) Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Черчела А.А. о проверке конституционности подпункта 1 части первой статьи 455 во взаимосвязи со статьёй 357 Таможенного кодекса, наделяющих таможенные органы и их должностных лиц правом рассматривать дела об административных правонарушениях и налагать взыскания в виде конфискации, поскольку по предмету жалобы Конституционным судом ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу [43].

Некоторые определения с позитивным содержанием, подтверждающие на основе ранее принятых решений конституционность или неконституционность оспоренных законоположений, по своему объему, развернутости аргументации и правовых позиций весьма напоминают постановления. Достаточно обратиться, например, к Определению от 15 ноября 2012 года № 07-О/12.

Гражданин Никольский А.А. обратился в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина, возникшее в результате применения в его деле положений подпункта а) пункта 1 и пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике».

По мнению заявителя, подпункт а) пункта 1 и пункт 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике», наделяющие налоговые органы и их должностных лиц правом самостоятельно, без решения судебных органов привлекать налогоплательщиков за нарушения налогового законодательства к ответственности в виде финансовых и штрафных санкций, а также производить взыскание недоимок по налогам и другим обязательным платежам в бесспорном порядке, приводит к лишению имущества граждан и хозяйствующих субъектов помимо их воли, без судебного решения, в нарушение положений статьи 37 (части третьей) Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Кроме того, заявитель считает, что сам факт закрепления в оспариваемой им норме различных способов взыскания недоимок по налогам и другим обязательным платежам с юридических лиц в бесспорном порядке, а с физических лиц - в судебном порядке, нарушает принцип равенства всех перед законом и принцип равноправия при государственной защите всех форм собственности (статья 4 Конституции).

Рассматривая вопрос о допустимости обращения, Суд указал на то, что вопрос о конституционности законоположений, допускающих наложение штрафа не на основании судебного решения, а на основании актов иных органов, ранее неоднократно был предметом рассмотрения Конституционного суда. Правовая позиция органа конституционного контроля, сформулированная в Постановлении от 29 июня 2010 года № 03-П/10 по делу о толковании части третьей статьи 37 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, заключается в том, что постановление о наложении штрафа может быть вынесено как судом, так и иным органом, обладающим административной юрисдикцией.

Вынесение постановления о наложении штрафа само по себе еще не означает прекращения права собственности, а следовательно, и лишения собственника имущества. Такое лишение имущества происходит на завершающей стадии административного производства – при исполнении постановления о наложении административного взыскания, то есть при уплате (взыскании) штрафа. В течение установленного законодательством срока правонарушитель вправе самостоятельно распорядиться принадлежащим ему имуществом (денежными средствами) и добровольно уплатить штраф, что соответствует конституционным гарантиям права собственника по своему усмотрению владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом.

Суд отметил, что при наложении штрафных санкций за нарушения налогового законодательства гражданину Никольскому А.А. был разъяснен порядок добровольной уплаты штрафа. При этом Никольскому А.А. было также разъяснено, что в случае неуплаты штрафных санкций в добровольном порядке налоговая инспекция по истечении 30 дней с момента их наложения вправе подать иск для взыскания штрафных санкций в судебном порядке (Решение № 05.248 от 29 апреля 2011 года). Это в полной мере соответствует правовой позиции Конституционного суда и установлению пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». В соответствии с данной нормой финансовые и штрафные санкции взыскиваются с юридических лиц только в судебном порядке по истечении 30 дней с момента их наложения.

Таким образом, указал Суд, с момента вынесения Постановления Конституционного суда от 29 июня 2010 года № 03-П/10 неопределенность в вопросе о конституционности полномочий налоговых органов и их должностных лиц налагать взыскания в виде финансовых и штрафных санкций считается преодоленной.

Суд также отметил, что вопрос о конституционности положений закона, предоставляющего право налоговым органам производить в бесспорном порядке взыскание с юридических лиц недоимок по налогам и другим обязательным платежам, ранее был уже разрешен Конституционным судом в Постановлении от 14 февраля 2006 года № 02-П/06 по делу о проверке конституционности части первой пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» по жалобе гражданина Жуева В.Г.

В названном Постановлении Конституционный суд признал соответствующими Конституции положения части первой пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» в части полномочий налоговых органов производить в бесспорном порядке взыскание с юридических лиц недоимок по налогам и другим обязательным платежам.

Конституционный суд в данном решении констатировал, что право частной собственности не является абсолютным. Согласно статье 18 Конституции Приднестровской Молдавской Республики ограничение прав и свобод человека и гражданина допускается, но только в случаях, предусмотренных законом, в интересах государственной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц. В соответствии со статьёй 1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» налог, пошлина, сбор и другие платежи – это обязательные взносы в бюджет соответствующего уровня или во внебюджетные фонды, осуществляемые плательщиками в порядке, размерах, в сроки и на условиях, определяемых законодательными актами (часть первая); совокупность налогов, сборов и других платежей, взимаемых в соответствии с действующим законодательством, образуют налоговую систему (часть пятая). Налоговая система государства нацелена на благо и пользу населения, удовлетворение финансовых потребностей государства, справедливое распределение доходов и национального богатства, стимулирование национального производства (статья 99 Конституции).

При этом статьей 52 Конституции Приднестровской Молдавской Республики закреплено положение, в соответствии с которым каждый обязан платить налоги и местные сборы, установленные законом. Данная конституционная обязанность имеет особый, а именно публично-правовой, а не частно-правовой (гражданско-правовой) характер, что обусловлено публично-правовой природой государства и государственной власти по смыслу статей 1, 2, 26 (часть первая), 38, 39, 56 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Налог – необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 52 Конституции, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Конституционный суд пришел к однозначному выводу о том, что взыскание налога не может расцениваться как произвольное лишение собственника его имущества, – оно представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности.

В этой обязанности налогоплательщиков (в том числе граждан, занятых предпринимательской деятельностью с образованием юридического лица) воплощен публичный интерес всех членов общества. Поэтому государство вправе и обязано принимать меры по регулированию налоговых правоотношений в целях защиты прав и законных интересов не только налогоплательщиков, но и других членов общества.

Наделение налогового органа полномочием действовать властно-обязывающим образом при бесспорном взыскании налоговых платежей правомерно в той степени, в какой такие действия, во-первых, остаются в рамках именно налоговых имущественных отношений, а не приобретают характер гражданско-правовых, административно-правовых или уголовно-правовых санкций, и, во-вторых, не отменяют и не умаляют права и свободы человека и гражданина. При этом налогоплательщику в любом случае гарантируется вытекающее из статьи 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики право на судебное обжалование решений и действий (бездействия) налоговых органов и их должностных лиц.

Конституционный суд пришел к выводу, что бесспорный порядок взыскания недоимок по налогам и другим обязательным платежам, предусмотренным законодательством, при наличии последующего судебного контроля как способа защиты прав юридического лица не противоречит требованиям Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

В Постановлении Конституционного суда от 14 февраля 2006 года № 02-П/06 нашел также разрешение и вопрос о конституционности положений оспариваемого заявителем закона в части установления различного порядка взыскания недоимки по налогам и другим обязательным платежам с юридических лиц в бесспорном порядке, а с физических лиц – в судебном порядке.

Конституционный суд признал соответствующими Конституции Приднестровской Молдавской Республики положения части первой пункта 3 статьи 10 Закона  Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике», установившей такой порядок взыскания недоимки по налогам и другим обязательным платежам. Согласно правовой позиции Конституционного суда, названными положениями закона к юридическим лицам независимо от формы собственности (государственной или частной) предусмотрен один и тот же бесспорный порядок взыскания недоимки по налоговым платежам. В случае несогласия налогоплательщика – один и тот же порядок защиты, а именно обращение в вышестоящие налоговые органы и (или) в суд для рассмотрения спора по существу. Следовательно, юридическим лицам гарантирована равная судебная защита их права собственности. Различие в способах приведения в действие механизма этой защиты применительно к юридическим лицам (последующий судебный контроль) и к физическим лицам (предварительный судебный контроль) в данном случае обусловлено не формой собственности, а особенностями юридического лица как субъекта налогового обязательства. Причем различия касаются одной и той же формы собственности, а именно частной, поскольку ее субъектами могут быть как физические лица, так и юридические.

Юридическое лицо, в отличие от гражданина – физического лица, имеет обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам именно этим имуществом. Гражданин же (в случае, если он является индивидуальным предпринимателем без образования юридического лица) использует свое имущество не только для занятия предпринимательской деятельностью, но и в качестве собственно личного имущества, необходимого для осуществления неотчуждаемых прав и свобод. Имущество гражданина в этом случае юридически не разграничено.

Различный порядок взыскания недоимок по налогам и другим обязательным платежам с физических и юридических лиц направлен не на то, чтобы поставить их в неравное положение в сфере налоговых отношений (обязанности платить налоги и обязательные платежи), а на то, чтобы не допустить административного вмешательства в права личности тогда, когда вопрос может быть разрешен лишь посредством судебного разбирательства.

Конституционный суд пришел к выводу, что сочетание бесспорного и судебного порядков взыскания недоимок по налогам и другим обязательным платежам, предусмотренным законодательством, обеспечивает права личности и государства в целом, отвечает интересам общества и не противоречит принципам демократического, правового, социального государства, закрепленным Конституцией Приднестровской Молдавской Республики.

На основании изложенного и в соответствии с подпунктом в) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принял решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению, поскольку по предмету жалобы Конституционным судом ранее были вынесены постановления, сохраняющие свою силу [44].

7. В соответствии с подпунктом б) пункта 1 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом 1) подпункта а) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд рассматривает дела о разрешении споров относительно компетенции органов различных ветвей государственной власти.

В соответствии со статьей 99 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» ходатайство органа (органов) государственной власти допустимо, если: а) оспариваемая компетенция определяется Конституцией; б) спор не касается вопроса о подведомственности дела судами или о подсудности; в) заявитель считает издание акта или совершение действия правового характера либо уклонение от издания акта или совершения такого действия нарушением установленного Конституцией разграничения компетенции между органами государственной власти. Пределы проверки определены статьей 100 названного Конституционного закона.

Так, Президент Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с ходатайством разрешить спор о компетенции между ним и Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики относительно порядка рассмотрения в законодательном органе законопроекта, внесенного главой государства в режиме законодательной необходимости.

Из ходатайства и представленных документов следует, что распоряжением от 29 июня 2015 года № 218рп Президент направил в Верховный Совет проект закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» со сроком рассмотрения в течение 20 рабочих дней. После рассмотрения законопроекта ответственным комитетом он был включен в проект повестки дня 20-го заседания IX сессии пятого созыва Верховного Совета. При обсуждении повестки дня на заседании, которое состоялось 8 июля 2015 года, вопрос о рассмотрении законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, был снят с повестки дня.

На следующем, последнем заседании IX сессии пятого созыва Верховного Совета, которое состоялось 10 июля 2015 года, вопрос о рассмотрении законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, не обсуждался. Вместе с тем в период действия режима законодательной необходимости Верховный Совет не приостановил рассмотрение иных законопроектов и принял более 20 законов.

По мнению главы государства, Верховным Советом нарушены требования пункта 2 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, в соответствии с которыми законопроект, внесенный в режиме законодательной необходимости, подлежит рассмотрению в первоочередном порядке, а рассмотрение иных законопроектов при этом приостанавливается.

Допущенные нарушения заявитель расценивает как противоречие в позициях Президента и Верховного Совета по порядку рассмотрения законопроектов на заседании сессии Верховного Совета 8 июля 2015 года. Как следует из ходатайства, необоснованное снятие с рассмотрения законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, и уклонение Верховного Совета от приостановления рассмотрения иных законопроектов свидетельствует о наличии спора о компетенции, который подлежит разрешению в Конституционном суде.

Обращаясь с ходатайством в Конституционный суд, заявитель просил в рамках спора о компетенции подтвердить обязанность Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики: а) рассмотреть проект закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменений в Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики», внесенный Президентом в режиме законодательной необходимости; б) приостановить рассмотрение законопроектов, которые были запланированы на 20-е заседание IX сессии пятого созыва Верховного Совета, до принятия или отклонения законопроекта, внесенного Президентом в режиме законодательной необходимости.

Оценивая допустимость ходатайства главы государства, Конституционный суд пришел к следующим выводам. Формально ходатайство соответствует требованиям подпунктов а), б), в) статьи 99 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Президент оспаривает невыполнение законодательным органом своей компетенции, которая определяется Конституцией Приднестровской Молдавской Республики. При этом спор не касается вопроса подведомственности дела судам или о подсудности.

Вместе с тем Конституционный суд не усмотрел оснований расценивать изложенную в ходатайстве ситуацию как конституционный спор, предусмотренный подпунктом б) пункта 1 статьи 87 Конституции, рассмотрение которого регламентировано главой 12 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Предметом рассмотрения данной категории дел, указал Суд, является именно спор, который возникает обычно по вопросу факта или права и предполагает взаимные претензии участников относительно предмета спора. Согласованное функционирование и взаимодействие всех органов государственной власти не исключает разногласий и даже конфликтов между ними. Разногласия могут возникать в связи с неоднозначным истолкованием своих полномочий или присвоением полномочий друг друга, или конфликтом интересов. Однако разногласие – еще не спор. Разногласия между органами государственной власти, в том числе в сфере законотворчества, лишь тогда приобретают характер конституционного спора, когда его участники упорствуют в своей позиции и неспособны самостоятельно, без участия суда, его разрешить.

Тот факт, отметил Суд, что законопроект, внесенный в режиме законодательной необходимости, 8 июля 2015 года был снят с рассмотрения, а Верховный Совет продолжил рассматривать иные законопроекты, сам по себе никак не свидетельствует о наличии конституционного спора, обусловленного принципиально противоположными позициями спорящих сторон. Заявитель не приводит каких-либо подтверждений наличия спора, где законодательный орган упорствует в своей позиции. Таким подтверждением могло бы быть, например, письменное заявление об уклонении законодательного органа от осуществления входящих в его компетенцию обязанностей, оставленное без реагирования или вызвавшее возражения Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики.

Как следует из ходатайства, заявитель не располагает информацией о причинах снятия с рассмотрения законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, и в целом о позиции законодательного органа по поставленным в обращении вопросам. При изложенных обстоятельствах Конституционный суд не усматривает в сложившейся ситуации конституционного спора, который мог бы быть разрешен путем конституционного судопроизводства.

Необходимым основанием к рассмотрению дела в Конституционном суде является обнаружившееся противоречие в позициях сторон в спорах о компетенции и полномочиях (часть вторая статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»). Суд пришел к выводу, что ввиду отсутствия основания к рассмотрению дела ходатайство главы государства не является допустимым и не может быть принято к рассмотрению (статья 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

В процессе предварительного изучения ходатайства Судом было установлено следующее.

На пленарном заседании Верховного Совета, состоявшемся 8 июля 2015 года, проект закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменений в Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» был снят с рассмотрения. В ходе обсуждения депутаты не согласились с доводами представителя Президента в Верховном Совете и Прокурора Республики о возможности рассмотрения законопроекта и принятия его в первом чтении. Законопроект был снят с рассмотрения до получения на него экспертного заключения. 10 июля 2015 года состоялось последнее заседание IX сессии пятого созыва.

9 сентября 2015 года, с началом осенней сессии Верховного Совета, законопроект «О внесении изменений в Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» был рассмотрен и отклонен в установленном порядке.

Таким образом, отметил Суд, поставленные в ходатайстве вопросы о подтверждении конституционных обязанностей Верховного Совета, связанных с рассмотрением законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, разрешились на стадии предварительного изучения обращения, что делает его беспредметным. По мнению Конституционного суда, исполнение Верховным Советом в конечном счете требования пункта 2 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики без участия суда дополнительно свидетельствует об отсутствии спора о компетенции в данном случае.

Согласно подпункту б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если обращение, в соответствии с требованиями Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», не является допустимым.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии ходатайства к рассмотрению следует отказать и, руководствуясь подпунктом б) части первой статьи 50, статьями 78, 85, 98 и 99 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», отказал в принятии к рассмотрению ходатайства Президента Приднестровской Молдавской Республики о разрешении спора о компетенции ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [45].

В другом своем обращении Президент Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный   суд   с   ходатайством о разрешении спора о компетенции между Президентом Приднестровской Молдавской Республики и Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики в отношении разграничения полномочий при принятии Закона Приднестровской Молдавской Республики от 19 августа 2016 года № 211-З-VI «Об организации предоставления государственных услуг».

По мнению Президента, положения пункта 1 статьи 11 названного Закона, предусматривающие формирование государственных услуг исключительно на основании законодательных актов Приднестровской Молдавской Республики, противоречат статьям 76-4, 76-5 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Президент считает, что названная норма ведет к ограничению полномочий Президента и Правительства Приднестровской Молдавской Республики по наделению исполнительных органов государственной власти и органов местного государственного управления государственными функциями, осуществление которых сопряжено с оказанием государственных услуг, что противоречит Конституции, Конституционному закону Приднестровской Молдавской Республики «О Правительстве Приднестровской Молдавской Республики».

По мнению заявителя, законодательная форма определения государственных услуг препятствует оперативному введению новых государственных услуг и началу реализации их на практике. Система государственных услуг должна выстраиваться и корректироваться в соответствии с потребностями граждан Приднестровской Молдавской Республики посредством принятия соответственно Президентом или Правительством Приднестровской Молдавской Республики решений о наделении органов власти и управления новыми функциями в рамках направлений деятельности, которые свойственны органам власти, руководство которыми осуществляет Президент или Правительство Приднестровской Молдавской Республики.

Президент обратился в Конституционный суд с ходатайством в рамках спора о компетенции: а) опровергнуть полномочие Верховного Совета по формированию государственных услуг путем принятия соответствующих законодательных актов, предусмотренное в пункте 1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 19 августа 2016 года № 211-З-VI «Об организации предоставления государственных услуг»; б) подтвердить право Президента и Правительства Приднестровской Молдавской Республики устанавливать государственные услуги посредством принятия подзаконных нормативных актов.   

Изучив доводы обращения Президента, Конституционный суд пришел к выводу, что данное ходатайство не может быть принято к рассмотрению по следующим основаниям.

Ранее Конституционный суд в своих решениях указал, что конституционно-правовой спор о компетенции – это сложное правовое явление, представляющее единство двух критериев: конституционно-правовое содержание и разногласия по поводу компетенции (Определения от 10 марта 2009 года № 06-О/09, от 8 сентября 2016 года № 18-О/16, от 13 сентября 2016 года № 19-О/16). Являясь разновидностью конституционно-правовых споров, компетенционный спор обладает спецификой, которая и позволяет выделить его в отдельный вид конституционного судопроизводства. Специфика конституционного судопроизводства по рассмотрению споров о компетенции заключается в критериях и пределах проверки их рассмотрения. Так, в соответствии с частью первой статьи 100 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд рассматривает споры о компетенции исключительно с точки зрения установленного Конституцией принципа разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную, а также с точки зрения разграничения компетенции между республиканскими органами государственной власти и разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Приднестровской Молдавской Республики, органами местного государственного управления и органами местного самоуправления Приднестровской Молдавской Республики, установленных Конституцией Приднестровской Молдавской Республики.

Исходя из смыслового содержания норм Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», регламентирующих процедуру рассмотрения дел по спорам о компетенции (глава 12), Конституционный суд в приведенных выше решениях пришел к выводу, что целесообразность и необходимость рассмотрения компетенционных споров в рамках процессуальной формы разрешения спора о компетенции зависит от конкретных обстоятельств рассмотрения каждого отдельного спора, устанавливаемых Конституционным судом.

Оценивая допустимость ходатайства главы государства, Суд отметил, что формально ходатайство соответствует требованиям подпунктов а), б), в) статьи 99 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Оспариваемая заявителем компетенция Верховного Совета по принятию законов определяется Конституцией Приднестровской Молдавской Республики. Президент считает принятие Верховным Советом оспариваемого акта нарушением установленного Конституцией разграничения компетенции между органами государственной власти. При этом спор не касается вопроса подведомственности дела судам или о подсудности.

Как следует из обращения, предметом ходатайства является обнаружившееся противоречие в позициях Президента и Верховного Совета в отношении вопроса о разграничении полномочий между органами власти при принятии Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг» в части закрепления законоположения, в соответствии с которым государственные услуги должны формироваться исключительно на основании законодательных актов Приднестровской Молдавской Республики.

Вместе с тем, указал Суд, нет оснований расценивать изложенную в ходатайстве ситуацию как конституционный спор, предусмотренный подпунктом б) пункта 1 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, рассмотрение которого регламентировано главой 12 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Предметом рассмотрения данной категории дел является именно спор, который возникает обычно по вопросу факта или права и предполагает взаимные претензии участников относительно предмета спора. Разногласия могут возникать в связи с неоднозначным истолкованием своих полномочий или присвоением полномочий друг друга, или конфликтом интересов. Однако разногласие – еще не спор. Согласно правовой позиции Конституционного суда, разногласия между органами государственной власти, в том числе в сфере законотворчества, лишь тогда приобретают характер конституционного спора, когда его участники упорствуют в своей позиции и неспособны самостоятельно, без участия суда, его разрешить (Определения от 1 октября 2015 года № 12-О/15, от 8 сентября 2016 года № 18-О/16).

Однако, отметил Суд, ни из самого ходатайства, ни из приложенных к нему документов не усматривается наличие спора о компетенции между Президентом и Верховным Советом в отношении вопроса о разграничении полномочий между органами власти при принятии Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг». Заявитель не приводит каких-либо подтверждений наличия спора, где Верховный Совет упорствует в своей позиции.

Предметом разрешения споров о компетенции между органами различных ветвей власти является спор, основанный на противоречии в позициях сторон, который они не способны разрешить самостоятельно, без участия суда. В соответствии с частью второй статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» обнаружившееся противоречие в позициях сторон является необходимым основанием к рассмотрению данной категории дел.

На основании изложенного Конституционный суд пришел к выводу, что ввиду отсутствия основания к рассмотрению дела ходатайство главы государства не является допустимым и не может быть принято к рассмотрению (статья 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

Конституционный суд пришел также к выводу, что в рамках рассмотрения данного ходатайства ему необходимо проверить содержание пункта 1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг» и сам Закон в целом, являющихся предметом спора о компетенции, на предмет его соответствия статьям 76-4, 76-5 и 97 (пунктам 4 и 5) Конституции, в том числе по порядку принятия. Проверка конституционности положений Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг» поставит под сомнение существование самого конституционно-правового спора о компетенции.

В соответствии с частью второй статьи 100 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» рассмотрение дела о соответствии правового акта, являющегося предметом спора о компетенции, Конституции по содержанию норм, форме, порядку его подписания, принятия, опубликования или введения в действие возможно только на основании отдельного запроса и в соответствии с порядком рассмотрения дел о конституционности правовых актов.

Таким образом, Конституционный суд пришел к выводу, что поставленный в ходатайстве вопрос о рассмотрении спора о компетенции между Президентом и Верховным Советом не может быть решен Конституционным судом в рамках процедуры конституционного судопроизводства о рассмотрении дел по спорам о компетенции, в противном случае Конституционный суд выйдет за пределы проверки, установленные статьей 100 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Однако Президент вправе обратиться в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг» и Закона в целом, ставших предметом спора о компетенции, с соблюдением требований, установленных Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» к обращениям данного вида. В этом случае Конституционный суд в соответствии со статьей 92 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» будет правомочен рассмотреть не только вопрос о соответствии Конституции указанных в обращении положений Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг» по содержанию норм, форме и порядку принятия, но и проверить их с точки зрения разграничения конституционной компетенции, предметов ведения и полномочий Президента Приднестровской Молдавской Республики и Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики.

Согласно подпункту б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если обращение в соответствии с требованиями Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не является допустимым.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии ходатайства к рассмотрению следует отказать и принял соответствующее определение [46].

8. В соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики рассматривает жалобы граждан на нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникшее в результате применения закона, нормативного акта.

Как следует из статей 102, 103 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд принимает к рассмотрению жалобы граждан на нарушение законом, нормативным актом их конституционных прав и свобод при условии, что оспариваемые законы, нормативные акты не только применены или подлежат применению в деле заявителя, но и затрагивают конституционные права и свободы граждан.

Так, гражданин Кулакли В.Д. обратился в Конституционный суд с жалобой на нарушение его конституционного права на судебную защиту, возникшее в результате применения подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи со статьей 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О банках и банковской деятельности в Приднестровской Молдавской Республике».

Из жалобы и приложенных к ней документов следует, что гражданин Кулакли В.Д. является акционером Открытого акционерного общества «Бендерысоцбанк». Решением Правления Приднестровского республиканского банка от 13 октября 2009 года полномочия исполнительных   органов    ОАО «Бендерысоцбанк» были приостановлены, а для управления банком назначена временная администрация сроком на 6 месяцев. При этом временная администрация была наделена полномочиями исполнительных органов ОАО «Бендерысоцбанк» в полном объеме. Не согласившись с решением и действиями Приднестровского республиканского банка и полагая, что они нарушают его права и интересы как акционера банка, гражданин Кулакли В.Д. обратился в суд города Тирасполя с исковым заявлением о признании указанных действий незаконными. Однако Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики на основании подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи со статьей 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О банках и банковской деятельности в Приднестровской Молдавской Республике» производство по данному делу было прекращено. При этом гражданину Кулакли В.Д. было разъяснено, что подобные споры подлежат рассмотрению в Арбитражном суде Приднестровской Молдавской Республики по заявлению банка (кредитной организации). В связи с вышеизложенным заявитель просил признать, что в результате применения Верховным судом указанных норм было нарушено его конституционное право на судебную защиту, предусмотренное статьей 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Изучив направленную в адрес Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики жалобу, Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кулакли В.Д. следует отказать по следующим основаниям.

В жалобе гражданина Кулакли В.Д. указано, что в результате применения судом подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса во взаимосвязи со статьей 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О банках и банковской деятельности в Приднестровской Молдавской Республике» нарушено его конституционное право на судебную защиту.

Статья 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.  Конкретизируя данное конституционное положение, законодатель устанавливает определенный порядок возбуждения и рассмотрения гражданских дел, в том числе разграничивает компетенцию судов путем закрепления правил о подведомственности.   

Оспариваемая заявителем норма подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса предусматривает, что суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению в судах (то есть в судах общей юрисдикции). В соответствии со статьей 11 Гражданского кодекса защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством. Таким образом, отметил Суд, подведомственность является одним из юридических условий, определяющих возникновение права на обращение в суд, в основе которого лежат, прежде всего, характер спорного правоотношения и субъектный состав участников спора. Следовательно, пришел к выводу Суд, по своему характеру и содержанию норма подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса не затрагивает права и свободы заявителя, поскольку сама по себе не может препятствовать реализации права на судебную защиту.

Оспариваемая заявителем статья 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О банках и банковской деятельности в Приднестровской Молдавской Республике» устанавливает, что решения Приднестровского республиканского банка, связанные с выполнением Приднестровским республиканским банком надзорных функций, могут быть обжалованы банком в Арбитражном суде Приднестровской Молдавской Республики. В силу указанной нормы производство по гражданскому делу по иску гражданина Кулакли В.Д. к Приднестровскому республиканскому банку было прекращено на основании подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса. Однако, отметил Суд, прекращение производства по данному делу не исключает судебной оценки решения Приднестровского республиканского банка о введении временной администрации по управлению ОАО «Бендерысоцбанк» Арбитражным судом Приднестровской Молдавской Республики.

Суд пришел к выводу, что правила о подведомственности сами по себе не препятствуют возможности судебного обжалования решений Приднестровского республиканского банка, связанных с выполнением им своих надзорных функций, и не затрагивают конституционное право на судебную защиту, на нарушение которого ссылается Кулакли В.Д. В действующем гражданско-процессуальном законодательстве отсутствует процедура обжалования гражданами решений Приднестровского республиканского банка, связанных с выполнением его надзорных функций. Однако, отметил Суд,  отсутствие такой процедуры не может затрагивать право на судебную защиту, предусмотренное статьей 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Изменение же существующей подведомственности данной категории дел, равно как и круга субъектов, которые вправе обратиться в суд за разрешением такого спора, невозможно без изменения действующего законодательства, что является прерогативой законодателя и не входит в компетенцию Конституционного суда, определенную статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статьей 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

На основании изложенного Конституционный суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Кулакли В.Д. не соответствует критерию допустимости, закрепленному в статьях 102, 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и отказал в принятии обращения к рассмотрению, сославшись на  подпункт б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [47].

В качестве критериев допустимости жалобы выступают положения и нормы Конституции Приднестровской Молдавской Республики, на соответствие которым проверяется оспариваемая норма. Таковыми могут быть положения как непосредственно устанавливающие охраняемые права и свободы, так и определяющие полномочия органов, принявших оспариваемый акт. При этом, если в законодательстве имеются пробелы, препятствующие осуществлению прав и свобод, их эффективной охране, но сам по себе вопрос не получил разрешения в Конституции, по своему характеру и значению не относится к числу конституционных, Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики не рассматривает данный вопрос, так как его решение является прерогативой законодателя. Принцип разделения властей не позволяет Конституционному суду подменять законодателя. Суд отмечал это в некоторых своих решениях.

Так, Верховный Совет Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с запросом, в котором оспаривалась конституционность отдельных норм Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики, принятого Верховным Советом 8 декабря 2013 года. Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как разрешение вопроса, поставленного в обращении, Конституционному суду не подведомственно.

 В отказном определении Суд указал, что по существу обращение Верховного Совета с запросом о проверке конституционности отдельных норм ранее принятого им же акта связано с отступлением от установленного порядка изменения закона в действующей законотворческой процедуре. Оспаривая конституционность отдельных норм Гражданского процессуального кодекса, заявитель фактически ставит перед Конституционным судом вопрос, решение которого входит в компетенцию самого Верховного Совета, принявшего указанный Кодекс. Как субъект законодательного процесса, Верховный Совет вправе реализовать свои полномочия по внесению изменений или дополнений в оспариваемые им нормы Гражданского процессуального кодекса. Признание законодателем нормативного акта утратившим силу имеет такие же правовые последствия, как и признание Конституционным судом какого-либо акта не соответствующим Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку именно путем лишения юридической силы устраняется неконституционность нормы. Суд отметил, что, обращаясь в Конституционный суд с требованием признать оспариваемые нормы неконституционными, Верховный Совет тем самым добивается именно признания их недействующими, то есть утратившими силу. В то же время Конституционный суд не вправе подменять законодателя. Суд подчеркнул, что в соответствии с частью второй статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд решает исключительно вопросы права.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как разрешение вопроса, поставленного в обращении, Конституционному суду не подведомственно.

Руководствуясь подпунктом а) части первой статьи 50, статьями 78, 85, 91 и 92 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению запроса Верховного Совета о проверке конституционности некоторых норм Гражданского процессуального кодекса ввиду неподведомственности [48].

Другой пример - решение Конституционного суда по результатам рассмотрения в открытом судебном заседании запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 июля 2016 года № 174-ЗИ-VI «О внесении изменения в Избирательный кодекс Приднестровской Молдавской Республики».

Оспариваемым Законом подпункт а) пункта 5 статьи 127 изложен в редакции, в соответствии с которой выборы Президента признаются несостоявшимися, если в них приняло участие менее 25 процентов избирателей, включенных в списки избирателей на момент окончания голосования. Таким образом, со дня вступления в силу изменения в подпункт а) пункта 5 статьи 127 Избирательного кодекса «порог явки» избирателей на выборах Президента снижен с 50 процентов до 25 процентов.

По мнению заявителя, снижение в два раза «порога явки» на выборах Президента не соответствует статье 1 Конституции во взаимосвязи с пунктами 1-3 статьи 59 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с данными конституционными нормами Приднестровье является суверенным, независимым, демократическим, правовым государством, носителем суверенитета и единственным источником власти в котором является народ. Народ осуществляет власть как непосредственно, так и опосредованно через выборные органы власти. Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы (части первая, вторая, третья, четвертая статьи 1 Конституции). Президент является главой государства, гарантом Конституции и законов Приднестровской Молдавской Республики, прав и свобод человека и гражданина, принимает меры по охране суверенитета республики, ее независимости и территориальной целостности, а также определяет основные направления внутренней и внешней политики государства (пункты 1-3 статьи 59 Конституции). По мнению заявителя, снижение «порога явки» неизбежно приведет к постановке вопроса о легитимности власти народа в лице Президента, которому народ Приднестровья фактически делегирует полноту своей власти.

Президент просил проверить соответствие Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 июля 2016 года № 174-ЗИ-VI «О внесении изменения в Избирательный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» статье 1 Конституции во взаимосвязи с пунктами 1-3 статьи 59 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Исследовав доводы обращения Президента, представителей сторон, Конституционный суд пришел к выводу, что запрос не соответствует требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», ввиду чего производство по делу подлежит прекращению.

Суд в своем решении указал, что Конституция, провозглашая среди основ конституционного строя принцип народовластия, не закрепляет ни определенную избирательную систему, ни конкретные избирательные процедуры, в том числе основания признания выборов Президента несостоявшимися.

Как свидетельствует мировой опыт, регламентация избирательных процедур может иметь различные решения, причем определяются они, как правило, не в текстах конституций, а отраслевым законодательством. Именно от законодательного органа зависит, будет ли, например, избирательная система мажоритарной, пропорциональной или смешанной, какой процент подписей от числа избирателей необходим для регистрации кандидата в Президенты, будет ли установлен «порог явки» избирателей на выборах. К полномочиям законодательного органа относится также снижение или повышение минимальных требований к «порогу явки» избирателей на выборах.

Выбор того или иного варианта, связанного с определением «порога явки» избирателей, и его закрепление в избирательном законе зависит от конкретных социально-политических условий и является вопросом политической целесообразности. В Приднестровской Молдавской Республике этот выбор осуществляет представительный и единственный законодательный орган государственной власти – Верховный Совет - в соответствии с правилами законодательной процедуры. Полномочие Верховного Совета устанавливать порядок проведения выборов Президента прямо определено пунктом 4 статьи 60 Конституции. Конституционный суд, указано в решении, в силу принципа разделения властей не вправе подменять законодателя, в том числе в вопросе определения «порога явки», поскольку решает исключительно вопросы права (пункт 5 статьи 87 Конституции, статья 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»). Таким образом, Суд пришел к выводу, что разрешение вопроса, поставленного в обращении главы государства, неподведомственно Конституционному суду.

Суд подчеркнул, что согласно пункту 5 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики Конституционный суд решает исключительно вопросы права и, следовательно, должен воздерживаться от рассмотрения дел, в которых, по сути, преобладают аспекты политической целесообразности.

Суд отметил, что Закон Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменения в Избирательный кодекс Приднестровской Молдавской Республики» вступил в силу 8 июля 2016 года. С момента вступления в силу оспариваемого Закона «порог явки» избирателей на выборах Президента снижен с 50 процентов до 25 процентов. Дата очередных выборов Президента Приднестровской Молдавской Республики – 11 декабря 2016 года. Началом избирательной кампании является 11 сентября 2016 года, то есть момент вступления в силу решения Центральной избирательной комиссии об установлении числа избирателей по единому избирательному округу.

Суд обратил внимание на то, что время судебного разбирательства по настоящему делу совпадает с той важной стадией избирательного процесса, когда завершились выдвижение и регистрация кандидатов в Президенты Приднестровской Молдавской Республики. Этот юридический факт должен учитываться Конституционным судом при решении вопроса о допустимости рассматриваемого обращения главы государства.

Очевидно, отметил Суд, что каким бы ни было суждение Конституционного суда относительно конституционности оспариваемого Закона, проведение судебного разбирательства в ходе избирательной кампании непосредственно перед голосованием может неоправданно осложнить избирательный процесс, отрицательно сказаться на волеизъявлении избирателей и в конечном счете повлиять на результаты выборов. В таком случае Конституционный суд фактически превратился бы в участника избирательной кампании, что противоречит его предназначению и принципам деятельности. Следовательно, сделал вывод Суд, обращение главы государства в данной части не может быть признано допустимым.

Принимая решение о прекращении производства по делу, Конституционный суд учитывал также противоречие, которое в случае признания оспариваемого Закона неконституционным могло возникнуть между требованиями статьи 85 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и статьи 8 Избирательного кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

По итогам рассмотрения дела о проверке конституционности нормативного акта органа государственной власти Конституционный суд может принять решение о признании нормативного акта либо его отдельных положений соответствующими или не соответствующими Конституции (статья 93 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

В силу статьи 85 (части первая, третья) Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу, причем решение Конституционного суда вступает в силу немедленно после его провозглашения.

Между тем, отметил Суд, действующее избирательное законодательство Приднестровской Молдавской Республики устанавливает неизменность процедуры выборов в ходе одних и тех же выборов. Статья 8 Избирательного кодекса Приднестровской Молдавской Республики гарантирует стабильность правовых актов, регулирующих вопросы проведения выборов, и исключает вступление в силу в период избирательной кампании законов, вносящих изменения и дополнения в избирательное законодательство.

Следовательно, пришел к выводу Суд, возможное признание оспариваемого Закона неконституционным могло повлечь, в соответствии с юридической силой решения Конституционного суда, немедленное изменение действующего избирательного законодательства в части «порога явки», что противоречит принципу неизменности процедуры выборов в ходе одних и тех же выборов.

Снижение «порога явки» с 50 процентов до 25 процентов заявитель увязывает с вопросом обеспечения легитимности и представительности Президента Приднестровской Молдавской Республики как выборного лица.

В данной связи, принимая решение о прекращении производства по делу, Конституционный суд счел необходимым отметить, что существует единственный источник легитимности Президента – всенародные выборы на альтернативной основе. Законно избранный Президент является представителем народа и, следовательно, представителем всех граждан, которые вправе осуществлять управление делами государства через своих представителей независимо от их участия в голосовании. Кандидат, победивший на выборах на условиях, определенных законом, становится Президентом Приднестровской Молдавской Республики, то есть представителем народа в смысле статьи 1 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. При этом, подчеркнул Суд, граждане, которые не голосовали вообще или голосовали не за того кандидата, который стал Президентом, не лишаются своего представительства.

Вопрос легитимности избираемого Президента и доверия к нему избирателей остается независимо от того, какой именно «порог явки» избирателей установлен в законодательстве о выборах – 50 процентов или 25 процентов. Участие избирателей в выборах осуществляется в соответствии с принципом свободного участия, провозглашенным Конституцией (часть четвертая статьи 1, часть вторая статьи 31). Это означает, отметил Суд, что избирательное право принадлежит отдельному гражданину, и только он на индивидуальной основе вправе решать – воспользоваться этим правом или нет. Закрепленное статьей 31 Конституции право граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления как одно из неотчуждаемых прав гражданина является по своей юридической природе индивидуальным. В случае реализации принципа свободных выборов избиратель самостоятельно решает, участвовать ему в выборах или нет. Выборы считаются состоявшимися при преодолении того «порога явки» избирателей, который установлен действующим законодательством о выборах. При этом, указано в решении, любой установленный законом «порог явки» избирателей не является препятствием для его преодоления. Фактическая явка избирателей на выборы может значительно превышать установленное минимальное значение для признания выборов состоявшимися.

Особо Конституционный суд отметил отсутствие нормы о «пороге явки» при повторном голосовании. В силу части второй пункта 1 статьи 128 Избирательного кодекса Приднестровской Молдавской Республики повторное голосование считается состоявшимся вне зависимости от числа избирателей, принявших участие в голосовании. Таким образом, при проведении повторного голосования по кандидатурам, набравшим наибольшее количество голосов избирателей, данное требование о признании выборов несостоявшимися не применяется. Выборы считаются состоявшимися при любом количестве проголосовавших избирателей, что не ставит под сомнение легитимность избрания высшего должностного лица – главы государства.

Поскольку в ходе заседания были выявлены основания к отказу в принятии обращения к рассмотрению, в соответствии со статьей 75 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд прекратил производство по делу [49].

В Конституционный суд с жалобой о проверке конституционности статьи 23 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 мая 2000 года № 292-3 «О всеобщей воинской обязанности и военной службе» обратился гражданин Королев И.Г.

Заявитель отказался от призыва на военную службу в связи с религиозными убеждениями и согласен был проходить альтернативную службу. Бендерский городской суд квалифицировал действия подсудимого по статье 325 Уголовного кодекса Приднестровской Молдавской Республики как уклонение от призыва на военную службу при отсутствии законных оснований для освобождения от этой службы, и назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на один год условно.

Гражданин Королев И.И. считает, что статья 23 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О всеобщей воинской обязанности и военной службе» в части, не предусматривающей освобождение от призыва на военную службу в связи с прохождением альтернативной службы, противоречит статьям 16, 18 и 30 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Конституционный суд установил, что ни из судебных решений, ни из других документов, предоставленных заявителем, не следует, что оспариваемый нормативный акт был к нему применен. Суд пришел к выводу, что жалоба не отвечает критерию допустимости, поскольку оспариваемый нормативный акт не был применен в конкретном деле заявителя. В соответствии с пунктом б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» в случае, если обращение не является допустимым, Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению.

Кроме того, Суд пришел к выводу, что разрешение поставленного заявителем вопроса неподведомственно Конституционному суду по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 47 и 48 Конституции Приднестровской Молдавской Республики осуществление прав и свобод неотделимо от исполнения гражданином и человеком своих обязанностей перед обществом и государством. Защита Приднестровской Молдавской Республики – священный долг для каждого. Законом устанавливается всеобщая воинская обязанность.

Правовое регулирование в области всеобщей воинской обязанности и военной службы в целях реализации гражданами конституционного долга и обязанности по защите Приднестровской Молдавской Республики осуществляется Законом Приднестровской Молдавской Республики «О всеобщей воинской обязанности и военной службе». В соответствии с пунктом 5 статьи 1 данного Закона освобождение от исполнения воинской обязанности производится только по основаниям, предусмотренным этим Законом. Категории граждан, освобождаемых от призыва на военную службу либо не подлежащих призыву на военную службу, оговорены в статье 23 названного Закона.

Как следует из жалобы, гражданин Королев И.И. усматривает неконституционность статьи 23 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О всеобщей воинской обязанности и военной службе» по причине отсутствия в ней основания для освобождения от военной службы в связи с прохождением альтернативной службы. Заявитель считает, что государство обязано было предусмотреть как одно из оснований для освобождения от призыва на военную службу прохождение альтернативной гражданской службы и сам институт гражданской службы.

Однако, отметил Суд, решение данного вопроса невозможно без дополнения и изменения действующих норм Закона Приднестровской Молдавской Республики «О всеобщей воинской обязанности и военной службе», что является прерогативой законодателя и не входит в компетенцию Конституционного суда, определенную статьей 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и статьей 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Не входит в компетенцию Конституционного суда и оценка целесообразности введения в Приднестровской Молдавской Республике института гражданской альтернативной службы. Конституционный суд решает исключительно вопросы права. Вопрос о расширении или сужении круга лиц, освобождаемых от призыва на военную службу, относится к исключительной компетенции законодателя, который в силу подпункта д) статьи 62 Конституции Приднестровской Молдавской Республики вправе вносить изменения и дополнения в действующее законодательство.

На основании вышеизложенного Конституционный суд пришел к выводу, что в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Королева И.И. следует отказать, так как она не соответствует критерию допустимости, и решение поставленных в ней вопросов Конституционному суду  неподведомственно.

Руководствуясь подпунктами а) и б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Королева И.И. о проверке конституционности статьи 23 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 мая 2000 года № 292-3 «О всеобщей воинской обязанности и военной службе» ввиду несоответствия критерию допустимости и неподведомственности Конституционному суду поставленных в обращении вопросов [50].   

В решениях по конкретным делам Конституционный суд часто предлагает законодательному органу урегулировать те или иные общественные отношения, если сочтет недостаточной существующую их регламентацию.

В своей жалобе в Конституционный суд гражданин Давий О.Я. оспорил конституционность статьи 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве», подпункта   а)  пункта    2    Положения     «О  порядке установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики».

Статья 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве» устанавливает право судебного исполнителя по заявлению взыскателя или по собственной инициативе вынести постановление о временном ограничении на выезд должника из Приднестровской Молдавской Республики в случае, если исполнительный документ выдан на основании судебного акта или является судебным актом (пункт 1).

Если исполнительный документ не является судебным актом и выдан не на основании судебного акта, то взыскатель или судебный исполнитель вправе обратиться в суд с заявлением об установлении для должника временного ограничения на выезд из Приднестровской Молдавской Республики (пункт 3).

В соответствии с подпунктом а) пункта 2 Положения «О порядке установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики» одним из оснований применения мер принудительного исполнения в виде временного ограничения права должника на выезд из Приднестровской Молдавской Республики является принятие судебным исполнителем постановления о возбуждении исполнительного производства.

Как следует из жалобы и представленных документов, на основании исполнительного листа от 14 января  2015 года, выданного Тираспольским городским судом, в отношении должника Давий О.Я. 16 февраля 2015 года было возбуждено  исполнительное производство.

25 января 2016 года судебный исполнитель Тираспольского отдела Государственной службы судебных исполнителей  вынес постановление об установлении в отношении должника Давий О.Я. временного ограничения права на выезд из Приднестровской Молдавской Республики. В тот же день постановление было утверждено старшим судебным исполнителем.

По мнению заявителя, судебный исполнитель незаконно ограничил его в праве выезда из Приднестровской Молдавской Республики, в результате применения в его деле оспариваемых норм были нарушены провозглашенные Конституцией право на защиту государством прав и свобод человека и гражданина (статья 16), право свободно передвигаться и выбирать место жительства в пределах республики, покидать ее и беспрепятственно возвращаться обратно (статья 25).

На основании статьи 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве» свобода передвижений и места жительства может быть временно ограничена в случае, если гражданин-должник уклоняется от исполнения обязательств, наложенных на него судом, до исполнения обязательств либо до достижения согласия сторонами (пункт 1). Суд отметил, что данная норма представляет собой одну из мер воздействия на должника, уклоняющегося от добросовестного и полного исполнения вынесенного в отношении него судебного решения.

Эта мера воздействия, отметил Суд, затрагивает конституционное право гражданина-должника свободно выезжать за пределы Приднестровской Молдавской Республики. Из пункта 1 статьи 54 Конституции Приднестровской Молдавской Республики следует, однако, что такое право не является абсолютным -  на основании статьи 18 (часть первая) Конституции допускается его ограничение законом в интересах государственной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц.

Временное ограничение на выезд из Приднестровской Молдавской Республики направлено на обеспечение исполнимости судебных решений и защиту прав взыскателей (кредиторов) в исполнительном производстве. Следовательно, сделал вывод Суд, вынесение судебным исполнителем в отношении должника в исполнительном производстве постановления о временном ограничении на выезд из Приднестровской Молдавской Республики не нарушает конституционные права граждан – участников исполнительного производства.

Постановление судебного исполнителя о временном ограничении права должника на выезд из Приднестровской Молдавской Республики представляет собой исполнительное действие, направленное на создание условий для применения мер принудительного исполнения. Целью такого постановления, отмечено в решении, является понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе, выданном на основании судебного акта или являющегося судебным актом.

Суд указал в своем решении, что судебный исполнитель обладает правом выносить постановление о временном ограничении права должника на выезд из Приднестровской Молдавской Республики на основании постановления о возбуждении исполнительного производства и только в случае неисполнения должником в установленный с момента получения постановления о возбуждении исполнительного производства срок в добровольном порядке требования, содержащегося в исполнительном документе.  При этом постановление о временном ограничении права на выезд не может быть вынесено одновременно с постановлением о возбуждении исполнительного производства, а также до истечения срока, установленного на добровольное исполнение требования, содержащегося в исполнительном документе, который не должен превышать пяти дней.

Ввиду уклонения Давий О.Я. с 17 марта 2015 года от добровольного исполнения содержащегося в исполнительном документе требования, судебный исполнитель 25 января 2016 года вынес в отношении него постановление о временном ограничении на выезд из Приднестровской Молдавской Республики.

Суд подчеркнул, что данное ограничение в отношении заявителя установлено в соответствии с оспариваемыми нормами. Однако сами нормы, устанавливающие возможность временного ограничения права гражданина на выезд из Приднестровской Молдавской Республики в случае уклонения от исполнения обязательств, наложенных на него судом, направлены на защиту конституционно значимых целей и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя. Данное обстоятельство, отметил Суд, в силу требований статей 50 (подпункт б), 75 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» является основанием для прекращения производства по делу.

Принимая решение о прекращении производства по делу о проверке конституционности статьи 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве», подпункта а) пункта 2 Положения «О порядке установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики» по жалобе гражданина Давий О.Я., Конституционный суд счел необходимым отметить следующее.

Статья 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. Однако такая защита не будет считаться эффективной, если судебный акт не исполняется своевременно или на протяжении длительного периода времени. Поэтому исполнение судебного решения, вынесенного в пользу взыскателя (кредитора), следует расценивать как элемент судебной защиты.

Определение конкретного механизма исполнительного производства для обеспечения исполнения судебного решения относится к компетенции законодателя. При этом правовое регулирование в этой сфере должно обеспечивать конституционный принцип исполнения судебного решения и быть непротиворечивым.

Между тем, обратил внимание Суд, в отличие от оспариваемых норм, устанавливающих право судебного исполнителя вынести постановление о временном ограничении на выезд должника из Приднестровской Молдавской Республики, статья 437 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики устанавливает иной порядок установления такого ограничения. В соответствии с данной нормой заявление об установлении временного ограничения на выезд может быть подано взыскателем или судебным исполнителем в суд по месту жительства должника. По результатам рассмотрения такого заявления в установленной процедуре суд выносит определение об установлении для должника временного ограничения на выезд либо об отказе в удовлетворении заявления. На определение суда может быть подана частная жалоба или принесено частное представление.

Таким образом, подчеркнул Суд, действующее законодательство предусматривает как судебный, так и внесудебный порядок установления для должника временного ограничения на выезд из Приднестровской Молдавской Республики. По мнению Конституционного суда, выявленное противоречие подлежит устранению законодательным путем с учетом выводов Определения Конституционного суда по данному вопросу [51].

Гражданка Луценко С.В. обратилась в Конституционный суд с жалобой о проверке конституционности пункта 1 статьи 21-7 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Прокуратуре Приднестровской Молдавской Республики».

В соответствии с оспариваемой нормой прокурор или его заместитель, установив факт нарушения законодательства Приднестровской Молдавской Республики о труде, и при отсутствии спора о праве выносит постановление о взыскании начисленных, но не выплаченных работнику заработной платы, сумм оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) иных сумм, начисленных работнику.

Как следует из жалобы и представленных документов, Луценко С.В. является учредителем общества  с  ограниченной  ответственностью  «Кентавр»,  в  котором  до  30

июня 2016 года работала Бевзюк Т.И. При увольнении Бевзюк Т.И. ей была начислена денежная компенсация за неиспользованные на протяжении шести лет отпуска.

В нарушение требований трудового законодательства при увольнении Бевзюк Т.И. и в течение одного года после увольнения начисленная ей компенсация не была выплачена. По истечении года после увольнения Бевзюк Т.И. в выплате начисленной денежной компенсации было отказано. Обоснованием для отказа явилось положение Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики, в соответствии с которым работник имеет право в течение одного года обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в случае невыплаты заработной платы и других выплат, причитающихся ему при увольнении (пункт 2 статьи 372).

Прокурор города Тирасполя рассмотрел материалы проверки соблюдения ООО «Кентавр» требований трудового законодательства в части выплаты Бевзюк Т.И. сумм компенсации за неиспользованный отпуск. Постановлением от 16 февраля 2018 года № 12, основанным на оспариваемой норме, прокурор взыскал с ООО «Кентавр» в пользу Бевзюк Т.И. задолженность по выплате денежной компенсации за неиспользованный отпуск. При этом прокурор не принял во внимание мотивированные возражения ООО «Кентавр» об отсутствии оснований для выплаты Бевзюк Т.И. компенсации за неиспользованный отпуск в связи с истечением установленного для этого срока.

Тираспольский городской суд, рассмотрев заявление ООО «Кентавр», отказал в требовании признать Постановление прокурора города Тирасполя недействительным и обязать прокурора города Тирасполя его отменить (решение от 3 августа 2018 года). Кассационным определением Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики от 11 октября 2018 года решение Тираспольского городского суда оставлено без изменения.

Как утверждает гражданка Луценко С.В., оспариваемая норма противоречит пункту 1 статьи 92 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, поскольку дает прокурору право выполнять функции судебной власти и взыскивать денежные средства, начисленные и не выплаченные работнику, независимо от сроков исковой давности. Также она считает, что оспариваемая норма противоречит подпункту е) пункта 2 статьи 70 Конституции, так как не содержит единообразного применения понятия «спор о праве». Кроме того, заявитель в жалобе указывает, что оспариваемая норма нарушает права, установленные статьями 36, 37 Конституции. По ее мнению, взыскание в пользу Бевзюк Т.И. денежной компенсации за неиспользованный отпуск лишает ООО «Кентавр» возможности распорядиться денежными средствами по своему усмотрению.

Гражданка Луценко С.В. просит рассмотреть ее жалобу на предмет соответствия оспариваемой нормы подпункту е) пункта 2 статьи 70 и пункту 1 статьи 92 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и признать ее не соответствующей указанным нормам Конституции.

В своем решении Суд указал, что подпункт е) пункта 2 статьи 70 Конституции устанавливает полномочия Верховного Совета по осуществлению законодательного регулирования иных, кроме перечисленных в подпунктах а) - д) пункта 2 названной статьи Конституции вопросов, требующих единообразного решения и применения на территории Приднестровской Молдавской Республики. Пункт 1 статьи 92 Конституции закрепляет за Прокурором и подчиненными ему прокурорами функцию по осуществлению надзора за точным и единообразным исполнением Конституции и законов на территории Приднестровской Молдавской Республики.

Таким образом, отметил Суд, вышеназванные положения Конституции, на которые в обоснование своей жалобы ссылается заявитель и на соответствие которым просит проверить оспариваемую норму, не закрепляют какие-либо права и свободы человека и гражданина, нарушение которых гражданин вправе обжаловать в Конституционном суде.

По содержанию и характеру требований рассматриваемая жалоба фактически является обращением о проверке в порядке абстрактного конституционного контроля нормы Конституционного закона, принятого Верховным Советом. Однако граждане, подчеркнул Суд, не обладают правом обращаться в Конституционный суд с целью возбуждения процедуры абстрактного нормоконтроля правовых актов. Субъектами обращения в Конституционный суд в порядке абстрактного нормоконтроля могут быть только конкретные государственные органы и должностные лица, исчерпывающий перечень которых установлен пунктом 4 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» (статья 90).

Суд пришел к выводу, что поскольку гражданин, оспаривающий конституционность положений закона, нормативного акта в порядке абстрактного нормоконтроля, является ненадлежащим заявителем, рассматриваемая жалоба не соответствует требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и не может быть принята к рассмотрению.

 Конституционный суд, оценивая содержание оспариваемой нормы, пришел к выводу, что она не допускает произвольного изъятия выплат, причитающихся работнику при увольнении, из денежных средств работодателя. Это следует из самой конструкции оспариваемой нормы, в соответствии с которой прокурор или его заместитель, установив факт нарушения законодательства о труде, выносит постановление о взыскании начисленных, но не выплаченных работнику выплат при увольнении только при отсутствии спора о праве. Наличие спора о праве исключает для прокурора или его заместителя возможность вынесения постановления о взыскании таких выплат.

Лишь установив отсутствие спора о праве, прокурор или его заместитель выносит постановление о взыскании, что само по себе еще не означает фактического лишения работодателя денежных средств. Принудительный, то есть вопреки воле и согласию работодателя, порядок изъятия денежных средств в данной стадии не допускается.

Как утверждает заявитель, вывод прокурора об отсутствии спора о праве между Бевзюк Т.И. и ООО «Кентавр» является ошибочным, однако подтверждающие это доводы, изложенные в мотивированных возражениях на постановление от 16 февраля 2018 года № 12, не были приняты прокурором во внимание.

Суд в этой части отметил, что в силу статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» при осуществлении конституционного судопроизводства Конституционный суд воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств и, следовательно, от установления наличия либо отсутствия спора о праве в деле заявителя. Установление наличия или отсутствия спора о праве при взыскании начисленной, но не выплаченной суммы денежной компенсации за неиспользованный отпуск отнесено к компетенции прокурора или его заместителя. Исправление возможной ошибки, допущенной при этом, и в целом законность вынесенного прокурором или его заместителем постановления обеспечиваются последующим судебным контролем, поскольку фактическому исполнению постановления о взыскании предшествует стадия его обжалования. Право обжаловать в суд любые решения и действия должностных лиц гарантировано статьей 46 Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Из приложенных к жалобе документов следует, что ООО «Кентавр» воспользовалось данной конституционной гарантией и обратилось в суд с заявлением о признании постановления прокурора от 16 февраля 2018 года № 12 недействительным. Тираспольский городской суд решением от 3 августа 2018 года, оставленным без изменения кассационной инстанций (определение от 11 октября 2018 года), отказал в удовлетворении заявления, признав тем самым обоснованность вывода прокурора об отсутствии спора о праве между сторонами.

Таким образом, отметил Суд, при взыскании выплат, причитающихся работнику при увольнении, в соответствии с оспариваемой нормой защита законных интересов работодателя обеспечивается возможностью отмены постановления о взыскании самим прокурором или его заместителем, а также последующим судебным контролем.

Принимая решение об отказе в принятии жалобы к рассмотрению, Конституционный суд посчитал необходимым обратить внимание законодателя, что в системе действующего правового регулирования возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (часть четвертая статьи 35 Конституции) и возможность функционирования механизма гарантированной каждому судебной защиты его прав и свобод (статья 46 Конституции), в том числе в сфере труда, обеспечиваются статьей 372 Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики.

Пункт 2 данной статьи предусматривает право работника обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении, в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм. Требование о взыскании начисленных, но не выплаченных работнику заработной платы, сумм отпуска, выплат при увольнении и (или) иных сумм, начисленных работнику, рассматривается судьей единолично в порядке приказного производства при отсутствии спора о праве.

Установленный для обращения в суд срок (один год) выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, является разумным и соразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и является достаточным для обращения в суд, своевременность которого зависит от волеизъявления работника. Сроки, пропущенные по уважительным причинам, как следует из пункта 4 той же статьи, могут быть восстановлены судом.

В то же время, в соответствии с оспариваемой нормой, полномочием единолично выносить постановление о взыскании начисленных, но не выплаченных работнику заработной платы, сумм оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) иных сумм, начисленных работнику, при отсутствии спора о праве наделены также прокурор или его заместитель. При этом прокурор или его заместитель, осуществляя взыскание, не ограничены каким-либо сроком, исчисляемым с момента прекращения трудового договора.

По мнению Конституционного суда, наделение судьи и одновременно прокурора (или его заместителя) схожими полномочиями производить взыскания начисленных работнику выплат при увольнении, а также отсутствие предельного срока для реализации прокурором или его заместителем этого полномочия, свидетельствуют о правовой неопределенности, устранение которой относится к компетенции законодателя.

На основании изложенного, руководствуясь подпунктом б) статьи 50, частями первой и пятой статьи 78, статьями 84, 85, 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Луценко С. В. о проверке конституционности пункта 1 статьи 21-7 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Прокуратуре Приднестровской Молдавской Республики» ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [52].

9. В отношении запроса о толковании Конституции Приднестровской Молдавской Республики Конституционный закон «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не устанавливает каких-либо особых требований. В этом случае применяются общие требования к обращению, изложенные в статье 44 названного Закона. Основанием к рассмотрению дела о толковании Конституции может стать обнаружившаяся неопределенность в понимании ее положений. Применительно к делам о толковании Конституции Конституционный закон «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» не устанавливает специальных условий или критериев допустимости запроса, как это сделано в отношении других категорий дел. Отсутствие законодательного регулирования допустимости запроса о толковании Конституции создало предпосылки для активизации роли Конституционного суда в решении этого вопроса. Конституционный суд встал на позиции реального интерпретатора положений закона, регламентирующего его статус и порядок деятельности. Он стал вырабатывать правовые ограничения для рассмотрения различных категорий дел, в том числе дел о толковании Конституции, которые служат основанием для отказа в принятии дел к рассмотрению. Конституционный суд, учитывая смысл закона и предназначение института толкования, возложил на себя право дополнять законодательные условия допустимости обращений интерпретационными правилами, сформулированными в так называемых «отказных определениях».

Так, Президент Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с запросом о толковании части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с названной нормой депутат Верховного Совета, работающий в Верховном Совете и его рабочих органах на постоянной профессиональной основе, не вправе занимать иные оплачиваемые должности, осуществлять предпринимательскую деятельность, входить в состав руководящего органа или наблюдательного совета коммерческой организации, заниматься иной оплачиваемой деятельностью, за исключением преподавательской, научной или творческой деятельности.

По мнению заявителя, часть третья пункта 1 статьи 68 Конституции, закрепляя    принцип    работы   депутатов Верховного Совета только на постоянной профессиональной основе, исключает возможность осуществления депутатских полномочий без прекращения основной трудовой деятельности. При этом депутат Верховного Совета не вправе заниматься предпринимательской и иной оплачиваемой деятельностью, за исключением научной, преподавательской или творческой деятельности. Между тем статья 6 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики» устанавливает, что депутат Верховного Совета вправе осуществлять депутатские полномочия и без прекращения основной трудовой деятельности (часть первая пункта 1).

Таким образом, указано в запросе, в отличие от представителей исполнительной и судебной власти, а также главы государства, депутаты Верховного Совета вправе осуществлять свою деятельность не только на постоянной профессиональной основе, но и без прекращения основной трудовой деятельности. В последнем случае депутаты Верховного Совета вправе осуществлять предпринимательскую и любую другую деятельность, занимать другую оплачиваемую должность.

Как утверждает заявитель, расширение конституционно установленной формы осуществления деятельности депутатов Верховного Совета не согласуется с принципом разделения властей, в рамках которого каждая из трех ветвей власти наделена властными полномочиями и в пределах своих полномочий самостоятельна. Поэтому исполнение депутатами Верховного Совета возложенных на них властных полномочий «возможно только на постоянной  профессиональной основе, в смысле основного места работы, без права занятия предпринимательской и иной оплачиваемой деятельностью, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности».

В связи с изложенным заявитель просит дать толкование части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции Приднестровской Молдавской Республики «в части осуществления депутатами Верховного Совета полномочий на постоянной  профессиональной основе, отсутствия права занимать иные оплачиваемые должности, осуществлять предпринимательскую деятельность, входить в состав руководящего органа или наблюдательного совета коммерческой организации, заниматься иной оплачиваемой деятельностью, за исключением преподавательской, научной или творческой деятельности».

В своем определении по данному вопросу Суд подчеркнул, что целью толкования Конституции является устранение неопределенности в понимании конституционных положений, обеспечение их надлежащего применения, соблюдения, исполнения и использования. В соответствии с частью второй статьи 43 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» основанием к рассмотрению в Конституционном суде дела о толковании Конституции является обнаружившаяся неопределенность в понимании ее положений.

Отсюда следует, пришел к выводу Суд, что основанием к рассмотрению Конституционным судом дела о толковании Конституции Приднестровской Молдавской Республики является обнаружившаяся неопределенность в понимании именно положений Конституции, а не законов, которые конкретизируют эти конституционные положения.

Кроме того, отметил Суд, такая неопределенность обнаруживается управомоченными на обращение с запросом в Конституционный суд органами в связи с их официальной деятельностью по осуществлению своих государственно-властных функций и принадлежащих им полномочий.

Поскольку запрос Президента Приднестровской Молдавской Республики не отвечает указанным требованиям, Конституционный суд пришел к выводу, что он не может быть принят Конституционным судом к рассмотрению.

Суд отметил, что в запросе Президента отсутствует указание на причину, вызвавшую обращение в Конституционный суд с требованием о толковании части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. Между тем, как следует из изложенного выше, основанием к рассмотрению дела о толковании Конституции является не любая неопределенность в понимании ее положений, а лишь та неясность или неоднозначность, которая возникла при применении этих положений на практике, при реализации субъектом своих прав и обязанностей, а также компетенции.

Суд указал на то, что Конституционный суд в ранее принятых решениях сформировал правовую позицию относительно критериев допустимости запроса о толковании Конституции Приднестровской Молдавской Республики (Постановление от 21 октября 2014 года № 04-П/14, Определение от 17 февраля 2005 года № 02-О/05). В соответствии с этой позицией главным условием допустимости запроса о толковании является наличие у заявителя неясности или неоднозначности в понимании положений Конституции в процессе правореализации, правоприменения. Обнаружившаяся неопределенность в понимании положений Конституции должна быть связана не с познавательным интересом заявителя, а с деятельностью по осуществлению государственно-властных полномочий. В процессе конституционного производства возможно только взаимосвязанное с реализацией раскрытие содержания конституционных понятий, определений.

Как следует из запроса, Президент Приднестровской Молдавской Республики не усматривает какой-либо неопределенности в понимании положений части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции. Напротив, основываясь на собственном понимании названной нормы, заявитель фактически оспаривает конституционность  статьи 6 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики». Об этом свидетельствуют доводы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции. Как следует из запроса, заявитель усматривает неопределенность в понимании именно положений статьи 6 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики», которые предусматривают различные формы осуществления депутатской деятельности, в том числе на непостоянной основе без отрыва от основной производственной или служебной деятельности.

Однако, отметил Суд, разрешение поставленного заявителем вопроса означало бы в действительности не толкование части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции, а проверку конституционности статьи 6 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики». Между тем в запросе Президента конституционность положений этой нормы ни по форме, ни по содержанию заявителем не оспаривается. Кроме того, требуемое заявителем толкование означало бы проверку конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Регламенте Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики», который также закрепляет различные формы осуществления депутатской деятельности.

Поскольку оценка конституционности законоположений в процедуре абстрактного толкования Конституции недопустима, Суд пришел к выводу, что запрос Президента также не является допустимым по смыслу Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и, следовательно, не может быть принят Конституционным судом к рассмотрению.

Исходя из изложенного Конституционный суд, руководствуясь подпунктом б) части первой статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», пришел к выводу, что в принятии запроса к рассмотрению следует отказать, так как он не соответствует критерию допустимости [53].

10. В соответствии с подпунктом г) пункта 1 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики и подпунктом 4) подпункта а) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд в части осуществления конституционного контроля разрешает дела о конституционности правоприменительной практики.

Согласно указанным нормам Конституционный суд разрешает дела о конституционности правоприменительной практики по запросам Президента Приднестровской Молдавской Республики, Правительства Приднестровской Молдавской Республики, Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики, Пленумов Верховного и Арбитражного судов Приднестровской Молдавской Республики, Прокурора Приднестровской Молдавской Республики, Уполномоченного по правам человека в Приднестровской Молдавской Республике.

Так, Президент Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета, сложившейся при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года.

Как указано в запросе, основанием для обращения в Конституционный суд является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли правоприменительная практика Верховного Совета при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, пункту 2 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с названой нормой Президент вправе ввести режим законодательной необходимости при рассмотрении наиболее важных законодательных актов, требующих рассмотрения и принятия их Верховным Советом в кратчайшие сроки. Законопроект, внесенный Президентом в режиме законодательной необходимости, должен быть рассмотрен и принят либо отклонен в установленном порядке на заседаниях сессии Верховного Совета в согласованные с Президентом сроки.

В запросе указано, что из части второй пункта 1 статьи 69 Конституции Приднестровской Молдавской Республики следует, что деятельность Верховного Совета, в том числе законотворческий процесс, определяется Регламентом Верховного Совета. При этом нарушение определенных Регламентом процедур внесения, рассмотрения и принятия законопроектов в силу предписаний пункта 6 статьи 71 Конституции делает законодательный акт не имеющим силы и не подлежащим применению.

По мнению заявителя, учитывая прямую связь пункта 6 статьи 71 Конституции с Регламентом Верховного Совета, следует констатировать, что нарушение Верховным Советом установленного Регламентом порядка рассмотрения и принятия законопроектов, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, является правоприменительной практикой, которая не соответствует Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Заявитель обратил внимание на то, что в Постановлении от 1 ноября 2013 года № 07–П/13 по делу о проверке конституционности правоприменительной практики, сложившейся при отклонении Верховным Советом законопроектов, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, Конституционный суд признал не соответствующей Конституции правоприменительную практику, сложившуюся при отклонении Верховным Советом законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, без согласования сроков их рассмотрения с Президентом. Принимая во внимание данную позицию, Президент подчеркнул, что правоприменительная практика Верховного Совета, признанная неконституционной, подлежит прекращению.

В этой связи в запросе указано, что 105 законодательных инициатив, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, были рассмотрены с превышением предельного срока их рассмотрения, а в отдельных случаях такие инициативы до момента обращения в Суд не рассмотрены на заседании сессии Верховного Совета.

На основании изложенного заявитель считает правоприменительную практику Верховного Совета не соответствующей пункту 2 статьи 72 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. По мнению Президента, продолжающаяся правоприменительная практика Верховного Совета свидетельствует о грубом нарушении пункта 1 статьи 88 Конституции, выражающемся в неисполнении решения Конституционного суда в части прекращения правоприменительной практики, признанной неконституционной.

Президент просил проверить на соответствие пункту 2 статьи 72 Конституции правоприменительную практику Верховного Совета, сложившуюся при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года.

 Изучив направленное в его адрес обращение, Конституционный суд пришел к выводу, что данный запрос не может быть принят к рассмотрению по следующим основаниям.

Рассмотрение дел о конституционности правоприменительной практики соответствует полномочиям Конституционного суда. Вместе с тем, решая вопрос о принятии запроса Президента к рассмотрению, необходимо установить наличие правоприменительной практики как предмета рассмотрения в оспариваемой деятельности Верховного Совета.

По мнению Конституционного суда, оспариваемая заявителем деятельность Верховного Совета (в большинстве случаев) не образует правоприменительную практику, которая может быть проверена на предмет соответствия Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Приведенные в запросе случаи несоблюдения и нарушения законодательным органом требований Конституции и Регламента Верховного Совета при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года, невзирая на их системный характер, допускались в процессе не правоприменительной, а правотворческой деятельности Верховного Совета. Соответственно, правотворческая деятельность не образует правоприменительную практику, которая может быть предметом рассмотрения Конституционного суда. Данный вывод основывается на ранее сформулированной правовой позиции Конституционного суда (Постановление от 8 июня 2010 года № 02-П/10, Определение от 2 апреля 2013 года № 04-О/13) и положениях Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики».

В Постановлении от 8 июня 2010 года № 02-П/10 Конституционный суд установил, что законодательный процесс представляет собой сложную неоднородную систему организационных действий (процедур, стадий), результатом которых является создание закона, обладающего силой правового акта единой государственной власти.

В соответствии с подпунктом г) статьи 1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики» правотворчество (правотворческая деятельность) – это урегулированная действующим законодательством деятельность уполномоченных органов государственной власти и управления, органов местного самоуправления по подготовке, принятию, изменению, введению в действие и признанию утратившими силу правовых актов по вопросам, относящимся к их ведению.

Данное определение правотворческой деятельности, отметил Суд, охватывает все этапы деятельности Верховного Совета по подготовке, принятию, изменению, введению в действие и признанию утратившими силу правовых актов, в процессе которой были не соблюдены требования и допущены нарушения, указанные в запросе.

Это случаи принятия Верховным Советом в окончательном чтении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, после истечения установленных сроков и отклонения Верховным Советом законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости, после истечения установленных сроков.

По мнению Суда, приведенные в запросе аргументы о нарушении требований Конституции и Регламента Верховного Совета касаются процесса непосредственно правотворческой деятельности законодательного органа, не образуют правоприменительную практику и, следовательно, не могут быть предметом рассмотрения Конституционного суда.

Приведенные в запросе отдельные случаи, когда законодательные инициативы, внесенные в режиме законодательной необходимости, на протяжении длительного периода времени Верховным Советом не рассматриваются, также не образуют правоприменительную практику.

Фактически, отметил Суд, нарушение сроков и очередности рассмотрения законодательных инициатив является следствием бездействия, а не результатом деятельности Верховного Совета. Неисполнение законодательным органом требований о сроках рассмотрения законодательных инициатив не оформляется индивидуальными правовыми актами Верховного Совета, что является непременным признаком правоприменительной деятельности. В процессе этой деятельности не реализуются какие-либо нормы права.

Поскольку оспариваемая заявителем деятельность Верховного Совета, связанная с рассмотрением и принятием законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года, не образует правоприменительную практику, запрос, по мнению Суда, не соответствует критерию допустимости ввиду отсутствия предмета рассмотрения.

По существу, отметил Суд, заявитель оспаривает не правоприменительную практику Верховного Совета, а конституционность деятельности законодательного органа при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года. Однако в соответствии с подпунктом д) пункта 1 статьи 87 Конституции Приднестровской Молдавской Республики Конституционный суд полномочен разрешать дела о конституционности деятельности только выборных органов и должностных лиц местного самоуправления в части принимаемых ими решений и правовых актов.

Суд также отметил, что выводы, содержащиеся выше, не означают, что в процессе правотворческой деятельности законодательного органа не могут приниматься правоприменительные решения. Так, Постановление Верховного Совета об отклонении проекта закона, внесенного Президентом в режиме законодательной необходимости, имеет правоприменительный характер.

В Определении от 2 апреля 2013 года № 04-О/13 Конституционный суд, основываясь на положениях подпункта е) статьи 1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики», признал, что Распоряжение Президента об отклонении и направлении на повторное рассмотрение закона, поступившего для подписания, имеет правоприменительный характер. В названном Определении Суд сформулировал правовую позицию, которая содержит признаки, присущие такому правоприменительному решению. Постановление Верховного Совета об отклонении проекта закона, внесенного Президентом в режиме законодательной необходимости, этими признаками обладает.

Процедура отклонения внесенного законопроекта установлена Регламентом Верховного Совета, то есть законодательно. Хотя решение об отклонении законопроекта и связано с процессом законотворчества, оно не устанавливает каких-либо новых норм права, не изменяет и не отменяет действующие правовые нормы. Постановление об отклонении законопроекта является актом однократного действия, исчерпывается юридическим фактом отклонения законопроекта и распространяется только на данный конкретный случай, что присуще любому другому правоприменительному решению. Отклоняя законопроект, Верховный Совет применяет к конкретному случаю соответствующую норму права, совершая правоприменительное действие, имеющее обязательный характер. Постановление об отклонении проекта закона влечет (или может повлечь) юридические последствия в виде предусмотренных законодательством соответствующих правоприменительных действий главы государства, в частности - создание согласительной комиссии для преодоления возникших разногласий, повторное внесение в Верховный Совет проекта закона.

По мнению Суда, решение Верховного Совета об отклонении законопроекта, внесенного в режиме законодательной необходимости, носит правоприменительный характер, а совокупность таких решений образует правоприменительную практику, которая может быть проверена на соответствие Конституции Приднестровской Молдавской Республики.

Суд напомнил, что ранее Правительство Приднестровской Молдавской Республики обращалось в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета, связанной с внесением, рассмотрением и принятием законопроектов. Данный запрос был принят Конституционным судом к рассмотрению только в части проверки конституционности правоприменительной практики Верховного Совета при отклонении законопроектов, внесенных Президентом  в режиме законодательной необходимости.

Принимая запрос Правительства в этой части к рассмотрению, Конституционный суд исходил из того, что отклонение Верховным Советом законопроекта носит правоприменительный характер, а совокупность таких решений образует правоприменительную практику, которая может быть проверена на соответствие Конституции Приднестровской Молдавской Республики (Постановление от 1 ноября 2013 года № 07–П/13).

В указанном решении Конституционный суд установил, что сложилось обыкновение правоприменительной практики, в соответствии с которым Верховный Совет не согласовывает предварительно с главой государства и не устанавливает конкретные сроки рассмотрения законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости. Это, в свою очередь, приводит к тому, что указанные законопроекты рассматриваются неоправданно долго и отклоняются лишь по прошествии длительного периода времени. Такое обыкновение правоприменительной практики было признано судом не соответствующим требованиям пункта 2 статьи 72 Конституции, а также закрепленной в статье 2 Конституции обязанности органов государственной власти и должностных лиц соблюдать Конституцию Приднестровской Молдавской Республики.

При этом Суд постановил, что в соответствии со статьей 119 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» правоприменительная практика Верховного Совета, признанная Конституционным судом неконституционной, подлежит прекращению.

Таким образом, отметил Суд, по предмету обращения Президента в части проверки конституционности правоприменительной практики Верховного Совета при отклонении законопроектов, внесенных Президентом в режиме законодательной необходимости, Конституционным судом ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу. Конституционный суд пришел к выводу, что при таких обстоятельствах запрос главы государства в этой части также не может быть принят Судом  к рассмотрению в силу требования подпункта в) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». В соответствии с названной нормой Конституционный суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если по предмету обращения Конституционным судом ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.

Принимая решение об отказе в принятии запроса Президента к рассмотрению, Конституционный суд счел необходимым указать на недопустимость нарушений требований Конституции и Регламента Верховного Совета по порядку внесения, рассмотрения и принятия законопроектов. Статья 2 Конституции Приднестровской Молдавской Республики определяет обязанность органов государственной власти, в том числе Верховного Совета, использовать в своей нормотворческой деятельности все необходимые меры, обеспечивающие соблюдение Конституции и законов Приднестровской Молдавской Республики. Верховный Совет является единственным законодательным органом государственной власти Приднестровской Молдавской Республики. В силу возложенных на него конституционных полномочий по рассмотрению и разрешению всех вопросов, отнесенных Конституцией к законодательному регулированию, Верховный Совет должен неукоснительно соблюдать требования Конституции и законов, процедуры внесения, рассмотрения и принятия законопроектов, принимать все необходимые меры по обеспечению непрерывности законодательного процесса.

При этом Конституционный суд обратил внимание Верховного Совета, а также заявителя, что в соответствии с конституционным установлением нарушение процедуры внесения, рассмотрения и принятия законопроекта может послужить основанием для признания его в судебном порядке не имеющим силы и не подлежащим применению (пункт 6 статьи 71 Конституции).

На основании изложенного и руководствуясь подпунктами б) и в) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению запроса Президента о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета, сложившейся при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года, ввиду несоответствия требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [54].

Гражданин Андриевский В.В. обратился в Конституционный суд с жалобой, в которой оспаривает конституционность правоприменительной практики судов общей юрисдикции Приднестровской Молдавской Республики, сложившейся при рассмотрении трудовых споров, связанных с применением подпункта б) статьи 274 Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики. В соответствии с подпунктом б) статьи 274 Трудового кодекса помимо оснований, предусмотренных Трудовым кодексом и иными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица либо собственником целостного имущественного комплекса (предприятия), либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

Как следует из жалобы и представленных документов, решением единственного акционера ОАО «Бендерский речной порт» - ОАО «Бюро по управлению активами» - с заявителем был прекращен трудовой договор, он был освобожден от должности генерального директора ОАО «Бендерский речной порт» и уволен с работы на основании подпункта б) статьи 274 Трудового кодекса.

Считая увольнение незаконным, заявитель обратился в Тираспольский городской суд с иском к ОАО «Бюро по управлению активами» и ОАО «Бендерский речной порт» о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Решением Тираспольского городского суда от 18 августа 2017 года, оставленным кассационной инстанцией без изменения, в удовлетворении исковых требований Андриевскому В.В. было отказано.

Заявитель указывает, что суды первой и второй инстанций при рассмотрении дела не выясняли мотивы его увольнения, поскольку руководствовались в своих решениях Постановлением Пленума Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики от 22 декабря 2010 года № 7 «О применении судами Приднестровской Молдавской Республики Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики», обязательным к исполнению судами общей юрисдикции.  

Гражданин Андриевский В.В. считает, что обыкновение правоприменительной практики судов общей юрисдикции Приднестровской Молдавской Республики, сложившееся при рассмотрении трудовых споров, связанных с применением подпункта б) статьи 274 Трудового кодекса, не соответствует принципу равенства всех перед законом и противоречит статьям 1, 2, 16, 17, 18, 35, 36, 45, 53 (пункты 1, 2) Конституции Приднестровской Молдавской Республики. По его мнению, такая правоприменительная практика содержит дефектную с точки зрения исполнения положений Конституции позицию, позволяющую работодателю злоупотреблять предоставленным ему правом осуществлять увольнение руководителя организации без указания мотива увольнения, поэтому должна быть признана не соответствующей Конституции.  

Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Андриевского В. В. о проверке конституционности правоприменительной практики  судов общей юрисдикции Приднестровской Молдавской Республики, сложившейся при рассмотрении трудовых споров, по следующим основаниям.

Согласно пункту 4 статьи 87 Конституции, подпункту г) части первой статьи 9 Конституционного закона о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики, Конституционный суд разрешает дела о конституционности правоприменительной практики по запросам Президента Приднестровской Молдавской Республики, Правительства Приднестровской Молдавской Республики, Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики, Пленумов Верховного и Арбитражного судов Приднестровской Молдавской Республики, Прокурора Приднестровской Молдавской Республики, Уполномоченного по правам человека в Приднестровской Молдавской Республике. Этот же круг уполномоченных субъектов отражен в статье 117 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», закрепляющей право на обращение в Конституционный суд с запросом о конституционности правоприменительной практики. Следовательно, указал Суд, граждане не входят в перечень субъектов, уполномоченных Конституцией и Конституционным законом Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» на обращение в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности правоприменительной практики.

Суд отметил, что в соответствии с пунктом 3 статьи 87 Конституции и подпунктом в) части первой статьи 9 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» граждане обладают правом на обращение в Конституционный суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод, если их права и свободы нарушаются в результате применения закона, нормативного акта.

Таким образом, Суд пришел к выводу, что жалоба гражданина Андриевского В.В. не соответствует положениям статьи 117 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

На основании изложенного, в соответствии с подпунктом б) статьи 50 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» Конституционный суд принял решение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Андриевского В.В. [55]

11. В процессе своей деятельности Конституционный суд выработал ряд правовых позиций по вопросам разъяснения собственных решений. Выделение этих процессуальных правовых позиций обусловлено особенностями, которые присущи данному виду полномочий Конституционного суда. В соответствии со статьей 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» решение Конституционного суда может быть официально разъяснено только самим Конституционным судом в заседании, по ходатайству органов и лиц, имеющих право на обращение в Конституционный суд, других органов и лиц, которым оно направленно. О разъяснении решения Конституционного суда выносится определение, излагаемое в виде отдельного документа и подлежащее опубликованию в тех же изданиях, где было опубликовано само решение.  

Под официальным разъяснением решения Конституционного суда понимается истолкование содержания и смысла отдельных его положений, содержащихся как в резолютивной, так и в мотивировочной части. Необходимость в таком разъяснении возникает, как правило, непосредственно в процессе исполнения решения Конституционного суда. Поэтому ходатайство об официальном разъяснении должно быть мотивировано и содержать указание как на конкретные неясности, имеющиеся в решении, так и на практическую значимость их устранения. При этом заявитель должен указать, какие именно положения и правовая позиция, изложенные в решении Конституционного суда, требуют разъяснения (уточнения) и по каким причинам.

Формальные критерии допустимости ходатайства о разъяснении решения Конституционного суда в Конституционном законе «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» непосредственно не закреплены. Данный пробел восполнен в ряде решений Конституционного суда, в которых Суд сформировал процессуальные правовые позиции, связанные с толкованием статьи 89 Конституционного закона «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».  

В соответствии с ранее выраженными правыми позициями разъяснение решения Конституционного суда: а) не должно являться его простым воспроизведением, то есть ходатайство не подлежит рассмотрению, если поставленные в нем вопросы не требуют какого-либо дополнительного истолкования решения по существу; б) дается только в рамках предмета разъясняемого решения и не может содержать решения по новым вопросам, связанным с проверкой конституционности иных норм, а также с толкованием законов или иных нормативных актов, осуществляемым в процессе правоприменения; в) не может содержать правовые позиции, не нашедшие отражения в разъясняемом решении (Определения от 7 июля 2005 года № 05–О/05, от 25 октября 2007 года № 13–О/07, от 18 марта 2021 года № 01–О/21). Кроме того, в Определении от 4 февраля 2014 года № 03-О/14 Конституционный суд признал недопустимым под предлогом постановки вопроса о разъяснении решения оспаривать это решение по существу.

Так, Конституционный суд Определением от 6 мая 2010 года № 11-О/10 отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Штембуляка А.В. на нарушение его конституционных прав: 1) Указанием начальника Государственной службы исполнения наказаний и судебных решений Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики от 21 июня 2006 года № 105-У; 2) пунктом 41 «Положения о порядке прохождения службы в учреждениях и подразделениях уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики», утвержденного Указом Президента Приднестровской Молдавской Республики от 7 февраля 2002 года № 108 (далее – Положениие); 3) пунктом 44 «Дисциплинарного устава Государственной службы исполнения наказаний и судебных решений Министерства юстиции    Приднестровской    Молдавской Республики», утвержденного Указом Президента Приднестровской Молдавской Республики от 25 февраля 2004 года № 89.

Данное решение принято Конституционным судом в связи с тем, что жалоба Штембуляка А.В. не отвечала требованиям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный суд признается допустимой.

Гражданин Штембуляк А.В. обратился с ходатайством в   Конституционный суд в котором просил разъяснить указанное Определение на предмет того, действительно ли пункт 41 Положения является конституционным и законным.

Конституционный суд в своем решении указал, что по смыслу статьи 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» официальное разъяснение Конституционным судом вынесенного им решения дается только в рамках предмета этого решения и лишь по тем требующим дополнительного истолкования вопросам, которые были предметом рассмотрения в судебном заседании.

Конституционный суд отметил, что, рассматривая вопрос о принятии к рассмотрению жалобы Штембуляка А.В., в своём Определении от 6 мая 2010 года №11-О/10 не разрешал вопрос о конституционности пункта 41 Положения, поскольку установил, что данная норма не применялась судом в деле заявителя. Признание закона, нормативного акта соответствующим либо не соответствующим Конституции Приднестровской Молдавской Республики по жалобам граждан возможно лишь по итогам рассмотрения дела по существу в порядке, предусмотренном статьями 105, 106 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Определение Конституционного суда от 6 мая 2010 года №11-О/10, о разъяснении которого ходатайствует заявитель, касалось только проверки соответствия поданной жалобы требованиям статей 102 и 103 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» и неясностей, по мнению Суда, не содержит. В каком-либо дополнительном разъяснении выводы, к которым пришел Конституционный суд, не нуждаются.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью первой статьи 78, частью первой статьи 85 и статьей 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», Конституционный суд отказал в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Штембуляка А.В. о разъяснении Определения Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 мая 2010 года № 11-О/10 [56].

29 июня 2016 года Верховный Совет Приднестровской Молдавской Республики обратился в Конституционный суд с ходатайством о разъяснении Постановления Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики  от 5 декабря 2013 года № 09-П/13  по  делу  о  проверке  конституционности некоторых положений Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики».

Заявитель просил разъяснить, «является ли возможным привлечение депутата Верховного Совета к иным, кроме уголовной и административной, видам ответственности за выраженное им мнение или принятое в процессе депутатской деятельности решение». В обоснование ходатайства Верховный Совет сослался на факты поступления в Арбитражный суд Приднестровской Молдавской Республики заявлений о привлечении депутата Верховного Совета к ответственности гражданско-правового характера.

Анализируя содержание обращения Верховного Совета и доводы, приведенные в его обоснование, Конституционный суд констатировал несоответствие ходатайства об официальном разъяснении Постановления от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 приведенным выше критериям допустимости ходатайства о разъяснении решения Конституционного суда и не нашел оснований для его удовлетворения.

По мнению Суда, вопрос, поставленный в ходатайстве Верховного Совета, не являлся предметом исследования в Конституционном суде при вынесении Постановления от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 и потребует выхода за рамки разъясняемого решения, а, следовательно, не может быть предметом официального разъяснения Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики.

Суд отметил, что в Постановлении от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 Конституционный суд дал оценку конституционности положений подпункта м) пункта 2 статьи 12, подпунктов г), д) статьи 13, пунктов 1, 2, 4 статьи 20 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики». То есть Конституционный суд дал оценку конституционности лишь тем положениям Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики», которые устанавливают необходимость согласия Верховного Совета на привлечение депутата к уголовной или административной ответственности в судебном порядке.

Согласие Верховного Совета на применение к депутату Верховного Совета таких мер, как задержание, арест, обыск и личный досмотр, Конституционный суд признал обязательным при проведении дознания, предварительного следствия или производства по делу об административном правонарушении.

Необходимость согласия Верховного Совета на допрос депутата Суд также оценивал в рамках уголовно-процессуального производства и производства по делам об административных правонарушениях.

При этом, подчеркнул Суд, в Постановлении от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 Конституционный суд не высказывался о возможности привлечения депутата Верховного Совета к иным, кроме уголовной и административной, видам ответственности за выраженное им мнение или принятое в процессе депутатской деятельности решение, в том числе к ответственности гражданско-правового характера.

Поскольку поставленный в ходатайстве Верховного Совета вопрос выходит за рамки содержания Постановления Конституционного суда от 5 декабря 2013 года № 09-П/13, Суд пришел к выводу, что основания для дачи официального разъяснения Конституционного суда отсутствуют ввиду несоответствия рассматриваемого ходатайства смыслу статьи 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики».

Исходя из изложенного, Конституционный суд отказал в удовлетворении ходатайства Верховного Совета о разъяснении Постановления Конституционного суда от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 по делу о проверке конституционности некоторых положений Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики» [57].

Постановлением от 2 июля 2019 года № 01–П/19 Конституционный суд, рассмотрев жалобу гражданина Штембуляка А.В., признал пункт 80 Дисциплинарного устава Государственной службы исполнения наказаний  и  судебных  решений  Министерства  юстиции  Приднестровской Молдавской Республики, утвержденного Указом Президента Приднестровской Молдавской Республики от 25 февраля 2004 года № 89, не соответствующим Конституции, ее статьям 18 (часть первая), 35 (часть четвертая) и 46. С момента провозглашения названного судебного решения пункт 80 Дисциплинарного устава утратил силу, а согласно пункту 4 резолютивной части Постановления дела заявителя, разрешенные на основании нормы, признанной не соответствующей Конституции, подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.

Гражданин Штембуляк А.В. обратился в Конституционный суд с ходатайством о разъяснении Постановления от 2 июля 2019 года № 01–П/19, в котором, ссылаясь на неопределенность в понимании ряда суждений, высказанных органом конституционного контроля, просит дать разъяснение, являются ли окончательными и обязательными к исполнению судами общей юрисдикции, прокуратурой, Министерством юстиции выводы Конституционного суда, изложенные в принятом Постановлении.

В соответствии со статьей 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» решение Конституционного суда может быть официально разъяснено только самим Конституционным судом. Под официальным разъяснением решения Конституционного суда понимается истолкование содержания и смысла отдельных его положений, содержащихся как в резолютивной, так и в мотивировочной части. Необходимость в таком разъяснении возникает, как правило, непосредственно в процессе исполнения решения Конституционного суда. Поэтому, подчеркнул Суд, ходатайство об официальном разъяснении должно быть мотивировано и содержать указание как на конкретные неясности, имеющиеся в содержании решения, так и на практическую значимость их устранения.

По смыслу статьи 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» официальное разъяснение решения Конституционного суда дается самим Конституционным судом в пределах содержания разъясняемого решения и не должно являться простым его воспроизведением. При этом, отметил Суд, ходатайство о даче разъяснения не может быть удовлетворено, если поставленные в нем вопросы не требуют какого-либо дополнительного истолкования решения по существу.

Анализируя содержание обращения и доводы, приведенные в его обоснование, Конституционный суд констатировал несоответствие ходатайства об официальном разъяснении Постановления Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 2 июля 2019 года № 01–П/19 приведенным выше критериям допустимости ходатайства о разъяснении решения Конституционного суда  и не нашел оснований для его удовлетворения.

В обращении заявитель ссылается на неопределенность в понимании выводов Конституционного суда и на их игнорирование со стороны судов общей юрисдикции, прокуратуры, Министерства юстиции, однако в чем конкретно имеются неясности, не указывает. Более того, требование о разъяснении по сути сводится к подтверждению юридической силы состоявшегося судебного решения, а именно окончательности и обязательности для  правоприменительных органов приведенных выше выводов Суда, изложенных в мотивировочной части Постановления. Однако, отметил Суд, вопрос о юридической силе решений Конституционного суда и отдельных его частей был разрешен ранее в Определении Конституционного суда от 12 марта 2009 года № 07-О/09, в котором Суд указал, что специфика конституционного судопроизводства предполагает особую правовую природу решений органа конституционного контроля, которая заключается в том, что все части решения Конституционного суда обладают равной и обязательной юридической силой. Таким образом, правовые позиции, сформулированные Конституционным судом в мотивировочной части решения, носят общеобязательный характер и обладают равной юридической силой с резолютивной частью.

Кроме того, отметил Суд, в обращении гражданин Штембуляк А.В. фактически просит Конституционный суд разъяснить отдельные положения Конституции и Трудового кодекса Приднестровской Молдавской Республики, ошибочно принимая их за выводы Суда. На основании норм указанных правовых актов Конституционный суд ранее сделал окончательные выводы относительно неконституционности оспариваемого положения; именно они лежали в основе аргументации и обоснованности принятого решения. Предметом отдельного рассмотрения нормы Конституции и Трудового кодекса не являлись.

Конституционный суд обратил также внимание на то, что разъяснение положений законов Приднестровской Молдавской Республики не входит в компетенцию Конституционного суда, а с запросами о толковании Конституции вправе обращаться только специальные субъекты, указанные в Конституционном законе Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики», среди которых граждане не предусмотрены.

В соответствии с частями первой, второй статьи 85 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» решение Конституционного суда является окончательным и вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Суд отметил, что не требуется такого подтверждения и со стороны самого Конституционного суда.

Конституционный суд отказал в удовлетворении ходатайства гражданина Штембуляка А. В. о разъяснении Постановления Конституционного суда от 2 июля 2019 года № 01–П/19, как не отвечающего требованиям и смыслу статьи 89 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики» [58].

Подводя итог вышеизложенному, следует сказать, что правовые позиции Конституционного суда процессуального характера являются самостоятельным видом правовой позиции суда. Они имеют ту же юридическую природу, что и материальные правовые позиции, отличаясь от последних по содержанию.

Правовые позиции Конституционного суда имеют два существенных свойства. Первое из них состоит в том, что правовая позиция Конституционного суда носит общий характер, т. е. она распространяется не только на ту конкретную ситуацию, которая стала предметом рассмотрения в Конституционном суде, но и на все аналогичные (тождественные, сходные) ситуации, имеющие место в правовой практике.

Вторым характерным свойством правовых позиций, как и итогового решения в целом, является их официальный и обязательный характер. Решения и содержащиеся в них правовые позиции Конституционного суда обязательны на всей территории Приднестровской Молдавской Республики для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений (статья 12 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики»).

Данный вид правовых позиций, в отличие от материальных, имеет иную сферу воздействия – они призваны конкретизировать вопросы подведомственности, допустимости дел к рассмотрению в судебном заседании и иные процедурные моменты конституционного судопроизводства. Несмотря на сугубо процессуальную направленность, нельзя нивелировать их значение, считать вторичными [15].

Литература

1. Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: теоретические основы и практика реализации судами России. – М.: Формула права, 2006. – С. 57-58.

2.  Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации / Г. А. Гаджиев // Северо-кавказский юридический вестник. – 1997. – № 3., стр. 6.

3. Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: теоретические основы и практика реализации судами России. – М.: Формула права, 2006. – С. 87.

4.  Конституция Приднестровской Молдавской Республики: Офиц. изд. – Тирасполь: издательство «Литера», 2000. – 160 с.

5. Конституционный закон Приднестровской Молдавской Республики «О Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики». Норм. издание. – Тирасполь, 2002.

6. Витрук Н.В. Актуальные проблемы модернизации конституционного правосудия в России // Журнал российского права. 2011. № 10. С. 99

7. Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991-2001 гг.): очерки теории и практики. – М.: «Городец-издат», 2001. – С. 114.

8. Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: теоретические основы и практика реализации судами России. – М.: Формула права, 2006. – С. 90.

9. Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики. Правовые позиции. Сборник научно-практических статей судей и сотрудников Конституционного суда. – Тирасполь, 2007. – Стр.23.

10. Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: теоретические основы и практика реализации судами России. – М.: Формула права, 2006. – С. 10.  

11. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. - ОАО Издательский дом "Городец"; "Формула права", 2003 г.

12. Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики. Правовые позиции. Сборник научно-практических статей судей и сотрудников Конституционного суда. – Тирасполь, 2007. – Стр.20.

13. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. - ОАО Издательский дом "Городец"; "Формула права", 2003 г.

14. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. - ОАО Издательский дом "Городец"; "Формула права", 2003 г.

15. Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики. Правовые позиции. Сборник научно-практических статей судей и сотрудников Конституционного суда. – Тирасполь, 2007. – Стр.31.

16. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 1 октября 2015 года № 11 – О/15 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Постановления Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики от 10 декабря 2014 года № 3088 «О назначении членов Центральной избирательной комиссии Приднестровской Молдавской Республики». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1184&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

17. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 4 июля 2019 года № 6 - О/19 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Волохова Владимира Николаевича о проверке конституционности Указания начальника Управления по делам миграции Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 19 июля 2006 года № 17. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2019 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1555&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

18. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 15 января 2009 года  № 02-О/09 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бочкиной Н. И. о проверке конституционности пункта 4 статьи 37 и статьи 38 Жилищного кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2009 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=876&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

19. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 8 мая 2014 года   № 07-О/14 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Данилиной Марины Федоровны и Жури Владимира Ивановича о проверке конституционности пункта 26 статьи 5 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О налоге на доходы организаций» во взаимосвязи с пунктом 8 статьи 5 этого же Закона и статьей 4 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике».  [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2014 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1167&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.   

20.  Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 22 сентября 2011 года № 05-О/11   об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Крук Светланы Андреевны о проверке  конституционности статьи 182 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики.  [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2011 г./ -  Режим доступа:  http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1137&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

21. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 22 сентября 2015 года № 10–О/15 о прекращении производства по делу о проверке конституционности отдельных законодательных актов, вносящих изменение и дополнение в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О подоходном налоге с физических лиц» по жалобам граждан Беляевой Виктории Вячеславовны и Шпорт Анны Поликарповны. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1183&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

22. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики  от 8 октября 2019 года № 10-О/19 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Штембуляка Александра Владимировича о проверке конституционности пунктов 28, 29, 30, 31 и подпункта в) пункта 93 Положения «О порядке прохождения службы в учреждениях и подразделениях уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики», утвержденного Приказом Министерства юстиции Приднестровской Молдавской Республики от 14 апреля 2017 года № 90. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2019 г./ - Режимдоступа:http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1567&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

23. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 15 сентября 2011 года № 04-О/11 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вислогузова Владимира Владимировича о проверке конституционности статей 4, 5, 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственной тайне».   [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2011г./  -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1136&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

24. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 26 сентября 2019 года     № 08-О/19 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Некоммерческого партнерства «Информационно-правовой центр «Априори», граждан Марчковой А.Н, Асауляк Р.А., Дунаева Е.Е., Тельпис А.С., Кузьмина Н.В., Поповского С.Г. о проверке конституционности частей первой, второй и третьей пункта 7 статьи 2 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 19 марта 2018 года № 74-З-VI «О некоммерческих организациях». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2019 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1564&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

25. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 5 июля 2018 года № 06-О/18 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Замлынски Ольги Ивановны о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2018 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1530&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

26. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 16 ноября 2021 года № 02-О/21 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лунгу Ивана Васильевича на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2021 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1631&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

27. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 27 февраля 2020 года № 08-О/20 о прекращении производства по делу о проверке конституционности подпункта б) пункта 1 Решения Совета народных депутатов Дубоссарского района и города Дубоссары от 27 сентября 2012 года «О налоге на содержание жилищного фонда, объектов социально-культурной сферы и благоустройство территории Дубоссарского района и города Дубоссары» по жалобе гражданина Дынула Семена Михайловича. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2020 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1605&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

28. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 13 января 2022 года   № 01-О/22 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Золотко Валентины Петровны о проверке конституционности пункта 1-1 статьи 11 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О платежах за загрязнение окружающей природной среды и пользование природными ресурсами». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2022 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1637&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

29. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 26 июня 2008 года № 05 – О/08 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Федерации профсоюзов Приднестровья о проверке конституционности пунктов 1 и 3 статьи 55 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2008 год» и Приложений №№ 1-17 к Закону Приднестровской Молдавской Республики «Об оплате труда работников бюджетной сферы и денежном довольствии военнослужащих и лиц, приравненных к ним по условиям выплат денежного довольствия».  [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2008 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=805&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

30. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 7 февраля 2013 года № 01-О/13 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Буянской Лидии Мефодиевны, Иванченко Валерия Ивановича, Лахова Владимира Степановича, Савицкого Валерия Ивановича, Курачева Федора Вавиловича, Тома Анатолия Петровича о проверке конституционности пунктов 2 и 3 Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 10 апреля 2012 года № 31 «Об упорядочении экспорта ряда полезных ископаемых».  [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2013 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1150&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

31. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 25 февраля 2016 года № 03-О/16 о прекращении производства по делу № 140-357/15 о проверке конституционности отдельных правовых актов, принятых Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики до рассмотрения и принятия решения в отношении законопроектов, внесенных Президентом Приднестровской Молдавской Республики в режиме законодательной необходимости. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1193&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

32. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 3 марта 2015 года № 02-О /15 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности некоторых положений статьи 39 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 27 декабря 2013 года № 287-З-V «О республиканском бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1176&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

33. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики об отказе в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики от 9 апреля 2015 года № 07-О/15 о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики «О Республиканском бюджете на 2013 год».  [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1180&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

34. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 13 сентября 2022 года № 10-О/22 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Прокурора Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности Постановления Правительства Приднестровской Молдавской Республики от 4 марта 2022 года № 76 «О временном механизме принятия и финансирования бюджетных обязательств». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2022 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1667&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

35. Определение Конституционного  суда Приднестровской Молдавской Республики от 4 июня 2013 года № 06-О/13  об отказе в принятии к рассмотрению запроса Правительства Приднестровской Молдавской Республики о проверке соответствия Конституции Приднестровской Молдавской Республики Закона Приднестровской Молдавской Республики «О внесении изменений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О таможенном тарифе» и Закона Приднестровской Молдавской Республики   «О внесении изменений и дополнений в Закон Приднестровской Молдавской Республики «О бухгалтерском учете и финансовой отчетности» в части соблюдения порядка их внесения, рассмотрения и принятия. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2013 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1155&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

36. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 12 декабря 2016 года №28-О/16 о прекращении производства по делу о проверке конституционности подпункта е) пункта 1 статьи 16 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике» по жалобе граждан Шаповалова Олега Дмитриевича и Гаджулы Дмитрия Александровича. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1219&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

37. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 3 октября 2019 года № 09-О/19 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Волохова Владимира Николаевича на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина в результате применения пункта 1 статьи 287 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2019 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1565&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

38. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 4 декабря 2008 года № 10 – О/08 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Поцела В. Н. о проверке конституционности статей 836, 837, 838 и 840 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2008 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=859&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

39. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 12 марта 2013 года № 03-О/13 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Приходченко Дмитрия Владимировича о проверке конституционности частей первой и второй статьи 168 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2013 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1152&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

40. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 28 июня 2016 года № 11-О/16 о прекращении производства по делу о проверке конституционности пунктов 63, 87 Положения «О порядке регистрации транспортных средств и прицепов к ним», утвержденного Приказом Министерства внутренних дел Приднестровской Молдавской Республики от 12 января 2015 года № 10, по жалобе гражданина Пороника Дмитрия Викторовича. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1201&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

41. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 27 апреля 2010 года № 10 – О/10 о прекращении производства по делу о проверке конституционности отдельных положений Указов Президента Приднестровской Молдавской Республики от 18 ноября 2008 года № 742, от 30 октября 2008 года № 700, от 16 декабря 2008 года № 803, от 16 декабря 2008 года № 804, от 25 декабря 2008 года № 822, от 29 декабря 2008 года № 837, от 29 декабря 2008 года № 838, от 29 декабря 2008 года № 839, от 31 декабря 2008 года № 847 с изменением, внесенным Указом от 13 марта 2009 года № 161, реорганизующих систему государственного управления в городах и на территориях районов Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2010 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1069&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

42. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 июня 2017 года  № 19-О/17 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Шестопаловой Елены Григорьевны о проверке конституционности подпункта а) пункта 3 статьи 391 и пункта 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2017 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1243&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

43. Определение Конституционного  суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 ноября 2012 года № 06 – О/12 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Черчел Александра Анатольевича о проверке конституционности подпункта 1) части первой статьи 455 во взаимосвязи со статьей 357 Таможенного кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2012 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1146&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

44. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 15 ноября 2012 года № 07-О/12 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Никольского Александра Александровича о проверке конституционности подпункта а) пункта 1 и пункта 3 статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об основах налоговой системы в Приднестровской Молдавской Республике». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2012 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1147&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

45. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 1 октября 2015 года № 12-О/15 об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства Президента Приднестровской Молдавской Республики о разрешении спора о компетенции относительно порядка рассмотрения законодательным органом законопроекта, внесенного главой государства в режиме законодательной необходимости. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1185&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

46. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 8 ноября 2016 года № 24-О/16 об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства Президента Приднестровской Молдавской Республики о разрешении спора о компетенции между Президентом Приднестровской Молдавской Республики и Верховным Советом Приднестровской Молдавской Республики в отношении разграничения полномочий при принятии Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об организации предоставления государственных услуг». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1215&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

47. Определение Конституционного  суда Приднестровской Молдавской Республики от 14 октября 2010 года № 13-О/10 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кулакли Валерия Дмитриевича на нарушение конституционного права на судебную защиту в результате применения подпункта 1 статьи 218 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики во взаимосвязи со статьей 19 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О банках и банковской деятельности в Приднестровской Молдавской Республике». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2010 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1087&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

48. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 19 февраля 2015 года № 01-О/15 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности некоторых норм Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2015 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1174&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

49. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 29 ноября 2016 года № 26-О/16 о прекращении производства по делу о проверке конституционности Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 июля 2016 года № 174-ЗИ-VI «О внесении изменения в Избирательный кодекс Приднестровской Молдавской Республики». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1217&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

50. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 15 октября 2009 года № 13 – О / 09 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Королева Ивана Игоревича о проверке конституционности статьи 23 Закона Приднестровской Молдавской Республики от 5 мая 2000 года № 292-3 «О всеобщей воинской обязанности и военной службе». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2009 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1002&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

51. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 23 июня 2016 года № 10-О/16 о прекращении производства по делу о проверке конституционности статьи 44-1 Закона Приднестровской Молдавской Республики «Об исполнительном производстве», подпункта а) пункта 2 Положения «О порядке установления (отмены) временного ограничения права должников на выезд из Приднестровской Молдавской Республики» по жалобе гражданина Давий Олега Яковлевича». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1200&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

52. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 24 января 2019 года № 01-О/19 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Луценко Светланы Васильевны о проверке конституционности пункта 1 статьи 21-7 Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О Прокуратуре Приднестровской Молдавской Республики». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2019 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1539&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

53. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 13 января 2016 года № 01-О/16 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о толковании части третьей пункта 1 статьи 68 Конституции Приднестровской Молдавской Республики. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1191&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

54. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 октября 2016 года № 22-О/16 об отказе в принятии к рассмотрению запроса Президента Приднестровской Молдавской Республики о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики, сложившейся при рассмотрении законопроектов, внесенных в режиме законодательной необходимости с 2012 года по июль 2016 года. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1213&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

55. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 18 января 2018 года № 01-О/18 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Андриевского В. В. о проверке конституционности правоприменительной практики судов общей юрисдикции Приднестровской Молдавской Республики, сложившейся при рассмотрении трудовых споров. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2018 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1507&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

56. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 11 ноября 2010 года № 16-О/10 об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Штембуляка Александра Владимировича о разъяснении Определения Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 мая 2010 года № 11-О/10. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2010 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1096&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

57. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 6 сентября 2016 года № 15-О/16 по ходатайству Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики о разъяснении Постановления Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 5 декабря 2013 года № 09-П/13 по делу о проверке конституционности некоторых положений Конституционного закона Приднестровской Молдавской Республики «О статусе депутата Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики». [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2016 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1205&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.

58. Определение Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 18 марта 2021 года № 01-О/21 по ходатайству гражданина Штембуляка Александра Владимировича о разъяснении Постановления Конституционного суда Приднестровской Молдавской Республики от 2 июля 2019 года № 01– П/19. [Электронный ресурс] /Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики, 2021 г./ -  Режим доступа: http://www.kspmr.idknet.com/raspdetail.php?ID=1621&search=%CE%EF%F0%E5%E4%E5%EB%E5%ED%E8%E5, свободный.